ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Сватовство

Автор:
Автор оригинала:
Анатолий Зусман
В городе Мариуполе в старые времена, когда о большевиках еще и не слыхали, но имя Владимир Ленин начало появляться на страницах некоторых газет, жил-был купец. Звали его Мойшей. Хоть он был и еврей, о чем вы, наверное, уже догадались, я же понимаю, с кем имею дело, но над его столом в магазине, который тоже, как и стол, принадлежал ему, висела большая бумага. Сверху – двуглавый орел. Значит – серьезная. А пониже написано, что этот самый, с пейсами, не кто иной, как купец первой российской гильдии. Мама моя! Никогда не думал! И было у господина, теперь только так, господина Мойши десять детей. Это как банк, где растут хорошие проценты. Выражаясь современным языком, это называют долгосрочными инвестициями. Но я не об этом. Гордость Мойши - старший сын. Выучил отец Мэира, так звали первенца, всему, что только можно. Хоть сажай на царский престол, жаль нос не поместится. И стал отец нагружать сына своими делами. «Чтобы вникал – пока я живой», говорил он. Огромное количество дел совершенно не оставляло Мэиру времени на личную жизнь. Отец с тревогой наблюдал за сыном, и не знал, что предпринять. Мальчик взрослеет, он возмужал, превратился в настоящего мужчину. Вот от такого и иметь внуков. На свой страх и риск Мойша решил сам заняться поисками невесты. Что в таких случаях предпринимают? Вы знаете, что такое «шидух»? Это когда в дело вступает сваха. Еще лучше, чтобы она была кошерной. Строго по этим понятиям Мойша пригласил известную в городе сваху Сару. Ей было не так много лет, что-то вроде шестидесяти, может быть больше, может и того больше, никто этого не знал. Седые волосы у нее были давно, как и платье, которое она носила не то, чтобы постоянно, нет, на ночь она его иногда снимала. Но подбор невест и женихов – этим она занималась всю жизнь. И никто не жаловался на ее работу. Пары сходились, заводили детей, растили их, выдавали кого-то замуж, кого-то женили. И опять-таки, все через ту же Сару. Таким образом, весь мир крутился вокруг тети Сары. Когда Мойша пожелал встретиться с Сарой, та сказала себе. - Сара! Если ты сейчас сможешь угодить старому Мойше, то при его ораве растущих детей, ты будешь спать спокойно, а кушать рыбу «фиш» не только на песах. Сара! Ты сегодня должна хорошо пахнуть и блестеть не одним своим новым зубом! Голова – это не только рот, вечно стремящийся, чтобы в него что-то положили, или сказать не то, что от тебя хотят услышать. Это еще и кое-что, что делает деньги. Не забывай об этом, Сара.
Так, настраивая себя, она шла в дом к Мойше. На сей раз, на ней был ее лучший наряд. В нем она свела сына купца Штрумеля с дочерью банкира Нахума Кершеля. И чтоб вы знали, все у той пары сложилось как нельзя лучше. Правда, это было больше двадцати лет назад, но о той свадьбе говорят до сих пор. Ну вот, значит, Сара идет в гости. .. А то, что разные пуговицы – говорят сейчас так модно. Вот у Двойры, жены сапожника, на всех платьях разные пуговицы. И ничего. Пока муж клеит набойки, от мужчин нет отбоя. Так что дело не в пуговицах. Короче, идет Сара, приодевшись, как на именины. А в доме у Мойши уже второй раз подметают пол в гостиной. Когда до дома оставалось полквартала, двери раскрылись, и на пороге появился сам хозяин. Волновался он ужасно, как будто хотел поменять свою красавицу жену на толстуху, торгующую на базаре, что стоит всегда в первом рыбном ряду. Почему в первом? Просто она там всегда стоит. Кстати, вы бывали в Мариуполе на базаре? Что же вы тогда на свете видели? Там одних рыбных рядов, как в Одессе весь Привоз. Сара подошла. Мойша ласково берет ее за ручку и ведет в гостиную. Усаживает в кресло, наливает чашку чая, настоящего, заваренного на листьях, доставленных с самого Китая, и говорит. - Дорогая Сара! У нас есть товар. Хороший товар. Что Вы на это мне скажете? Или я что-то не так сказал? - Господин Мойша! Я Вас умоляю! Сара следила как за своим ртом, так и за головой. - Господин Мойша! Хороший товар на рынке – это большое счастье. Когда Вы были молодым человеком, я как сейчас помню, вы тоже были неплохим товаром. Вам было только двадцать, но очередь к вам уже стояла. Боже мой! Какая очередь! И что из этого вышло, вы спросите меня, я же все помню. С таким товаром, как у Вас, Вы самый богатый человек на земле. - Сара! Я уже не могу! У Вас есть, что можно купить? - Господин Мойша, Вы же знаете, как я к Вам отношусь, разве я Вам желаю чего плохого. Ваш товар требует, чтобы за него отдали бриллиант чистой воды и больших размеров. - Сара! Мне большие размеры ни к чему. Или у тебя есть, что мне надо? Я же не мальчик, чтобы мне морочить голову. На это дело есть, кому морочить. - Господин Мойша! Я Вас поняла. Я уже вижу, что Вам надо. Вижу так отчетливо, как себя. - Боже! Сара! Как себя не надо! Если будет как себя – мой мальчик этого не переживет. Дай ему немного пожить! - Господин Мойша! Я уже бегу. Я знаю куда бежать! - Ну, договорились. И держи меня, Сара, в курсе. И запомни, сначала смотрю я, затем показываем моему мальчику. Не испорти все дело! С Богом! И Сара, довольная разговором, удалилась. Она уже чувствовала, как ее карман оттягивает мешочек с монетами. Но с чего начать? В ее записях были только такие курочки, которые уже не неслись. Их достоинство определялось количеством денег у дорогого папочки. Но здесь случай был особый. Раньше ей надо было к бедному жениху подыскать богатую невесту. Это было легко. Тогда жених не смотрел на лицо невесты, он имел разговор с папочкой и говорил, куда присылать невесту. Точнее, он говорил, куда отсылать деньги, а только потом – невесту. Мойша был вершиной ее творчества. Как угодить ему? Может быть, поговорить с Мэиром, и он что-нибудь подскажет? Нет, нельзя. Если об этом узнает Мойша, быть беде. Нужна красивая и молодая невеста. Можно без денег. Пойду к раввину, что он посоветует. И Сара отправилась к раввину в синагогу. Раввин все знает, он поможет. - Ребе Натан! Я, как всегда желаю Вам до ста двадцати. Мне кажется, вы хотели со мной поговорить? - Сара! Я тебе тоже желаю, но я тебя таки не звал. - Да? А мне показалось, что Вы всегда хотите меня видеть. - Сара! Я хочу всегда тебя видеть, но в синагоге и во время молитвы. Ты такой редкий у нас гость. - Что Вы, дорогой ребе. Я, когда Вас вижу, то всегда думаю, какое это счастье! Раввин, видя, что отделаться от Сары ему не удастся, задает ей вопрос в лоб. - Сара, что ты хочешь? Скажи, но только быстро, я очень занят. Мне сейчас предстоит разговор с Богом. - Вот это уже другой разговор. Бедная Сара, она всегда что-то хочет. Знала бы она сама, что именно. Ребе! Только строго между нами, у вас есть девушка? - Сара! Что ты такое говоришь! Я женатый уважаемый человек, у меня дети. - Ребе! Я имела не Вас лично, а на примете. У меня есть хороший товар. И за него дадут большие деньги. - Ты говоришь – большие деньги? Это меняет разговор. Давай присядем, куда нам торопиться. И сколько денег? - Ребе! Давайте о коммерции потом. Мне нужна молодая и красивая, очень красивая девушка. - Сара, куда ты торопишься? Присядь. Такие вопросы нельзя решать в одну секунду. Послушай меня, если товар очень дорогой, то у меня есть, что за него дать. Моя дочь Двойра как раз ищет хороший товар. Что ты на это скажешь. - Сколько ей лет? - Ой! О чем ты спрашиваешь? Разве это так важно? Выглядит она на все двадцать. Какая девушка, прелесть. Как изюм для пасхального вина. - Она красивая? - И ты сомневаешься! Ты меня видишь? Вылитая папа. - У нее, что тоже и борода, и пейсы? Боже! Помоги бедной женщине! - Ну, хорошо, Сара! Она, может быть, и не очень красива, но Тору знает лучше всех в синагоге. - Так, что, встречаясь с молодым человеком, она ему будет Тору читать? И когда поженятся, тоже? А когда же дети пойдут? - Ах, Сарочка, ты пойми, моя Двойра – это такое счастье. Я за нее дам хорошее место в синагоге. Это же какой почет. - Нет, ребе. Я старая женщина, но думаю так. Хорошее место в синагоге надо давать бедным людям. А богатые его и так купят. Пошла я ребе. Выйдя из синагоги, Сара задумалась. Раввин надежд не оправдал. Город. Она его знала как свое старое платье. Мысленно обошла – дом за домом – невесты Соломончику не было. Нет, они, конечно, были, и в большом количестве, но папины требования... Ах, этот папа. Подавай принцессу. Шла Сара из синагоги к дому старого Менахема и впервые в жизни не знала, что скажет. Ведь она не читала Маркса и не знала, что, если ты кладешь деньги в банк, который обещает очень высокие годовые, то рискуешь остаться не только без процентов, но и своих кровных. Что сказать Менахему? И вот она у него в доме. Менахем с надеждой ожидает радостного сообщения. Он весь внимание. Даже в магазине, предлагая покупателю товар по тройной цене, он никогда так не напрягался. Менахем смотрит в рот Саре, словно ждет, что из него вылетит райская птичка. - Господин Менахем! – Сара на секундочку умолкла, прикрыла глаза, набрала в рот побольше воздуха, как будто собиралась нырнуть в морскую пучину, - Вы мне не поверите, но я, таки да, видела Вас во сне. - Ах, Сара, я уже немного горю, бекицер. - Я вот думаю, рассказывать ли весь сон, или только по частям. С какой начать, с хорошей или плохой? - Сарочка, не пугай, давай с хорошей, но поскорей! - Ну, хорошо. Значит, вижу я Соломончика, как сейчас Вас. Правда, на вид ему лет шестьдесят или около того. И подходит он к еврейскому кладбищу. Идет по самой центральной аллее и возле могилы самого ребе, на почетном месте, что возле, подходит к другой. Там написано: Менахем. - Сара, он что, пришел один? - А как Вы думали? Господин Менахем, с такими требованиями к невестам, как у вас, приходить на Вашу могилку он будет только один. - Ой, Сара, как это плохо для наших невест. - Господин Менахем, Вы не о том думаете, это плохо не для них, а для Соломончика. - Стой! Ты меня совсем запутала. А, почему он приходит на мою могилку? Я же еще живой! - А от таких сведений разве будешь живой? Уж лучше туда, в могилку. - Ну, спасибо на добром слове. А ты сама, что ты думаешь? Вот и я думаю, а может это ни не сон?
С тех пор прошло много лет. Не стало папы. А, Соломон... Не сел он на царский престол, не заполнил в анкете про жизнь, что где-то был, участвовал, привлекался, опять же был, а папин магазин не стал его собственным - пришли большевики и магазин забрали. Жизнь потихоньку текла как вода из проржавевшего крана. Хлоркой она не пахла, но запах какой-то чувствовался. Соломон тихо жил, работая мелким служащим в местном кооперативе, и только редкие воспоминания о своем деле грели его душу. Двуспальная кровать, купленная еще самим папой, упокой, Господи, его душу, была занята только наполовину. О женитьбе он уже не задумывался, но продолжал терпеливо ждать свою, завещанную добрым папой, принцессу.



Читатели (788) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы