ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Величайший обман на Земле

Автор:
ВЕЛИЧАЙШИЙ ОБМАН НА ЗЕМЛЕ

Господа! Если к правде святой
Мир дороги найти не умеет –
Честь безумцу, который навеет
Человечеству сон золотой!
П.Ж.Беранже
Величайший обман на Земле… Нет, не религия, как утверждается в фильме «Дух времени». Точнее, не совсем религия. Она – лишь часть этого обмана – «золотого сна» человечества, которым окутаны тысячелетия мировой истории... «Заброшенные» в этот мир, мы обречены познать его бессмысленность, свою беспомощность, обречены почувствовать «на собственной шкуре» безжалостность судьбы. «Ты должен быть сильным – иначе зачем тебе быть?», - поёт Цой. И – да, в этом мире надо быть сильным. С детства нас только этому и учат. Терпеть, мириться с нуждой, бороться. Мы сидим за школьными партами десять лет только чтобы научиться учиться – класс! Научиться выполнять то, что необходимо. Научиться дисциплине. Таковы требования мира сего. «Золотой сон» на этом фоне выглядит не то пугающей, не то печальной закономерностью.
Анализируя своё письменное творчество, я замечаю теперь, что каждая мысль моя служила лишь одной цели: утверждение разумного в человеке, оправдание разума, мысли, а следовательно и стремления к истине. Понятие разума у меня тесно связано с понятием дисциплины, или самоконтроля. Способность следовать разуму, а не чувствам, умение сохранять беспристрастность в процессе познания обычно ассоциируют с волей. К этой категории я подхожу только сейчас, хоть она и связана неразрывно с понятием разума, являясь, в сущности, способностью быть разумным. Воля теперь приобретает для меня главенствующее значение. И это значение раскрывается через значение разума, ценность и величие которого я безустанно отстаивал последние годы, и выразил недавно в следующем тезисе: «Не быть счастью, миру, добру, не быть всем благам цивилизации без уважения к Разуму. Не важно, какие мы от природы, и что является естественным для человека – мы не обязаны следовать этому. Но если мы не последуем зову совести и светлых идеалов, жизнь обратится глубоким отчаяньем». То есть всё благополучие человека и человечества я связал с разумом. И действительно, только глубокий ум и трезвый рассудок позволят нам преодолеть низменные эгоистические мотивы во имя общего блага, только они способны обеспечить рациональный миропорядок, только здравый смысл поможет избежать войны и не позволит человечеству использовать свои достижения во вред себе же.
Рассмотрим для примера наиболее фундаментальное понятие – понятие счастья. По моему мнению, счастье зависит исключительно от правильного отношения к действительности: оно не в событиях и вещах, а в том, как мы к ним отнесёмся; не в богатстве, благополучной семье и хорошей работе, а в нашем умении получать от всего этого удовольствие (ведь нам не дано знать, насколько хорошо или плохо то или иное явление на самом деле). Из этого следуют выводы: нужно уметь видеть положительные стороны во всём происходящем, не должно преувеличивать свои беды, и, наконец, следует отказаться от навязанных извне желаний, поняв, что многое из того, что мы хотим, нам вовсе не нужно.
Хорошо, но для того, чтобы выработать и сохранять такое отношение к действительности, нужен ясный ум, и кроме того – нужна стойкая вера в истинность изложенного понимания счастья! Всё опять упирается в разум и волю! (Как я уже сказал, значимость воли определяется значимостью разума. В частности: сможем ли мы добиться поставленных перед собой целей? восторжествуют ли в мире доброта, бескорыстие, взаимоуважение, забота о ближних, или человек поддастся соблазну корысти, алчности, гордыни и эгоизма? Ответы на эти вопросы поставлены в зависимость от силы воли.)
Возьмем в качестве другого примера идеал свободы. Если отбросить банальное понимание свободы как отсутствия причинности в природе, и рассматривать её как противоположность иррациональности и зависимости от предрассудков, то свобода будет означать фактически следование разуму. Свобода есть беспристрастность и объективность разума. И правда – когда мы говорим о свободе, мы редко подразумеваем свободу от физических законов: гораздо чаще мы говорим о свободе как о свободе воли, свободной воле. Так что от разума и воли зависит ещё и свобода личности.
Наконец, от них зависит ещё и то, что мы привыкли считать самым важным в жизни – любовь. Ведь настоящая любовь невозможна без свободы, нравственности и духовности; в любви, как и во всём нужна дисциплина, внимательность и терпение.
Таким образом, воля и разум стали для меня наиглавнейшими категориями. Но вот незадача. Если всё определяется в конечном счёте только ими, то напрашивается вопрос: а насколько вообще в человеке развиты эти качества? И вот тут обнаруживается явный прокол. Человек, видимо, и вправду существо очень гордое, раз осмелился называть себя разумным. Я смотрю вокруг себя, и вижу людей, которые только и желают, что отказаться от остатков своего «разума»: ибо свобода выбора накладывает ответственность, и проще быть частью толпы – безответственным и всемогущим одновременно. А чтобы следовать толпе, вовсе не нужен разум; для этого, наоборот, нужно стать марионеткой. Я смотрю вокруг, и вижу неофашистов, продажных чиновников, порно в Интернете, шлюх, гопарей и наркоманов в подворотне, рекламу (где только её не размещают!). Я вижу загрязнение вод, вырубку лесов, горы гниющего мусора. Я наблюдаю цинизм, эгоизм, жадность, расчётливость, грубость, воспринимаемые как норма. Я схожу с ума каждый раз, когда вновь осознаю низость господствующей массовой культуры. В каждом выпуске новостей я слышу о грязных политических играх, и иногда кажется, что политики обманывают не только народ и друг друга, но и каждый из них – самого себя. Впрочем, здесь они не отличаются от других людей – все поголовно занимаются самообманом, пытаясь обвинить в своих бедах других, и оправдать себя, в том числе своё бездействие. Я вижу людей, которые беспрерывно ищут удовольствия, не понимая, что тем самым они обрекают себя на вечное недовольство. Их потребности удовлетворяет отупляющая, погружающая в летаргический сон и иллюзорные миры индустрия развлечений – кино, концерты, клубы и дискотеки, популярная музыка, компьютерные игры. Меня бросает в дрожь от тех фильмов, которые показывают сегодня в кинотеатрах, и явно не потому, что это фильмы ужасов, а потому что их культурный уровень настолько низок, что слова «культура» и «искусство» здесь вообще вряд ли применимы. Меня выворачивает наизнанку от тех книг, которые продаются сегодня в книжных магазинах: жанр фэнтези только поначалу кажется противным, пока не увидишь «Дом 2: жизнь после шоу» или серию книг Пауло Коэльо. Но всё это мелочи, по сравнению с тем, что каждый день я вижу людей «униженных и оскорблённых», павших с небес, преданных и раздавленных судьбой, разочарованных в жизни. В лучшем случае они просто чертовски устали от однообразных будней, от пребывания в роли автоматов, от разыгрывания изо дня в день одних и тех же ролей, от бесконечных обязанностей и бесконечного стресса. Но рано или поздно происходит срыв, и тогда их души заполоняют эгоизм, злость и безжалостность. Я вижу людей слабых, не способных более сопротивляться обстоятельствам, бороться за высокие ценности, к чему-то стремиться. Их силы – растрачены, воля – на нуле. И они готовы признать, что Коэльо – это нормально, лишь бы от них отстали, лишь бы больше не думать ни о чём.
И вот верь после всего этого в торжество разума, в то, что человек разумен, что он может всё, если захочет. Ага, и счастье, конечно, возможно, и добро будет царить в мире, ибо будет царить в сердцах людей. Ага, и настоящая любовь возможна, только после секса. И истина в цене, пока она на вашей стороне, играет на руку и приносит прибыль. И мы, конечно, сами строим свою судьбу, никто за нас этого сделать не может. (Что касается последнего утверждения, теперь столь популярного, меня тошнит каждый раз, когда я слышу нечто подобное.)
И что действительно странно, мы продолжаем во всё это верить! – наивно полагать, что когда-нибудь всё будет хорошо. Почему? Какие у нас основания думать, что всё вдруг изменится? Может быть, кто-то надеется на Бога, на его милость и доброту? Но что, если Бог – лишь выдумка, образ и подобие человека? Что если он – только совокупность всех тех идеалов и благ, которые мы хотим достичь? Мы ведь так в нём нуждаемся – не удивительно, что он существует! А на самом деле окажется, что все религии есть не что иное, как следствие психологической нужды человека в Идеале: мы хотим верить, что всё происходящее – правильно, и все беды в конечном итоге оправданы, что смерть – не конец, что миром правит добрый парень… Миф о Боге, вероятно, является главной составляющей грандиозного обмана, которым кружит себе голову Человек Разумный. Без Бога вера в возможность счастья на Земле теряет всякое основание.
Достоевский в «Братьях Карамазовых» устами Ивана говорит: «На всей земле нет решительно ничего такого, чтобы заставляло людей любить себе подобных… если есть и была до сих пор любовь на земле, то не от закона естественного, а единственно потому, что люди уверовали в свое бессмертие». То есть: нет Бога – нет любви, нет добродетели. Но, в то же время, вся «Легенда о Великом Инквизиторе» Ивана сводится к одной только мысли: человек не может существовать без Бога в душе, сколько бы против него не восставал. Инквизитор, обвиняя Христа, обнажает бессмысленность своих устремлений. Да и я вот: пишу эти строки, а в Бога-то верю!
Но и идея Бога спасает не всегда. Рано или поздно прокрадывается в сознание мысль, что все великие учителя мира сего, вещая красивыми фразами об истине, самопожертвовании, любви и милосердии, лишь притворяются, скрывая за фасадом всё те же проклятые своекорыстие, алчность и черствость души. Слушая их, мы начинаем верить в возможность праведной жизни, бороться со злом, но случится удар судьбы – и открываем в себе самые низкие качества в невероятной наготе. Да и потом, как верно подметил Достоевский, обещанная Богом мировая гармония не может оправдать страдания хотя бы одного только маленького ребёнка, ибо дети ещё не знают, что хорошо, а что плохо – и не могут сознавать своих поступков, а потому безгрешны. Но они страдают, мучаются – и Достоевский приводит тому ужасающие примеры.
Таким образом, религиозная вера не уберегает нас от той мысли, что есть роковая неудача всех высших устремлений человечества. Великая французская революция с лозунгами «свободы, равенства и братства» обернулась террором якобинцев, проповедь Христа – инквизицией, и так далее. Человек пронизан этой двойственностью: духа и материи, свободы и рабства, божественного и животного, – и эта антиномия никогда не позволит ему достичь желаемого. История человечества представляет собой череду падений и взлётов, пустых надежд и тотальных разочарований.
В своих размышлениях, утверждая верховенство разума, я также брал за аксиому возможность объективного познания. Но и это, видимо, было из слепой веры в разум. Прав определённо Шестов, полагая, что всякий философ стремится, прежде всего, не к истине, а к самооправданию. Признай я невозможность преодоления природной субъективности, рухнула бы вся моя вера в разум – какое уж тут стремление к истине! Фромм в этом смысле близок мне, и в оправдание своей жизненной позиции пишет, что человек способен выбирать между добром и злом. Ну-ну, и как же тогда все люди ещё не осознали необходимость добра и не построили до сих пор рай на Земле? А все они тоже занимаются самооправданием: воспевают прекрасные высокие идеалы, только чтобы уверовать, что их эгоизм – преодолим, было бы желание и силы.
Ну так а как иначе? Пропади эта вера – и «жизнь обратится глубоким отчаяньем», как я написал здесь в начале. Какое уж тут стремление к истине! А если эта истина окажется не тем, во что мы верим? Тогда можно сразу вешаться: жизнь без надежды на просвет бессмысленна и никчёмна. Выходит, не имеем мы права на истину. Я раньше призывал людей искать правду, и мнил себя глашатаем правды, теперь думаю, как бы эта правда не оказалась чересчур опасной.
И раз уж миром правит не Разум, а Глупость, воплощённая в сумасбродстве официальных идеологий или просто в обыденной неспособности заглянуть дальше своего носа, раз уж человека лучше было б назвать недо-разумным, чем Разумным, раз уж мы не можем похвалиться мужеством и силой духа, дай Боже нам тогда побольше «безумцев», гарантирующих пребывание человечества в глубоком, «золотом сне»… Счастливом сне.
И потому, оставаясь верным себе и своим заблуждениям, ни в коем случае не отрекаясь от своих прошлых слов, продолжая воспевать царствие светлого разума, закончить я всё же хотел бы обнадёживающими словами Фромма. Он пишет: «Если верить в доброту человека как в его единственный потенциал, то обязательно будешь видеть факты в искаженном, розовом свете и, в конце концов, жестоко разочаруешься. Если верить в другую крайность, то превратишься в циника, и не будешь замечать в себе самом и в других многочисленные возможности творить добро. Реалистический взгляд видит действительные потенциалы в обеих возможностях и исследует условия, при которых они соответственно развиваются».



Читатели (484) Добавить отзыв
Ход мысли интересен. Но вот вопрос: А надо ли стремиться к утверждению разумного в человеке? Всякому ли человеку это надо? Может ему, неразумному, так легче живется? И он не желает быть разумным, ибо как сказал кто-то классиков "думать - это значит себя подтачивать". Если жизнь человека сводится к насыщению, то он свинья. Свинья на небо не глядит. И пытаться учить ее этому затея неблагодарная.
03/07/2011 19:20
От Nickolas
Стремление к утверждению разумного основано на том, что свинская жизнь не самая лучшая))) - людям хочется перестать возиться в г*вне. Но насколько затея оправдана - судить не берусь. По мне так у человека два пути: назад к животному и вперед к Богу. Обе цели, если их достичь, принесут гармонию. Но обе недостижимы.
03/07/2011 20:58
<< < 1 > >>
 

Проза: романы, повести, рассказы