ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Случайный попутчик (глава из романа "Фортуна на колесах")

Автор:
Я поехала в Польшу с мужем. Первый и последний раз. Теперь мне смешно это вспоминать, но не тогда…
Ничто не предвещало неприятностей. Купе было неполным. С нами ехал только один пассажир, вполне приличной наружности: небольшой рост, рыхлое брюхастое тело сковано изрядно поношенным пиджаком.
Физиономическое заключение - не опасен!
Не успели мы покинуть платформу, как «пиджак» радостно оживился:
- Будем знакомиться, соседи, Константин, или просто Кость - я - он протянул руку сначала мужу, потом мне. Букву «Я» он отделил случайно, поезд тряхнуло, он икнул, и буква отвалилась.
Мы познакомились. Состав медленно набирал скорость. Попутчика эта скорость явно не устраивала, и он начал форсировать события.
- Ну, а теперь, закусим!- радостно сообщил он, доставая из дорожной сумки еду и трехлитровую банку с прозрачной жидкостью. Нежно пощелкав по ней, он как бы ответил на мой незаданный вопрос, - вода огненная.
Я открыла рот, чтобы сказать, что туалеты еще не открыты, куда спешить, и вообще мы сыты, но сосед прервал меня тоном, не терпящим возражений.
- Давайте, давайте ребята, кучнее, садитесь,- он уже разливал спирт, а это был именно он, по чайным кружкам. Он вдруг стал агрессивен, напорист и нетерпелив, как человек, у которого горит внутри. Он ждал этого момента с вожделением, мы были нужны ему, чтобы, все, как положено, на троих…, чтобы был кураж, разговоры.… Ему не повезло с попутчиками, он это уже понял, но не смирился. Остановить его было невозможно, он уже мчался навстречу своему непреодолимому желанию. Отказаться было нельзя!
- Со свиданьицем, я вам уже разбавил, не бойтесь,- мы чокнулись, он выпил залпом, я отхлебнула тоже…
С этого самого момента он не закрывал рта, балагурил, рассказывал какие-то анекдоты, истории о себе и своих знакомых. И наливал…. Его маленькие бесцветные глазки благодушно блестели, агрессивность исчезла с первой выпитой кружкой. Простой рубаха – парень, душа нараспашку, что на уме, то и на языке. Мы тоже расслабились и наперебой болтали за жизнь. Еды было много. Мы пили и закусывали, но в проклятой банке не убывало, а наоборот, как будто, прибывало.
Если хочешь узнать о человеке много интересного, налей ему спирта, и узнаешь о его жизни все, даже государственную тайну. Но тут же забудешь, если пьешь сам. Уже через час Костя, забыв об осторожности, многозначительно стучал по нагрудному карману пиджака:
- Вот они денежки зеленые, все здесь, заработал, теперь и погулять можно,- он наливал уже четвертую чашку, рассказывая, как все происходило. История получилась смешная, и мы непрерывно смеялись. В купе стало душно, как в бане. Из-под стола жаром дышала железная печь, внутренности жгла огненная вода. Соседский лоб оросили капельки пота. Он разделся до майки, небрежно бросив драгоценный пиджак на полку.
Наш попутчик Костя оказался экспедитором. Он сопровождал спиртовоз с Гродненского завода в Питер. Всю долгую дорогу цистерну регулярно останавливали на постах ГАИ и требовали предъявить товар «на проверку», наверное, передавали по рации от поста к посту. Вели. Это было предусмотрено, в десятилитровой канистре находился «пробный образец». Вот только вода для разбавления зелья быстро закончилась. Один бравый «командир» потребовал налить, а воды уже нет.
- Я его предупреждаю, спирт качественный,- а, он - Наливай!
- Я налил ему стакан, он выпил, и… упал.
Мы засмеялись, и тут я вижу, что мой муж откидывается на спину, а обратно сесть уже не может. Он сделался ватным, как петрушка, сшитый в кружке «умелые руки». Я незаметно пнула его ногой.
- Готов!- Со спиртным он никогда не дружил. Пил редко, по праздникам, а если напивался, то терял самоконтроль. С похмелья мучился, болел и ничего не помнил.
Тут мне стало страшно. Я чувствовала опасность в любом состоянии, но в пьяном страх превращался в ужас, а ужас – в панику.
- Он специально его напоил, чтобы….- Дальше шли варианты, один кошмарней другого. Ограбит! Нет, убьет! И то и другое, почему нет? Фантазии мне не занимать.- Все подстроено, это – непростой спирт! Ударяет в голову, но отнимаются - то ноги. Не убежишь!
Я продолжала слушать пьяные бредни Константина, а сама собралась в клубок, ощетинилась, как еж, и решила действовать. Мне было не до смеха, взывать к супругу – поздно, устраивать семейную сцену на работе – дичь!
- Все, с тебя, хватит, - сказала я как можно мягче, развернулась к мужу и скорчила угрожающую гримасу. – Тебе пора освежиться! - Муж скользнул по моей физиономии сонным взглядом, улыбнулся, и завалился на один бок.
- Нет, нет, нет! Танечка, мы еще даже за женщин не выпили. А женщина здесь одна. Давай, за твою жену… . За Вас, Танечка, - сосед высоко поднял кружку.
- Давай, за мою…,- он не договорил, и так понятно, напрягся, встряхнулся, сел и потянулся к налитой кружке. Я опять стукнула его под столом ногой, кружка едва не выпала из его нетвердой руки. Он, кажется что-то понял…, или его желание случайно совпало с моим.
- Спасибо!- я подняла кружку, чокнулась и тут же поставила ее на стол.
Муж, качаясь, встал и, цепляясь за все подряд, выполз из купе. До туалета он долетел по ходу движения поезда, обратно шел долго, как альпинист в гору, упираясь руками в стены узкого коридора, и упал в первую открытую дверь. Я предусмотрительно оставила ее открытой…
Я осталась один на один с незнакомым пьяным мужиком. Вот ситуация! Полу - пьяная, полу - одинокая, полу - живая от страха.
А сосед все наливает…
- Танечка! Хоть Вы меня не покидайте. Вот дела! Спирта полно, а выпить не с кем!
- Я пить не буду!- сказала я твердо, как могла, и подумала, - когда ты только напьёшься? Ведь не железный же? Костяной! А Кость, не пьянеет, только глаза становятся стеклянными.
Моя охрана безмятежно храпит на нижней полке, а Кость мне опять что-то рассказывает. Я сижу и проклинаю свою беззубость. Когда я только перееду из вчера в сегодня? Социализм кончился, а я все такая же доверчивая «простынища». Так называла меня бабушка. Она скроила это сама из слова «простая». У бабушки было три класса образования и масса житейской мудрости. Определенно, меня куда-то клюнет «жареный петух». Почему жареный? И когда? И бабушки уже нет.
Улучив момент, когда Кость вышел из купе по известной нужде, я решила, что с меня хватит, быстро забралась на верхнюю полку, обозначая, что ужин закончен. Сосед скоро вернулся, и мое внезапное вознесение его не устроило, ему нужна была компания,
- Слезай! Я налил.
- Нет! Я больше не могу, ни пить, ни есть! Меня мутит.
- Хорошо! Я иду к тебе!
Он полез ко мне на полку. Поезд мчался на огромной скорости, трясся и раскачивался всем своим длинным телом, лязгал и угрожающе скрежетал железом. Я звонко заверещала, всячески преграждая соседу дорогу к себе, и он завис на руках между полками, не в состоянии подтянуться. Телом управлять он уже не мог. Эта возня неожиданно разбудила мужа, который спросонья невесть что вообразил и воинственно оттолкнул его от моей полки.
В этот момент Кость висел в воздухе, опираясь пальцами ноги на кончик стола. От толчка он потерял равновесие, замахал руками, словно крыльями, от отчаяния попытался взлететь, но не удалось. Я подумала, что ему конец, взвизгнула и закрыла глаза. Но волновалась я зря, Кость сумел приземлиться на свою полку практически без травм. Ушибы и царапины не в счет. Спать не входило в его планы, кураж был в самом разгаре. Он обиделся, ругнулся и, схватив со стола бутыль, вышел из купе. Всю ночь он где-то блудил, а я боялась заснуть, охраняя себя и семейные ценности. Что еще придет в пьяную голову? Когда он вернулся, я не слышала. Заснула на посту.
Ночью мужу было плохо, его непрерывно мутило и тошнило….
Основной кошмар наступил утром. Перед самой границей в купе ввалился чуть живой проводник и, опохмелившись, побежал будить вагон. Он вдруг вспомнил свои обязанности, вспомнил, чего ему стоило место в этой бригаде, и испугался. Он неистово колотился в железные двери и без остановки выкрикивал знакомые слова
- Подъем! Гродно. Быстро. На выход. Подъем. Открывайте! Гродно….
Взяв полотенце, я, как робот, встала и пошла умываться. В голове творилось что-то невообразимое, черти отбивали чечетку в ритме вагонных колес. В воздухе носился жуткий запах перегара и рвотных масс, второпях размазанных только что очнувшимся проводником. В туалет было не войти, не поскользнувшись на остатках пищи. Меня замутило, зажав нос, я вернулась в купе. В коридоре было непривычно пусто, никакой очереди в туалеты, вагон вымер.
Муж лежал скрюченный бледный, как скомканный бумажный лист. По блату проводник выделил ему помойное ведро, которое стояло у его полки и воняло.
- Доброе утро!- сосед был бодр и свеж, как будто это не он пил всю ночь и споил весь вагон.
- Кому доброе, а кому и не очень, - даже если бы я так не ответила, это было написано зеленым на моем сером лице.
- Не правильно пьешь, потому и мучаешься. Мало! Выпей сейчас! Немного, и все пройдет!
- Не могу!- прохрипела я закрытым ртом. От одной мысли о спирте, к горлу подкатило содержимое желудка.
- Дьявол! Человек столько выпить не может, - подумала я, обшаривая свою сумку в поисках спасительной таблетки.
- Где мой пиджак?- вспомнил он, увидев родное Гродно. Занервничал.
Судорожно сдирая постельное белье, под подушкой, он нашел свое мятое сокровище. Пощупал карман. Обрадовался. Успокоился, вернулся в свой пиджак, и опять стал похож на простого постсоветского гражданина.
- Жаль…, мне выходить! Вы мне, как родные. Приезжайте ко мне в Гродно, еще погуляем,- сказал Костя весело на прощанье, записывая адрес на смятой салфетке. - Это оставляю, - он скосил глаза в сторону зелья, - допьете!
- Нет, нет, забери! Отдай проводнику,- я глубоко вдохнула, чтобы не стошнило. Бездонная бутыль была пуста лишь наполовину, изнутри на меня смрадно дышал «зеленый змей»…
Кость вышел на перрон, и искренне долго махал нам у окна, пока не тронулся поезд. Я равнодушно смотрела на него сквозь мутное стекло не в состоянии ни радоваться, ни огорчаться.
Остальное помню плохо. Нервное напряжение ушло вместе с Костью, я, наконец, расслабилась и заснула. Как мы проехали границу? Легко! Помню только, что пограничник, попросивший паспорт у мужа, сочувственно разрешил ему не вставать, чтобы идентифицировать личность.
Проводнику нашему, наверное, досталось. Во всяком случае, больше я его не встречала, а жаль, он бы нам еще пригодился.



Читатели (1591) Добавить отзыв
От Джус
"- Давайте, давайте ребята, кучнее, садитесь,- он уже разливал спирт, а это был именно он, по чайным кружкам. Он вдруг стал агрессивен, напорист и нетерпелив, как человек, у которого горит внутри. Он ждал этого момента с вожделением, мы были нужны ему, чтобы, все, как положено, на троих…, чтобы был кураж, разговоры.… Ему не повезло с попутчиками, он это уже понял, но не смирился. Остановить его было невозможно, он уже мчался навстречу своему непреодолимому желанию. Отказаться было нельзя!
- Со свиданьицем, я вам уже разбавил, не бойтесь,- мы чокнулись, он выпил залпом, я отхлебнула тоже…" - здесь очень много "он", получается тавтология. Может как-то заменить?
Прошу прощение...

С уважением, Светлана.
19/03/2009 00:35
Спасибо, Светлана. Я обязательно над этим поработаю. Для меня очень важен свежий взгляд. Читаю и думаю, почему же я сама не обратила на это внимания? Удачи. С уважением, Вера.
19/03/2009 10:44
<< < 1 > >>
 

Проза: романы, повести, рассказы