ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1941 года. Глава 337

Автор:
Глава ССCXXXVII


- Держитесь до утра, возьмите пехоту и танки. Утром я пришлю подкрепления, - так напутствовал Конев майора Рожкова, одобрив все его действия. Видно было, что майор дельный и смелый командир, способный на ответственные поступки в быстро меняющейся сложной обстановке. Не беспокоясь более за руководство обороной Витебска, командарм вернулся к батарее, развёрнутой им на высоте, господствующей над Горбатым мостом через Западную Двину. Здесь, на батарее, Конев и заночевал: интуиция подсказывала генералу, что удаляться от пушек на ночь глядя не следует. На рассвете 6 июля немецкие бомбардировщики снова прилетели бомбить Витебск. Пожары в городе усилились. Когда первая волна бомбардировщиков, отбомбившись, улетела, с запада к въезду на Горбатый мост устремились немецкие мотоциклисты в сопровождении нескольких танков и бронетранспортёров. Окопавшиеся и замаскировавшиеся у въезда на мост стрелки майора Рожкова встретили их гранатами и бутылками с зажигательной смесью. Колонна противника смешалась и была накрыта залпом батареи Конева. Первая атака на мост была отбита. Спустя полчаса высоту, на которой была развёрнута батарея, атаковали немецкие САУ, ведя огонь на ходу. Приказав расчётам отойти в укрытие, Конев и сам залёг в окопчике в 50 метрах от батареи. Командир батареи, замешкавшийся возле орудий, был убит осколком. Пока рота прикрытия отбивалась от самоходок бутылками с коктейлем Молотова, Конев собрал командиров расчётов, назначил нового командира батареи, приказал держаться до последнего снаряда, а сам сел в машину и выехал на КП, развёрнутый в районе Яновичей.
Оценив оперативную обстановку, Конев предположил, что противник, прикрывшись со стороны Витебска, наверняка повернёт на дорогу Витебск-Смоленск и попытается ворваться в Смоленск с севера. Исходя из этого, генерал решил развернуть главные силы 19-й армии (четыре стрелковых дивизии из семи и 220-ю мотодивизию) поперёк автострады. Но прежде нужно было решить текущую задачу – не допустить падения Витебска. Майор Рожков с десятком танков мог отразить нападение немецкого разведотряда, но не целой дивизии.
Правый фланг Конева был совершенно открыт, связи с правым соседом у него не было. Не обеспечив правого фланга, нельзя было разворачивать армию. Поколдовав над картой, Конев решил по мере прибытия на фронт эшелонов 25-го стрелкового корпуса сформировать две оперативные группы, включив в них оставленные в Витебске танки, и нанести два контрудара. Одной группой – на север, по дороге Витебск – Невель (по сведениям майора Рожкова там, на правом берегу Западной Двины, были замечены немецкие мотоциклисты); другой – в западном направлении вниз по течению Двины. В целом, учитывая начавшееся контрнаступление двух советских мехкорпусов на Лепель, это был разумный план активной обороны правого фланга Западного фронта. Ложась спать вечером 6 июля, Конев приказал разбудить его немедленно по прибытии первого эшелона с войсками.
Проснувшись на рассвете 7 июля и узнав, что эшелонов не было, Конев вынужден был на ходу менять план, поскольку противник времени не терял. Танкисты Гота, призвав на помощь танкистов Гудериана и пользуясь господством в воздухе немецкой авиации, не только не отступили под ударом двух советских мехкорпусов, но выбросили сильный авангард – 20-ю танковую дивизию - в обход войск Западного фронта с севера. Состязаться своими стрелковыми дивизиями в маневренности с мобильным немецким авангардом Конев не мог, да у него ещё и не было этих дивизий под рукой. Оставалась 220-я мотодивизия, первые эшелоны которой прибыли из Орла. Её Конев и двинул, усилив артполком РГК, на Витебск, наперерез танковому авангарду Гота. Выгружающиеся из эшелонов стрелковые части Конев собирался разворачивать там же, на правом фланге, прикрывая с севера и с юга Витебск от начавшихся атак 20-й немецкой танковой дивизии.
Три дня продолжалось ожесточённое танковое сражение в междуречье Западной Двины и Днепра. Дожидаясь его исхода, Гот, избегая чрезмерного риска, приостановил наступление авангарда, активизировав разведку на флангах Конева. К вечеру 9 июля, когда оба советских мехкорпуса были перемолоты в плохо подготовленном контрударе маршала Тимошенко, нанесённом главным образом из желания как можно скорее доложить о победе Сталину, горевшему жаждой отыграться за разгром в Белоруссии, Гот возобновил наступление. Отклонившись ещё дальше на север, он форсировал Западную Двину; одновременно другая его танковая колонна повернула на восток и прорвалась к верховьям Днепра. Обнаружив танки Гота за своим правым флангом, Конев запросил у Тимошенко разрешения на отход. Ответа долго не было. Вечером 10 июля из штаба Тимошенко пришёл приказ: «Во взаимодействии с войсками 20-й и 22-й армий уничтожить войска прорвавшегося противника в районе Сиротино, Башенковичи, Витебск и восстановить положение, прочно удерживая фронт по восточному берегу Западной Двины».
У Конева из 400 армейских эшелонов на фронт прибыли только 130. Генерал затребовал подкреплений. В состав армии из резервов фронта были включены 128-я стрелковая дивизия и 7-й мехкорпус. Вскоре выяснилось, что дивизия насчитывает 1600 человек, а в 7-м мехкорпусе осталось два сводных батальона танков и мотопехоты. Отправив к генералу Курочкину, комадующему теперь 20-й армией, офицера связи, Конев всю ночь был занят переформированием и перегруппировкой своих частей. В результате были сформированы на месте несколько новых стрелковых соединений с приданными танками и артиллерией. Поставив каждому из них самостоятельную задачу, командарм избавил себя от необходимости вмешиваться в ход сражения, спуская в войска запоздалые и часто неисполнимые приказы, нередко рождавшиеся летом и осенью 1941 года в начальственных головах. В течение двух следующих дней, 11 и 12 июля, продолжался встречный бой 19-й и 20-й армий с 20-й и 7-й немецкими танковыми дивизиями. Встретив сильный отпор, генерал Гот приостановил наступление и занялся перегруппировкой, усилив разведку на флангах. Однако в штабе Западного фронта от Конева и Курочкина ждали большего.
- В течение четырёх последних дней не имею поддержки с воздуха фронтовой авиацией,- оправдывался Конев перед генерал-лейтенантом Маландиным. Сославшись на большие потери от ударов бомбардировочной авиации и плохую работу железных дорог (половина его войск всё ещё не прибыла), Конев вновь запросил разрешения на отвод и получил его. Войска отошли на 75 километров к востоку. Тем временем Гудериан, форсировав Днепр, ворвался с юга в Смоленск. Одновременно Гот, подтянув к передовой 14-ю мотодивизию, возобновил наступление в полосе 38-й стрелковой дивизии. Гот поставил авангарду задачу прорваться к Дорогобужу, рассчитывая на то, что и Гудериан выйдет туда с юго-запада, и вся Смоленская операция получит, подобно Белорусскому котлу, классическое завершение. Положение армии Конева осложнилось тем, что 34-й корпус у него забрали, передав его в 16-ю армию Лукину, ведущему сражение за Смоленск. Конев свёл в армейский резерв подразделения двух отдельных сапёрных батальонов и 27-го мотоциклетного полка и контратаковал. Больше резервов у него не было. Неизвестно, сумел бы Конев удержать своими силами Гота или нет, но с прибытием на Западный фронт генерала Рокоссовского фронт стабилизировался. Встретив сильный отпор со стороны группы Рокоссовского, Гот посчитал, что ему противостоит здесь свежая русская армия, и уже на долгое время, до октябрьского наступления фон Бока, перешёл на западном направлении к обороне, повернув 39-й мотокорпус на северо-восток, во фланг и тыл Северо-Западному фронту.
Наступившую передышку Конев использовал для консолидации сильно потрёпанной армии, пополнившейся тремя стрелковыми дивизиями – 50-й, 61-й и 166-й. На заключительном этапе Смоленского сражения, в начале августа, 19-я армия получила приказ во взаимодействии с 16-й и 30-й армиями нанести контрудар в направлении на Духовщину. Сосредоточив западнее Зубцово всю артиллерию четырёх стрелковых дивизий, Конев усилил её двумя армейскими артполками и 5 августа атаковал на узком участке фронта, как делал это на учениях в Закавказском военном округе. Прорвав фронт Гота на участке 166-й стрелковой дивизии, Конев ввёл в прорыв свой мобильный резерв – танковый батальон. В течение двух дней шёл ожесточённый встречный бой, сковавший танки и мотопехоту Гота, что в значительной степени обеспечило успех вывода войск 16-й и 20-й армий из cмоленского дефиле. Гот запросил у фон Бока поддержки с воздуха. Массированные удары с воздуха посыпались на группировку Конева один за другим. На третий день наступательный порыв войск Конева выдохся. В штабе Западного фронта не захотели с этим мириться и потребовали продолжить наступление. Подтянув 50-ю дивизию с маршевыми пополнениями, Конев, не рискуя более бросать войска под удары авиации, предпринял ночную атаку, но успеха не имел. Контрнаступление так и не получило развития. Однако и противнику особенно похвастаться было нечем. Танковая Группа Гота понесла большие потери. Армия Конева закрепилась севернее Ярцево. Наступление группы армий «Центр» на Москву было отложено до октября.
План «Барбаросса», предусматривавший взятие Киева и Москвы в августе, провалился.






Читатели (1130) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы