ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1941 года. Глава 123

Автор:
Глава CXXIII


Рано утром 22 июня командир 2-го кавалерийского корпуса генерал Белов, отдыхающий с семьёй в окружном одесском санатории, выполняя давнее обещание, взял лодку, посадил в неё своих маленьких дочерей и повёз кататься по морю. Погода была прекрасная, море было спокойным как стекло и тёплым, как бывает лишь в разгар лета. Большой багровый шар солнца медленно поднимался из моря на северо-востоке, и широкая огненная дорожка бежала от него по чёрно-фиолетовой воде прямо к лодке, рассыпаясь золотыми брызгами при каждом взмахе вёсел. Несмотря на ранний час санаторский пляж не пустовал: отдыхающие с семьями офицеры, выполняя наказы своих супруг, с утра спешили занять на нём лучшие места. Солнце поднималось над морем всё выше и уже начинало припекать, когда прогулочная лодка повернула к берегу. Издалека увидев жену, спускающуюся по ступеням к воде в сопровождении водителя штабной машины, генерал налёг на вёсла. Узнав от жены о начале войны, он как старший по званию приказал загорающим на пляже офицерам отправляться в свои части, попрощался с семьёй, взял в штабе округа попутчиков и выехал в свой корпус, развёрнутый в Бессарабии вблизи румынской границы. Первую остановку пришлось сделать уже в Аккермане: двигавшаяся впереди колонна 150-й стрелковой дивизии подняла такое облако пыли, что мотор новой штабной машины заглох. Пока водитель чистил мотор, пехота ушла вперёд, но пыли над дорогой меньше не стало: со стороны Одессы в сторону фронта шли один за другим грузовики. Ещё несколько раз пришлось водителю останавливаться и чистить мотор, прежде чем они добрались до Тирасполя. Здесь, в штабе 9-й армии генерал-полковника Черевиченко, генерал Белов ознакомился с оперативной обстановкой на Южном фронте и уточнил местонахождение своих дивизий. 9-я Крымская дивизия полковника Бычковского вела бой на границе с румынской пехотой, пытавшейся форсировать Прут, а 5-я кавалерийская дивизия полковника Баранова, располагавшаяся во втором эшелоне, выдвигалась к границе, от которой её отделяло 150 километров. Белов выехал следом, рассчитывая к вечеру догнать дивизию Баранова на марше. Настроение у генерала было не из лучших. То, что о начале военных действий он узнал от жены, находясь в тыловом санатории, а не в штабе своего корпуса и не заблаговременно, наводило на неприятные мысли. Генерал Белов, служивший в кавалерии с 1919 года, был достаточно опытным кадровым офицером, чтобы безошибочно видеть явные признаки готовящейся агрессии со стороны Германии и её союзников, и сосредоточение румынских дивизий за Прутом в начале лета воспринимал однозначно. Заявление ТАСС, опубликованное за неделю до войны, он также принял к сведению как предупредительный сигнал, адресованный командованию приграничных округов и командирам развёрнутых вблизи границы воинских частей. Генерал был немало удивлён, когда узнал, что его летний отпуск не был отменён вышестоящим начальством. Отправляясь по путёвке в санаторий, он решил, что в Генштабе генералы знают, что делают. Оказалось, что он ошибся. В том, что он, командующий приграничным корпусом, лишь на исходе первого дня войны прибудет в войска, с утра ведущие бой без него, генерал Белов винил Генштаб. Такой явный прокол главного командования в самом начале войны обещал мало приятного и в будущем. Испортившаяся к вечеру погода не улучшила настроения генерала. Пошёл дождь, разбитая дорога сразу раскисла. К счастью, он успел догнать дивизию Баранова прежде, чем мотор новенькой штабной машины окончательно заглох, не выдержав испытания дорогами Бессарабии. В командирское авто впрягли лошадей, а сам он пересел в броневик. Спустя полчаса мотор застрявшего в грязи броневика заглох. Комдив предоставил командиру другой броневик, на нём и прибыл генерал Белов в расположение штаба корпуса, на запасной командный пункт, развёрнутый среди виноградников в окрестностях Комрата. Выслушав доклад начальника штаба, пообедав и немного передохнув после трехсоткилометровой тряски по плохим дорогам, генерал выехал в штаб 9-й кавалерийской дивизии, вместе с пограничниками ведущей бой на берегу Прута. От начальника штаба он уже знал, что накануне румыны захватили два моста через Прут в районе Кантемира, перевели на восточный берег батальон пехоты с артиллерией и пытались расширить плацдарм, но были остановлены пулемётами пограничников и подошедшим полком дивизии Бычковского. Не дослушав донесение полковника, генерал Белов отдал ему короткий приказ: «Ввести в бой резервный полк. Плацдарм ликвидировать. Мосты взорвать».
Подготовка сапёров потребовала некоторого времени. Уже светало, когда стоявший в резерве 72-й кавалерийский полк подполковника Баумштейна, усиленный ротой подрывников, выдвинулся в сторону передовой. Занималось ясное утро. Под южным солнцем раскисшие ночью дороги быстро просохли. Колонна кавалерии шла по шоссе поэскадронно переменным аллюром, вздымая густые облака пыли. Эти облака привлекли внимание пилотов двух немецких истребителей, сопровождавших разведывательный самолёт и теперь возвращавшихся с боевого вылета на базу. Круто спикировав к шоссе, они пронеслись над колонной кавалерии на бреющем полёте, разряжая боекомплект своих пулемётов. Когда «Мессершмитты» улетели в сторону Прута, на дороге осталось два десятка мёртвых лошадей, убитых и раненых кавалеристов было ещё больше. Оказав раненым первую помощь, их погрузили на подводы и отправили в тыл. Дальше дивизия продвигалась к передовой в стороне от дороги по полям и лугам, рассредоточившись и почти не поднимая пыли. Над головами кавалеристов прогудели двенадцать советских бомбардировщиков. Сопровождаемые истребителями, они летели бомбить переправу и плацдарм. Пока на румынских позициях возле мостов рвались бомбы, кавалерийский полк спешился в глубокой балке. Вскоре генерал Белов наблюдал в бинокль, как румыны, не выдержав атаки спешившихся кавалеристов, поддержанной несколькими лёгкими танками БТ, покидают позиции и бегут в сторону мостов. На плечах отступающих бойцы подполковника Баумштейна захватили оба моста. Сапёры немедленно приступили к минированию. Прежде чем румыны с западного берега успели открыть по мостам и подходам к ним сильный артиллерийский, миномётный и пулемётный огонь, автомобильный мост взлетел на воздух. На железнодорожном мосту тоже прогремел взрыв, но мост устоял: сапёры корпуса Белова прежде никогда не взрывали больших железнодорожных мостов, и теперь им не хватило доставленной со склада взрывчатки. Плацдарм был ликвидирован. Потери кавалеристов составили 20 человек, противник оставил на берегу и на мостах около шестидесяти. В течение нескольких дней румыны контратаковали мост под прикрытием сильного огня артиллерии и миномётов, и всякий раз бойцы генерала Белова сбрасывали их обратно, приурочивая свои атаки к налётам советских бомбардировщиков. Мост несколько раз переходил из рук в руки. Наконец, 26 июня, отбив мост в очередной раз, Белов успел его взорвать. В этот день на КП дивизии доставили двух пленных немецких офицеров. Один из них, пилот сбитого «Юнкерса», на допросе держался очень уверенно, сразу объявил, что является членом НСДАП и пообещал генералу Белову, что через два-три месяца немцы будут в Москве.
- У вас я вижу Железный крест за Польскую кампанию. Вы воевали во Франции, бомбили Англию, но сбили вас здесь, на границе России. Так и Гитлер сломает здесь себе шею.
- Время покажет, - надменно улыбнулся пленный офицер.




Читатели (134) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы