ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Цикл миниатюр о Чарли...

Автор:
(Вместо предисловия)
МИСТЕР Б, Я НЕ ЗАБЫЛ О ВАС...

Он ушел с работы... он ехал на красный свет... его остановили менты,
да срал и ссал я на твою работу, мне завтра тащить
свою задницу неизвестно куда и зачем,
чертям на потребу в славный уикенд,
и тащить вместе с задницей пару роялей
уже после торгов на бирже в Шанхае...
Причем тут Китай - пашут и улыбаются,
и снова пашут, вот такие молодцы-стервецы...
вернемся к роялям... да, без отпусков пашут по пять-шесть лет, рисоеды,
а я задницу волочу к роялям, привязать бы к ним по б...ди...
да не позволят хорошие дяди.
Скукота и Тима уехал, надоело ему лосиное дерьмо жрать,
Так есть Фил - задолбали!
Меня эти рояли.
Все рифмы сочиняешь, все тебе нипочем, да? - хоть рояли, хоть по морде кирпичом?-
нет, едва ли.
Отчеркнем.
_________________________________________________________________________

Прости меня девочка-подросток, я так долго упивался своей задницей,
что чуть не забыл о тебе...
Вранье все кругом, остались живыми рояли...
у тещи играю пока нет никого - согревает,
смысл не в том,
я скучаю, скучаю, скучаю... ты все и так знаешь,
но об этом потом.
Да, че тут писать не пойму, все строчки да точки, тире, запятые и новые кочки,
вон почитал старого пса - растревожил скотина, неймется ему - старая образина.
Тебе написать времени не найду, поэтому в манду это занятие в манду,
вон рояли завтра ждут, а потом виагра с чаем - шутка,
пока молодой, бес в ребро не печалит, - Эх, скукота.
Дудку возьму завтра с собой - пусть все усрутся, а я поиграю для народа своего
любимого, душевного давно ли играл ему,
помню недавно - играл не говно, да ладно...
__________________________________________________________________________

Здесь я открываю цикл миниатюр о Чарли, и посвящаю их всем, кто неравнодушен к хлопотам босяцкой жизни и скитаниям беспризорных душ... В честь доброй памяти о старине Чарли.

ЧАРЛИ, Я ВЛЮБИЛСЯ!
- Чарли, я влюбился... - говорю я ему.
- Чего? Не веди себя, как недоделанный сосун.
- Чарли, ты не понимаешь, мать твою, я ЛЮБЛЮ ее, я ей сочиняю стихи по ночам.
- Какие стихи - насмешил! Стихи - это кашачия бутафория, сынок.
- Нет, ты не прав, Чарли, стихи это сила.
- Вот где сила, - говорит он мне и подносит к моему носу огромный волосатый кулак...
- Чарли, посмотри на меня, я другой, у умею любить по-настоящему...
- Да, что ты прицепился к этой телке, тебе других не хватает, вон, смотри, краля идет... не, эта с пластмассовыми ногами... вон, туда глянь, бой-баба - гром, будет тобой как скалкой орудовать, только захоти...
- Чарли, я устал от этого, я не хочу...
- Не кисни, сынок, совсем расклеился, я смотрю, не ровен час, захныкаешь как девка...
- Чарли, что мне делать, она не воспринимает меня?
- Да, что с тобой, охламон, - мне старику такие вопросы задаешь? Кто она?
- Чарли, она сказка, знаешь, какие бывают, из заморских стран черные королевы, прынцесса...
- Прынцесса? Фу, ты морда... ну, подари ей букет роз, не знаю, в кино позови, мать твою, тебе рассказывать дальше?..
- Чарли, она не такая, пойми... ей ничего не нужно.
- Тю, какие мы гордые... так не веди себя, как обделавшийся сосун, найди место и время и назначь свидание, и по-меньше канифоли сопливой - бодро, раз-два, представился, че-нибудь наплел про глаза; фигуру, там сиськи пока не трогай, глаза-то у нее есть? Красивые?
- Да, прекрасные глаза, вот такущие... - показываю.
- Ну, вот, лапух, и будет тебе удача, искренне тока, но без слюней, спокойно все обставляешь, так-сяк... да, лишнего не скажи.
- Прям вот так просто и все?
- А ты как думал, пойми, сынок, если судьба Вам снюхаться, то так и будет, а если нет, то и не переживай почем зря, - улыбается он.
- Спасибо, Чарли...
- Ну, ну, не сцы так, все образуется, сама поймет, кого упускает...
- А если не поймет?
- Ну, тогда найдем другую кобылу тебе не хуже.
- Чарли!!! Ну, че ты несешь, образина старая, - бросаюсь на него с кулаками.
- Хлоп, - короткая оплеуха, и я лечу дальше, - Чарли, я тебя ненавижу!!!
- Правда, так любишь?
- Да, я жить без нее не могу!
- Ну, я тебе тут не помощник, сынок, я в твои годы прынцесс брал живьем...
- Да, врешь, ты все, старый пердун...
Чарли махает на меня рукой и уходит за сигарой.

* * *
- Чарли, Моррисон, паскуда, не хочет печатать мои стихи.
- Ну, что он паскуда, я и без тебя знаю, а что за стихи, говоришь, дай-ка взгляну...
- Фу, Чарли, что это?
- А ты не видишь - бюстгалтер, мать твою... ты еще понюхай.
- Вернее то, что от него осталось... ты опять трахался с этой позорной шлюхой? С Хеленой, да?
- Ну, ты по-легче, сынок, лучше принеси-ка мне бутылку рому с кухни.
- Чарли, ты неисправим, - голос с кухни.
- Ну, уж не тебе меня перевоспитывать, сосунок.
- На, держи свое вонючее пойло.
- Так где стишки?
- Сейчас.
- Ох, куда запрятал, прям как девка целку.
- Вот, читай.
- Так...
I.
Моя любовь столкнулась с ледяной стеной,
Безмолвно сердце, грудь окаменела, -
Украсть ее в чертоги призрачного неба...
Овеять огненным кольцом зигзаги молний.

Не остановлюсь я ни пред темным Стиксом,
А те смешные псы, их разрубить мечом...
И на Феррари, чудной колеснице, умчать,
Сверкая огненным щитом, подарком Зевса.

Ее окутал злой Морфей, Аид овеял сном,
И пеленой несчастья - спит, моя принцесса
Голубых кровей, проснись рассвет зардел,
Твой Аполлон готовит для тебя фиесту.

- Блять, про что это, никак не уразумею... щиты огненные, колесницы...
- Про любовь, Чарли, это любовная лирика, как у Данте, помнишь?
- Ты охренел, мать твою, Данте так не писал ни в жисть... У Данте терцина рифмованная, а это что?
- Кватроцина... я усовершенствовал, смотри, как классно выходит.
- Ты белены объелся, не пойму, ты чего нагородил, пострел окаянный?
- Да, ты просто уже стал полным маразматиком, не помнишь ни черта, старый осел!
- Все, иди в задницу со своей хлабудой, достал уже...
- Чарли, но ты даже не дочитал!
- Все, мое терпение лопнуло уже на том, что я посмотрел.
- Вот и Моррисон не стал дочитывать, скотина. Вы с ним похожи, Чарли...
- Правильно и сделал, что не стал их печатать.
- Почему?
- В них нет концепции, сынок... Пойми, стихи это не просто красивые слова с рифмой, это ткань...
- Ой! Чарли, не песди, ты сам-то не пишешь стихов, и откуда тебе знать тогда?
- И я не знаю, мать твою, но могу отличить настоящий стих от халтуры недоделанной. Возьмем Шекспира, к примеру...
- Я не о Шекспире тебе толкую, о Данте, размерность его ты хотя бы уловил?
- Ты мне еще будешь объяснять, кто такой Данте, сосун несчастный!
- Чарли, Вы с Моррисоном два твердолобых недотепы, я, кажется, стал понимать Вас теперь...
- Ей, Богу, это он тебя ко мне послал, навозный выпердыш.
- Никто меня не посылал, я сам пришел узнать твое мнение.
- Ну, тогда ты его уже узнал - задрипанная, затасканная хлабуда... доволен?
- Ты специально так говоришь, потому что сам не можешь так написать.
- Не смеши мою задницу, сынок. Лучше залезь под юбку к какой-нибудь милашке.
- Да, ты прав, от тебя скоро останется одна огромная волосатая ухмыляющаяся задница, об которую пацанва будет окурки тушить.
- Но, но ты по-осторожней с моей задницей, она у меня нежная и чувствительная... Ладно, я поговорю с Моррисоном, оставь свои записки.
- Спасибо, Чарли!..
- Ладно, ладно... пощипли девку что ль какую-нибудь, сколько можно бумагу переводить.
- Нет, Чарли, я люблю единственную на свете, - слова с улицы.

* * *
- Чарли, я хочу рыженькую.
- Проснулся, едрить, уже Рождество на носу, теперь снегурочки в моде...
- Чарли, а у тебя были рыженькие?
- Были и рыженькие, и желтенькие, и даже зелененькие попадались...
- Это русалки что ль или медузы какие, а Чарли?..
- Ты опять допекать пришел старика, да, оболтус окаянный?
- Чарли, ну, мне просто интересно, как там у них дела обстоят.
- Какие дела, мать твою, выражайся яснее.
- Ну, с устройством женским, а Чарли, сдается мне там все иначе.
- А вот ты о чем, приблуд... да, там все иначе, не вдоль как у остальных, а поперек, смекаешь...
- Ну, нет, Чарли я тебе не верю, старый пройдоха, ты опять заливаешь.
- Иди лучше купи мне пару бутылей рому.
- Чарли, сколько можно пить эту гадость?
- Тебя забыл спросить, засранец долбаный, ко мне сегодня Мориссон придет, важная сделка намечается нужно обсудить и все продумать.
- Моррисон, Моррисон... этот обшарпанный забулдыга, какие у Вас могут быть сделки, Чарли?
- Не твоего ума дело, держи 20 долларов, захвати еще цыпленка жареного, а лучше двух.
- Пока, Чарли, я ушел к рыженькой.
- Я тебе покажу рыженькую, мать твою, совсем от рук отбился!!!

* * *
- Чарли, мы ни хрена не видим в своей жизни, и ничего не замечаем!
- Это почему, ну-ка объясни, мне недотепе...
- Ну, вот хотя бы вещи взять, они окружают нас, а нам нет до них дела совсем, мы вечно заняты...
- Так правильно, мать твою, всему свое время, когда вещь необходима, ее, бывает, ищешь как умалишенный.
- Чарли, а они ведь живые.
- Так, ты опять за свое, решил меня в могилу свести раньше срока, оболтус окаянный?
- Подожди, Чарли, я не об этом, вот смотри, к примеру, письменный стол: боковые ящики - это глаза, а длинный ящик посередине рот, как ты этого не замечаешь...
- Так, ты опять в интернете пересидел, засранец долбаный, да? - спрашивает Чарли (слово интернет Чарли говорит через букву е - интЕрнет, так смешно получается).
- Причем тут интернет, не пойму, Чарли, я о вещах тебе толкую.
- Да, потому что, смотрю я на Вас, молодежь современную и поражаюсь, мать Вашу, Вы скоро забудете как девки выглядят натуральные...
- Это почему же, Чарли?
- Да, потому что у Вас в мозгах один интернет долбаный сидит и управляет Вами.
- Каким же образом он нами управляет, Чарли?
- Обыкновенным, ты думаешь, там тебе люди отвечают, общаются с тобой?
- Ну, а как может быть иначе, Чарли, смешной ты ей Богу...
- А вот и нет, сосун ссаный, это программы тебе отвечают и другим тоже, всем заведуют программы, написанные теми, кто по-хитрее Вас, тупых осталопов, чтобы Вы сидели на жопах своих и тратили свое драгоценное время на пустой треп...
- Чарли, ты рехнулся что ли? Ты как до такого додумался, мать твою, это же невозможно, пойми, есть он-лайн режим, где могут общаться все, кто захотят, в любое время.
- А как ты проверишь это?
- Чарли, ты совсем сбрендил, старый пес, на хрена это поверять, это все знают...
- Вот! Ни черта они не знают, такие же бараны, как и ты, сидят и даже не подозревают, что угодили в подстроенную ловушку.
- Нет, Чарли, ну, ты даешь, едрить, плесни-ка мне рому, это ж надо до такого маразма домыслить, мать твою. Ты правда так считаешь?
- Да, так оно и есть на самом деле, твой старик никогда напраслину не гонит, вот, если бы ты прислушивался ко мне по-чаще, глядишь и толк бы с тебя был.
- Чарли, ты хоть понимаешь, что ты несешь чушь несусветную?
- А че ты так завелся-то, смотри, в штаны не напруди от волнения, молокосос ссаный...
- Ладно, Чарли, что у тебя с головой не в порядке, я давно заметил, просто не предполагал, насколько, впредь буду иметь это ввиду, старик, извини, конечно, но ты совсем спятил.
- Да, сынок, смотри не обделайся на следующем сеансе, пойду-ка я схожу к рыженькой.
Чарли закуривает сигару и демонстративно проваливает...

* * *
- Ну, как там у тебя дела с прынцессой твоей оболтус? Смурной какой-то...
- Да, никак, Чарли...
- От чего же, шалопай, погулять ее выведи, ну, что ты, в самом деле, как неприкаянный?
- Не пойдет она гулять, Чарли, ее мессир не выпустит.
- Это что за сублимация такая, мессир, мать твою, опять старику мозги пудришь?
- Ну, то есть декадент такой особенный.
- Какой еще реагент, ни хрена в толк не возьму словечки твои, едрить.
- Да, не реагент, а декадент, мать твою, ты оглох что ли, ослиная морда?
- И как это понимать изволишь?
- Ну, кудесник такой темный, понимаешь, заклятья на девок накладывает, и они ему поклоняются.
- Что за напасть такая, хоть убей, не понимаю...
- Чарли, смотри, вот возьмем Параньку нашу, к примеру.
- Параньку, говоришь... Паранька баба ладная, что надо, все при месте у нее и крепко держится, поверь, сынок у меня глаз наметан в таких делах. И окна исправно моет, и полы, и готовить вкусно умеет...
- Да, я не об этом, Чарли... вот появится мессир пошепчет, пошебуршит, манжетами черными пошуршит и перевоплотится Паранька наша, не будет окна мыть больше, рисовать на них начнет, черными да фиолетовыми красками, пурпурными, небо ночное иль алый закат. А ночью сядет на метлу и полетит на лунный карнавал, будет зваться Ясмертой или Жилбертой, а каково?
- Ты хоть мели, да не балаболь напраслины-то, ишь че выдумал, небось в интернет опять залез вчера, пострел окаянный? Говорю же тебе, программы это все не люди с тобой говорят, а ты как олух царя небесного там просиживаешь, и прынцесса твоя тоже ненастоящая!
- Не знаю, Чарли, может и так, и сердце мое бриолином покрылось.
- Вот те на, так расколдуй ее тогда.
- Не могу, Чарли, не получается, еще крепче к нему льнет она от слов моих...
- А ты не говори тогда, молчи, в рот воды набери и молчок.
- Может, рому тогда уж?
- Ну, или рому, это тоже средство испытанное.
- А, ну тебя, старый бес, тебе бы только рому, а я, может, люблю ее.
- Так ты любишь ее или как, мать твою, если бы любил, то расколдовал бы в миг.
- Все, Чарли, отстань, сам разберусь, без твоих советов дурацких.
- Поступай, как знаешь, сынок...

* * *
- Моррисон, Чарли в беду попал, надо его выручать срочно!
- В беду, говоришь, не удивлюсь, он сам как беда ходячая давно.
- Короче, нужны деньги, чтобы внести залог, он под арестом...
- Чего? Джей, ну-ка, рассказывай все по порядку.
- А че тут рассказывать, нализался рому как скотина и повздорил с полицейскими.
- И все, всех дел? Повздорил с полицейскими?
- Ну, не совсем, все, одному челюсть свернул, другому два ребра сломал и отколошматил пол-дюжины пока его не повязали...
- А ты где был, засранец долбаный, не мог отстоять старика!
- Отстоять?! Так он мне затрещину влепил сперва, а потом за патрульных взялся, засучив рукава.
- Так, не нервируй меня, говори все, как было.
- В общем, иду я по Волкер-авеню, смотрю, Чарли на обочине с полицейским трет что-то, а сам наклюкавшийся вдрызг. Оказывается, он проезжую часть переходил не там, где положено, ну, я к ним, думаю, отведу старика домой, пока не случилось чего, и что ты думаешь, только об этом подумал, как ХЛОП, полицейский этот уже на земле лежит, его Чарли слегка отоварил и за вторым в кабину машины полез... Я ору:
- Чарли! Стой, мать твою!!! - подбегаю к нему.
- И что?
- А он не признал меня или не понял, только, как хлобыстнул по затылку леща мне, что аж искры из глаз - отлетел от него метра на два... Сижу, а он уже второго полицейского за грудки через окно боковое из машины вытаскивает. Я сижу, очухаться не могу, Чарли, силу-то не рассчитывает, ты же знаешь... Только этот второй уже успел по рации патрульную машину вызвать, от сирены с мигалкой я быстро в себя приходить стал, ору опять:
- Чарли, брось его, уходим!!! - а он, наконец, признал меня.
- Подожди, сынок, дай я с ребятами по душам поговорю.
- Чарли, мать твою, какие это тебе ребята, это же полицаи долбаные!!! - а машины, уже подъезжают, каких-то 50 метров, я сматываюсь, шатаясь на ходу... А Чарли орет им.
- А, объявились, сукины дети, все сюда!!! Чарли всех любит, ублюдки ссаные!
- Представляешь, образина старая, что учудил, половину патрульных передубасил, минут двадцать они с ним сладить не могли, - у Моррисона брови поднимались все выше и выше от моего рассказа, и под конец он стал походить на павиана, который сел на электрический стул...
- Та-а-ак... та-а-ак, ну, и дела... И что теперь делать?
- Говорю же тебе, нужны деньги, чтобы освободить его под залог. Беспокоюсь я, у старика слабая печень, а там в отделении их кормят всякой парашей, он там и трех дней не протянет.
- Сколько? Сколько нужно денег, чтобы его выпустили?
- Ну, не знаю, тысячи три, а, может, пять, Морри...
- Что! Старый козел!!! Где я такие деньги тебе возьму за эту жирную наглую задницу? Пусть посидит недельку другую, может, тогда мозги появиться в его долбаной башке.
- Морри... я уже все придумал. Мы выкупим его, а потом для разбирательства есть у меня мыслишки, как его оправдать...
- А-а-а! - махает рукой, Морри, - какие мыслишки, посадят твоего пердуна теперь...
- Не посадят, я докажу, что он того, с катушек съехал - перепил рому, дозу не рассчитал, да, все, что угодно можно натравить этим тупоголовым спредменам, пойми, нельзя ему там торчать, загнется старик...
- Ну, это еще бабушка на двое сказала, что Чарли загнется, ты его плохо знаешь, подожди, он там физкультурой займется, еще нас на руках носить будет, как выйдет...
- Эх, Морри... не понимаешь ты меня, что ж придется все самому обставлять.
- Да, не кипятись ты, Джей, чего-нибудь придумаем...

НЕ ПОЙДУ Я ГУЛЯТЬ С ТВОЕЙ БЕШЕНОЙ ПСИНОЙ
- Сходил бы погулял с Баксом, засранец ленивый, хватит просиживать время за этим долбаным интернетом.
- Не пойду я гулять с твоей бешеной псиной, я ее боюсь...
- Вот! Поэтому тебе надо чаще общаться с животными, сосунок.
- С животными? Чарли, это не животное, а динозавр какой-то, где ты его откопал, не знаю.
- Хороший пес, что бы ты понимал в собаках...
- Да, Чарли, этот хороший пес сожрал в прошлый раз двух соседских кошек... А я блевал в урну, видя, как он доедает Маруську.
- Чего?! Ты лжешь, ссаный говнюк, Бакс на это не способен!
- Еще как способен, я после этого случая без биты мимо него не прохожу, мать твою.
- Значит вот почему Тереза сама не своя... А что же ты его не отозвал, трусливый сосун.
- Я отзывал его и что только я не делал, только этот осатаневший выродок, похоже, весь в тебя, Чарли. Он меня не слушается!!!
- Это потому что ты не умеешь подход найти к животному, злой и эгоистичный говнюк, поэтому он тебя не уважает...
- Нет, Чарли, это потому что ты тупая ослиная морда и подобрал какого-то динозавра-выродка на свалке.
- Ни о чем попросить тебя нельзя, ссаного молокососа, ты что себе возомнил, мать твою?
-Чарли, послушай, мне дорога моя задница, и я не хочу попадать в переделки из-за какого-то вонючего пса, которого ты решил приютить...
- Так воспитай его, научи хорошим манерам, и он будет тебя защищать.
- Чарли, мать твою, что ты несешь, мне на хрен не нужна никакая защита, тем более, от этого очумевшего динозавра.
- Вот все вы, долбаные засранцы, такие, чуть что - так сразу жопу в кусты прячете, а как ты жить дальше собрался?
- Ну, уж проживу как-нибудь без твоего дикого пса, Чарли, к чему ты клонишь, не пойму.
- Да, все к тому же, что не приспособленный ты к жизни ни хрена, мать твою, избаловал я тебя, засранца, избаловал, видит Бог.
- Чарли, хватит причитать... ты понимаешь, что мне хватает забот с твоей капризной обрюзгшей задницей, помимо одичавшего пса?
- А я тебе, чем насолил, сосун ты неблагодарный?
- Все, Чарли, отстань, я сказал, не пойду гулять с твоим долбаным псом и точка, что хочешь с ним делай...
- Ну, и тухни как тунец в помойном баке, я сам выгуляю мою собачку.

МАСТИТЫЙ ОБОРМОТ
- Чарли, согласись, есть девушки, которых ничего не стоит поймать за задницу, а есть которых очень сложно...
- Эх, ты... засранец, тебе бы только кого-нибудь за задницу поймать.
- Да, я же не в прямом смысле Чарли, опосредованно, вот возьмем, к примеру, твою задницу...
- Эх, че выдумал, нет, уж мою задницу не тронь, а то она раздавит тебя в миг.
- Ну, это спорный вопрос, Чарли, конечно, твоя задница тяжеловесна, но ведь и я уже не мальчик...
- Ты к чему это клонишь, засранец долбаный?
- Да, я, вообще, о девушках хотел с тобой поговорить...
- Вот их задницы и обхаживай, а мою оставь в покое, она и так уже поистрепалась... годы сынок...
- Ладно, не причитай, Чарли... я никак не могу уцепить за задницу Лолу, хотя и задница у нее в порядке, ну, внушительная, и все остальное на месте.
- Так в чем проблема, оболтус, вставай на лыжи, немецкий спининг в руки и вперед... Ха-ха!
- Вот-вот, Чарли, Ха-ха... а для меня дилемма неразрешимая, я уж так к ней и этак, - никак, не действует, хотя ты знаешь, Чарли, я у тебя Ого-го!!!
- Чего Ого-го?! Обормот ты, это я знаю...
- Ну, хоть и обормот, но породистый или, как сказать, маститый - Во!
- Сдается мне, просто обормот без предикатов и атрибутов.
- Ладно, не зуди, Чарли... с Лолой беда у меня, понимаешь, не срастается...
- Правильно, нечего тебе к ней клеиться, Лола - леди, а ты не умеешь с леди обращаться.
- Да, иди ты, Чарли... ты не прав здесь ни черта!
- Вот, как ты с ней себя ведешь? Объясни мне, тогда я скажу, в чем твоя ошибка...
- Ну, вот давеча я ей говорю, - дон-дин-дон, - а она, - тра-ла-та ла-ла-та, - я ей, - дон-дин-дин,- а она, - тра-ла-ла та-та-та, - я ей, - дин-дин-дун, - она...
- Все, заткнись, мать твою, я все понял.
- Что ты понял? Поясни мне, как тогда с ней нужно говорить?
- А чего ты хочешь добиться от нее?
- Ну, к примеру, - тра-ля-ля лю-лю-лю...
- Ишь чего захотел, сперва добейся - тра-ла-ля ля-ля-ла...
- Ладно, хорошо, что ей нужно преподнести для этого?
- Дун-дун-дун, сынок...
- Нет, Чарли, это слишком примитивно, не прокатит... и потом, вот так сразу, такую фору, нет, это старомодно, хватит и дон-дун-дун...
- Ну, как знаешь, это провереннный вариант, им еще Кельты пользовались, а они...
- Знаю - брали леди живьем...
- А откуда ты знаешь? Я разве говорил?
- Не важно, упоминал...
- Ну, вот.
- Эх, Чарли, Чарли, лопух ты, совсем старый стал, теперь от леди можно сразу получить лю-лю-лю мяу... Ну, что вылупился, ослиная морда?..
- Заливаешь, обормот, как, мать твою?!
- Просто, - дон-пин-дун...
- Ну, это что-то новомодное, невразумительное... что же ты тогда с Лолой сладить не можешь?..
- Похоже, она тоже с Гренландии или, где там Кельты обитают, не помню...
- Я же говорю тебе, Лола - Леди, а ты обормот.

* * *
- Чарли! Я собираюсь написать письмо Лоле, слышишь, старый прохиндей?
- Так пиши, что тебе благословение от меня треба?.. Благословляю тебя, венценосный, золотоносный, победоносный долбаный говнюк, пусть на тебя снизойдет божье озарение, очищение, причастие и омо... омово... тьфу, омововение, аминь, уфф, ну, как довольно?
- Нет, Чарли... не отлынивай, старая образина, мне нужно деятельное участие, а не твои дебильные молитвы, которые ты произносишь в сортире по утрам... Чарли, как лучше начать письмо, может быть, так: Здравствуй, Лола, я так скучаю, что готов неделю целовать твою задницу? - А, Чарли?...
- Кхо-кхо, - Чарли поперхнулся, - ты охренел, мать твою, долбаный засранец, не вздумай позорить мою задницу, если тебе на свою плевать, то мою хотя бы туда не вписывай, Лола - леди, понимаешь, оболтус?
- Да, об этом я не подумал, тогда, наверно, так начать можно: Здравствуй, дорогая Лола. Я так соскучился по тебе, что мечтаю неделю целовать твою прекрасную ирландскую задницу, - ну, совсем другое дело, а, Чарли?
- Ах, ты, говнюк ссаный , ты че меня доводить вздумал? Сейчас я научу тебя писать письма леди, иди сюда, - Чарли подскакивает и кидается в мою сторону, но у меня хорошая реакция и старичок остается с носом, я уже у дверей.
- Чарли, Чарли, ну, что ты, что ты, бог с тобой, я пошутил же, всего лишь пошутил, я знаю твои теплые отеческие чувства к Лоле, просто помоги мне составить необходимый текст и все... Чарли!
- Он пошутил, - Чарли берет легкая одышка, - ты читал Набокова? Вот возьми, почитай, а потом садись писать письмо Лоле...
- Читал, Чарли, и Набокова, и Насухова, и Безухова, и Безрукова по телевизору смотрел, и что теперь всем писать, как Набоков...
- Нет, ну, Вы посмотрите на этого засранца, ты чего себе возомнил, - пиши, что хочешь только оставь меня в покое.
- Чарли, мне нравится Набоков, но его Лола несколько рафинирована, понимаешь, вообще, я считаю "Лолита" не лучшее его творение, его излияния в ней походят на какой-то метафизический онанизм, прости Чарли, меня больше потрясла "Защита Лужина", там, по крайней мере, гениально преподнесена суть шахмат, именно психологический аспект, и еще одна занятная вещица, "Игрок", кажется... Чарли, бог с ним, с Набоковым, как бы ты написал письмо моей Лоле?
- Лучше спроси, с каким удовольствие я надрал бы твою возгордившуюся задницу, сынок...
- Чарли, не будь снобом, что ты так на все остро реагируешь в твои годы давно пора расслабиться и наслаждаться жизнью...
- И это ты мне говоришь, ссаный говнюк, как мне, по-твоему, наслаждаться жизнью, когда у тебя, что ни день - припасены новые выкрутасы для меня, как будто идущие откуда-то свыше на мою голову, прости Господи, за что мне это наказание, чем я прогневил тебя, отец наш...
- Нннннннет, Чарли, только не причитай, он тебя не услышит, слишком солидная прослойка рома между ним и твоим астральным телом... гы-гы, давай я лучше принесу тебе твоего любимого рома, приготовлю, как ты любишь, с двумя кубиками льда, а Чарльз?
Чарли начинает поерзывать на диване...
- Что ты там придумал опять... - недоверчиво спрашивает он.
- Чарли, я хочу чтобы ты успокоился и помог мне с письмом к драгоценной Лоле, вот и все... все банально как ночная поллюция у маленьких мальчиков, Чарли, ты смекаешь?
- Лола - леди, обормот, пойми, с ней нужно мягко, аккуратно, а то она тебя отвергнет сразу и насовсем, и тогда твои стенания о ее прекрасной ирландской заднице, а они, по моему субъективному мнению, самые прекрасные, останутся невостребованными, мой мальчик...
- Да... Чарли, ты кажется начинаешь врубаться, именно этого я и опасаюсь, иначе бы не пришел к тебе, старой образине, и редкому ценителю ирландских задниц, видишь, как все прозрачно, на самом деле...
- Ладно, я помогу тебе, но с одним условием...
- Каким еще условием, Чарли? Я думал ты поможешь мне по доброте ирландской души - безвозмездно...
- Нет, ни в этот раз, вернее, мне не нужно материальных и иных благ, мне необходимо, чтобы ты ни при каких условиях, и ни при каких обстоятельствах и действиях с ее стороны, никогда не открыл перед ней эту тайну, хорошо?
- Что в этом такого, конечно, Чарли, ей богу ты чудной малый, да, я согласен...

ПИСЬМО ЛОЛЕ
Здравствуй, моя ненаглядная Лола!
Я чертовски скучаю по тебе и не нахожу себе места уже третий день после нашего последнего телефонного разговора, ты собиралась в поход по горам с друзьями. Лола, ты единственное существо, которое меня понимает и способно оценить по достоинству мои нежнейшие порывы души. Я расскажу тебе одно событие, из ряда вон выходящее, но все же имевшее место случиться со мной намедни, ты не представляешь, что произошло. Но только я попрошу тебя это сохранить в тайне, так как оно касается моего Чарли, дело в том, что он ирландец, ну, это небезызвестный для тебя факт, однако дело касается интимной сферы его предпочтений, только не подумай, что это я пытаюсь смутить твою прелестную головку, вот подобными нахальными заявлениями о безобидном Чарли, но все же ты тоже ирландская штучка, я даже бы мягко поправил себя - прелестная цыпочка, и соответственно должна понять, что это все значит для него. А случилось следующее, я попросил старика помочь мне составить тебе письмо, в общем, зная Чарли, зная его таланты и отеческую нежность к тебе, я подумал, что он мне не против будет помочь, произвести впечатление и блеснуть эрудицией, Чарли начитан, ты знаешь...
В общем, дорогая Лола, я действительно, не знаю, что на старика нашло, но он написал такое, от чего я то ли плакал, то ли смеялся с добрых полчаса, я не буду приводить здесь это письмо, потому как этот посмертный поэтический некролог заслуживает более твердой моральной готовности для тебя, мои нервы сдали на третьей минуте и у меня началась истерика, хотя я далеко не слабонервный мальчонка, ну, мои достоинства я воздержусь перечислять из скромности, также почти ирландской... Так вот, скажу я тебе, старик совершенно сбрендил и уравнял всех своим народно-ирландским эпосом с шутками, прибаутками, песнями и сказаниями, своим тяжелым пятипалым "ирландским гребнем": Шекспира, Рильке, Йейтса, Рембо, Гейне... Одина, он даже упомянул папу римского в своем очерке и шлифанул это все лордом Байроном - его отеческие чувства простерлись столь далеко за пределы маленькой Ирландии, что, наверно, половина культурной Европы бы зашторила юбки при виде его велеречивого творения, поэтому, Лола, не серчай на меня, но его слова я, наверно, приберегу на крайний случай, а посему пишу тебе банальные прописные истины влюбленного мальчишки.
Я безумно был обижен на тебя из-за того, что ты отфутболила мою кандидатуру на поездку по причине малой осведомленности твоих товарищей на счет моих психических качеств и физических кондиций, я просто рвал и метал, не находя выходу своей бурной фантазии несколько часов к ряду, но после я успокоился, пришел в себя и трезво посмотрел правде в глаза, ты действительно задумала грандиозный переход и долго к нему готовилась, а я познакомился с тобой совсем недавно, и вот, с какой-то стати, решил, что мы не разлей вода, извини меня за эту иллюзорную экстраполярию. Мне нечем заняться, и я штудирую Джойса, Бодлера, Рабле... Лола, в общем, я скучаю по тебе, моя сольная маковка, моя лучезарная ирландская тыковка, и вспоминаю наши с тобой маленькие шалости...
Не могу забыть, как мы забрались на чердак в огромном особняке у твоего дяди, покопаться в старинном барахле, это было столь смело и дерзко, что мы выпили малость... да-да, точно, хлебнули для смелости виски из его несметных запасов... ты была как-то чересчур весела в тот день, помню ты шпиговала меня еще на улице какими-то нелепыми историями о своем родном дяде, что он там какой-то пират в три-каком-то колене, а ты якобы, как две капли воды похожа на его тетку, внучку знаменитого и справедливого Питера, связавшимся с деревенской красавицей-простушкой. Но это было просто ничто, в сравнении с тем, что мы отчебучили, когда все-таки добрались до того старинного сундука с пиратским тряпьем, клянусь, я в жизни не видел тебя такой красивой и неумолимой, с горящими как факел волосами, в изорванной, но кружевной рубашке, пиратской шляпе с истершимся диковинным страусиным пером, с кинжалом в руке, пистолетом и саблей за поясом, ты возжелала взять меня в плен и грозила прирезать, если я воспротивлюсь твоей неистовой воле, это было так неожиданно и феерично, что я проглотил язык на все то время, пока ты расправлялась с моим телом, боясь проронить неверное слово, тем более, кинжал неплохо сохранился с тех времен и очень небрежно скользил по моей шее и обнаженной груди, в тот знойный полдень был твой час пик, моя норовистая перчинка... Но я сравнял счет, да-да, уверен, в твоей головке прочно сидит один вечерок на речушке, когда ты улепетывала во весь апорт от якобы напавшего на тебя лохнесского чудовища, ты дрожала как осиновый лист после моих водных процедур-проделок, а я так нежно согревал тебя, так нежно, что ты уснула в моих объятиях, словно маленькая овечка... Лола, звезда моя, мой сладко-терпкий пирожок с ирландской закваской, я жду вестей от тебя, я жду, и тяну скучную жвачку будней с Чарли пропойцей... Нет, он забавный старикан, совершенно не похожий на людей его возраста, и очень живуч или живителен, но мне этого мало, жизнестоек - во, Лола, я проклинаю Бога за то, что он изобрел горы, и отнял у меня мою прелесть пусть на пару недель, но это ни сколь не умаляет его вины, одним словом, я подписываюсь на подоле твоей юбчонки - ЛЮБЛЮ.
С теплом, Джером Джей Ди...

ПАРУ СЛОВ О ЧАРЛИ
"Как Вы похожи на учительницУУУ мою первуЮЮЮ, - я пою уже, О...
видимо, заскучал, как считаете? первых учителей никогда не забывают и чтут, это точнехонько... с теплом Ярослав.

Вы бы хотели продолжить разговор о мистере Б?..
Вот пришел мне на память случай один из детских воспоминаний:
Как-то сидели мы в гостиной на Пак Авеню и мило общались:
- Чарли, ты че творишь, мать твою, ты не можешь спокойно жить? - говорю я ему...
- Спокойно? - ухмыляется он мне, - да, как можно спокойно жить, когда кругом одни сосуны недоделанные, - так и ответил... а потом закурил сигару, это его успокаивало на время.
Дальше были переговоры с издательством, "Пристол-блэккорн", кажется, редактор Моррисон и долбаная шлюха Хелена... В конце концов, Чарли просто набил ему морду, Моррисону, не повезло парню, а я подумал: "Эх, Чарли... почему не выдержать паузу, почему ты надеешься на мгновенное включение... "

Дружище Я., к сожалению, не имею никакой возможности продолжать инет-существование.
Проглочен Реалом.
Оказался в сети случайно.
Пишу наспех.
Как вы похожи на мою первую возлюбленнуюююююююююю...
:)
Несла чушь без умолку, вешала лапшу без устали, но была так обаятельна, что в неё влюблялись даже подружки)))

Простите.

...эх, вот опять мне не верят, я же не лгу - никогда не лгу, если говорю, значит так и есть, я бы Вам выслал фотографию Раисы Михайловны (моей первой учительницы - вот она меня по-настоящему любила), и Вы сравнили сами... а Чарли, да, чудной был малый... я ему предлагал:
- Поехали в Россию жить...
- Нет, там холодно, че я буду жопу морозить на старости лет, - отвечает.
- Будешь жить, как человек, писательский клуб откроем, - говорю ему...
- Нет, не поеду, Джей, поздно ты нарисовался, приблуд, раньше бы на 10 годков, тогда - другое дело, мне уж подыхать пора, ебена мать...
- Совсем ты себя не ценишь, Чарли, на х.. тебе эти мудаки тупоголовые из "Пристли...", из "Палмсорес...", я тебе все устрою...
- Нет, не поеду, хоть пальцы руби, сынок, поздно...
Так и расстались с ним, ну, покарулесили по Калифорнии, в Маями по пляжам пошарахались, совсем сдавать начал старик, со слезами с ним расставался...
...ладно, О..., не в обиде я на тебя совсем, мне прынцесса никак не дается одна - Гордая, понимаешь, и так к ней и сяк, а не получается, полюбил я ее, а она молчит... молчит и все тут, не доверяет мне, а я всю душу ей вывернул, а может, просто не во вкусе ее, грубоват, прямолинеен малость; а да, на хрен, все это! - поэзия вся эта, кошачьи слюни... Чарли бы меня сразу понял". (из переписки с О...)

Как Вы понимаете, Чарли не совсем ирландец, да, поругивается, на чем свет стоит, только не по ирландски, скорее, по-американски, предпочитает английский ром, а не виски. Таким образом, Чарли хоть и предстает редким ценителем ирландских задниц и тщится своими ирландскими корнями, но большую часть жизни провел в Америке... а на счет рома, пожалуй, расскажу одну историю, которую Чарли не любил вспоминать, но которая служит прямым доказательством того, что не вся ирландская кровь еще исчерпана из его пудовой печени и не все гимны природе спеты. Историю я узнал от его друга Моррисона и пересказываю ее Вам.
В общем, случилось это еще в Ирландии, в Дублине в кабаке Барни Кирнана, что на Малой Британской, ну, Вам уже известно, что Чарли любил заложить по полной программе. Вот и в этот раз Чарли пришел к Барни немножко расслабиться и начал свой отдых с пару пинт пива. Чарли буянить любил, и это все знали, и все к этому были готовы и малыш Джо, и Тод, и Дигнам, царствие ему небесное. Но в этот раз в кабачок занесло непонятно каким ветром одного гасконца, черт бы его побрал, которым и заинтересовался наш Чарли. По словам, Моррисона, Чарли заинтересовал орден, который тот носил на груди... Чарли стал допытываться до незнакомца, откуда он у него, и за какие такие заслуги он его получил, на что получил краткий, но исчерпывающий ответ. Француз ответил ему, что это именной орден, который ему достался в наследство от его стародавнего предка, а тому, в свою очередь, был вручен Филиппом Красивым (IV) за заслуги перед отечеством, что этот орден переходил из поколения в поколение, и вот теперь он стал его обладателем... Но Чарли не унимался, его интересовал этот вопрос чересчур навязчиво, он заказал выпивки за свой счет, чтобы получше распросить гасконца на счет этого древнего ордена. Незнакомец был несколько смущен такой ирландской настойчивостью, но поддался на уговоры Чарли поведать ему о судьбе ордена. Оказалось, что его стародавний предок выиграл этот орден у Филиппа IV в дартс, и что этот орден был якобы изъят Филиппом у казненного Жака де Моле, и что все предки его до 7-го колена, все без исключения, как дань этому событию обязательно играют в дартс до конца своих дней и передают его по наследству талантливейшему отроку. И вот после этих слов Чарли вдруг разразился безудержным хохотом, как разорвавшаяся пороховая бочка громом. На что гордый француз не знал, как отреагировать, и просто побледнел. А Чарли как будто не замечал его неудобства и заливался как неистовый раненый боров. Француз не выдержал и призвал его к ответу, тогда Чарли ни сном, ни духом не падая тут же предложил ему дартс-дуэль... Чарли неплохо играл в дартс, скажу я Вам, и если бы не его увлечения выпивкой и скверный босяцкий характер, то он, наверно, бы далеко пошел в этой игре. Француз, ни сколько не сомневаясь в своих силах, согласился, и они обговорили условия игры. Чарли, конечно, жаждал ордена, он хорошо знал историю, отлично разбирался в оккультных доктринах и о тамплиерах знал не понаслышке, но что он мог предложить французу взамен своего проигрыша, скверный пропойца, и он предложил ему осушить до дна старого гэльского напитка, Кровавую Мэри, он расписал французу, что этот напиток давно вышел из моды, что, вообще, не каждый отважится его выпить и проч. дребедени. Готовится напиток черезвычайно просто, в стакане давится жаба пожирше, заливается все это отменным виски и добавляется ломтик лимона, который следует использовать как закуску, после того как напиток испит и жаба проглочена... Надо было видеть лицо француза в этот момент, его как будто свело судорогой, но он процедил сквозь зубы, ругнувшись, что согласен на эти условия, потому как была задета его честь, прежде всего, как игрока и достойного ордена отрока...
И... что же Вы думаете? Увы, но Чарли проиграл. Они шли вровень до самого последнего сета, но рука Чарли почему-то дрогнула, может, он не успел вовремя подкрепиться виски в перерыве перед последней партией, или просто не поверил, что может стать редким обладателем диковинного ордена, но француз победил... а Чарли, Чарли после этого случая перешел на английский ром, а вскоре так и вовсе отплыл в Америку, страну дикой свободы и ужасных нравов, как он замечал не раз впоследствии.

Джером Джей Ди.



Читатели (462) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы