ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1941 года. Глава 219

Автор:
Глава ССXIX

C прибытием в город генерала Петрова и штаба Приморской армии оперативная работа по организации обороны Севастополя заметно усилилась. Штаб армии моряки разместили в подземном ФКП, куда сходились линии связи со всех секторов сухопутной обороны. Пока вице-адмирал Октябрьский и вызванный им с передовой комендант Моргунов решали за закрытыми дверями щекотливый вопрос – давать или не давать потрёпанным дивизиям Петрова в качестве маршевых батальонов части морской пехоты, и если давать, то какие именно, - генерал Петров отправился на Мекензиевы горы и провёл рекогносцировку позиций, на которых должны были разворачиваться войска, выходящие отряд за отрядом горными тропами с юго-востока на шоссе в окрестностях Севастополя. Генерал нашёл новые позиции превосходными и, вернувшись на ФКП в прекрасном настроении, присоединился к совещанию моряков. К вечеру вопрос был решён. Чапаевская дивизия Приморской армии пополнилась двумя батальонами морской пехоты. Прибывающие следом части пополнялись уже в рабочем порядке. Одним из первых подошёл и занял огневые точки на Мекензиевых горах 265-й артполк майора Богданова, прославившегося под Одессой тем, что сам Антонеску назначил за голову майора приличное вознаграждение. Теперь, когда у майора Богданова снова появились снаряды, за прочность сухопутной обороны на участках, не простреливаемых огнём береговых батарей, можно было не беспокоиться. Октябрьский, Моргунов и Елисеев смогли наконец заняться вопросами более основательной боевой подготовки вновь формируемых отрядов морской пехоты. Учебные отряды флота, в которых проводилась подготовка, получили опытных инструкторов из Приморской армии. Нехватку времени на теоретический курс компенсировали уже на позициях. В каждом подразделении морской пехоты появилась экстренно отпечатанная в Севастополе популярная брошюра «Учись воевать на суше», а газета «Красный черноморец», ежедневно доставляемая на позиции, в каждом номере содержала методические статьи: «Бой мелких соединений в горах», «Разведка в горно-лесистой местности», «Как обезвредить автоматчика» и т. п.
Активно велась войсковая разведка во всех направлениях. Была продолжена начатая 2 ноября перегруппировка войск на оборонительных рубежах. Часть войск с юго-восточного направления была переброшена на север и северо-восток, где подразделения 8-й бригады морской пехоты уже вступили в ближний бой с противником. На танкоопасных направлениях в районах Дуванкоя, Мамашая и Камышлы были развёрнуты дополнительные артдивизионы зенитной артиллерии, им предстояло послужить заменой противотанковой артиллерии, которой защитники города не располагали. После оставления Симферополя сюда же, в Севастополь, переместилось и партийное руководство Крыма.
В то самое время, когда стрелковые дивизии генерал-майоров Воробьёва, Новикова и Коломийца, 7-я бригада морской пехоты полковника Жидилова и наконец прибывшая последней дивизия арьергарда полковника Ласкина приводили себя в порядок и развёртывались на укреплённых оборонительных рубежах вокруг Севастополя, к причалу керченского порта подошла шлюпка, спущенная на воду с эсминца «Незаможник». В шлюпке находились генерал Батов и его немногочисленный штаб. Ещё затемно, когда эсминец огибал Керченский полуостров, сполохи разрывов и пламя пожаров, по которым можно было легко определить линию фронта, не оставляли более сомнений: Ак-Mонайские позиции сданы, противник занимает Керченский полуостров и вот-вот выйдет к окраинам города.
В порту царили паника и полная неразбериха. Все ведущие к порту улицы и дороги были намертво забиты обозами и брошенной техникой. Деморализованные толпы военнослужащих, не слушая приказов, грузились на захваченные в порту мелкие суда, в беспорядке отходившие от причалов. Суда и шлюпки сталкивались друг с другом, некоторые, особенно сильно перегруженные, опрокидывались. «Так, вероятно, уходил из Крыма Врангель», - подумал генерал Батов, с трудом прокладывая себе дорогу сквозь обезумевшую толпу. Выбраться из порта генералу Батову помогли немецкие бомбардировщики, прилетевшие уже не в первый раз, чтобы помешать организованной переправе остатков 51-й армии на Таманский полуостров. Когда вокруг стали рваться бомбы-лягушки, люди в прилегающих к порту улицах рассеялись по дворам и подвалам, и отряду Батова удалось наконец выбраться из города в сторону передовой, откуда доносилась близкая канонада. За городом все дороги, ведущие к передовой, были столь же плотно забиты. Несколько часов ушло у Батова на поиски штаба генерала Дашечкина.
- Что вы наделали, генерал? – спросил он наконец, найдя Дашечкина в полупустом штабе.
Дашечкин молчал. Вопрос Батова был риторическим. Армия более не повиновалась генералу Дашечкину.
- Немедленно отправляйтесь на Таманский полуостров и наведите там порядок. Если противник на ваших плечах прорвётся на Северный Кавказ, мы с вами оба ответим головой.
Дашечкин уехал. Разместив в его штабе опергруппу, Батов выехал на передовую, в район Султановки. Здесь уже рвались снаряды и мины, и на дорогах было посвободнее. В коренастой невысокой фигуре бредущего навстречу подполковника с рукой на перевязи Батов издалека узнал полковника Юхимчука. В лицо полковника было трудно узнать: оно было чёрным от загара, пороховой гари и дорожной грязи.
- Юхимчук! Александр Харитонович! – окликнул полковника генерал, выходя из машины.
Полковник подошёл.
- Что у вас с рукой? Ранение серьёзное?
- Что рана … вот где рана, - махнул здоровой рукой полковник в сторону доносящейся с передовой канонады.
- В дивизии осталось не больше пятисот штыков. Султановку удерживаем из последних сил. Снаряды заканчиваются. Связи со штабом армии нет. Подвоз боеприпасов и продовольствия из тыла прекратился. Чтобы не терять времени, полковник, у которого накопилось очень много не терпящих отлагательства вопросов, сам отправился в штаб.
Генерал и полковник вместе вернулись в армейский штаб. Двое энергичных политработников из опергруппы Батова отправились в керченский арсенал за снарядами. Тем временем полковник Юхимчук показал генералу на штабной карте позиции сохраняющих обороноспособность дивизий, развёрнутых поперёк перешейка западнее города. На правом фланге оборону на железной дороге держала 106-я стрелковая дивизия. Левее неё были развёрнуты 320-я, 157-я и наконец 156-я стрелковые дивизии. Подбросив полковника до передовой, Батов потратил остаток дня на посещение штабов остальных трёх дивизий. Всюду он заставал одну и ту же картину: уставший до предела комдив, дремлющий в блиндаже, уронив голову на кулак; подходящие к концу боеприпасы; 350-450 штыков в окопах; множество раненых; жалобы на прекратившееся снабжение боеприпасами и продовольствием с армейских складов. Попытки командиров дивизий своими силами подвезти снаряды из арсенала ни к чему не привели: все дороги были намертво забиты брошенной техникой и обозами.
Уже поздно вечером штабисты Батова пригнали из арсенала два грузовика со снарядами. Когда снаряды доставили на позиции артиллерии полковника Юхимчука, оказалось, что привезли снаряды не того калибра.
Перед рассветом генерал Батов докладывал по телеграфу обстановку в Генштаб, дежурному генералу Вечному:
«Войска Керченского направления после упорных, тяжёлых боёв за Ишуньские позиции под натиском превосходящих сил противника вели подвижную оборону…».
Над Крымом занималось утро 7 ноября.





Читатели (587) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы