ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1941 года. Глава 112

Автор:
Глава СXII


3 сентября командарм 5-й армии генерал Потапов приказал полковнику Москаленко сдать командование 1-й противотанковой артбригадой командиру артполка полковнику Ерёменко и принять командование 15-м стрелковым корпусом: накануне в бою близ деревни Пески был смертельно ранен прежний командир корпуса полковник Бланк.
Бригада Москаленко, которой генерал Потапов очень дорожил, справедливо считая её краеугольным камнем обороны всей 5-й армии, была снята им 24 июля с передовой в районе Малина и отведена в тыл для обороны стратегически важных мостов через Припять под Довлядами, Яновом и Чернобылем, а также мостов через Днепр в районах Новая Иолча, Лукоеды. Таким образом Потапов страховал тылы своей армии от возможного прорыва войск группы армий «Центр» к переправам, связывающим 5-ю армию с Мозырем, Гомелем и Черниговом. Наступление на Бобруйск, предпринятое соседками Потапова справа, 3-й и 21-й армиями Центрального фронта, к этому времени выдохлось, группа армий «Центр» сосредоточила в районе Мозыря значительные силы пехоты и артиллерии 2-й полевой армии, и в любой момент можно было ожидать со стороны немцев удара в стык между Центральным и Юго-Западным фронтами.
Противник, однако, до середины августа не проявлял интереса к этому направлению, продолжая накапливать силы на правом фланге группы армий «Центр»: пока главной целью немецкого наступления оставалась Москва, фон Бок предпочитал не распылять силы и ограничиваться надёжным прикрытием с юго-востока своих коммуникаций с танковыми авангардами Гота и Гудериана, ожидая, что фон Рунштедт выполнит приказ Гитлера взять Киев к 8 августа, и тогда русские будут вынуждены отвести армии Центрального фронта на восток, развязывая руки 2-й полевой армии для участия в наступлении на Москву. К середине августа стало ясно, что эта стратегия завела фон Бока в тупик: Киев так и не был взят фон Рунштедтом; продолжать и дальше держать на своём сильно растянутом правом фланге без движения значительные силы против всего двух ослабленных русских армий было для фон Бока непозволительной роскошью. В середине августа немцы выбросили в районе припятских мостов несколько отрядов парашютистов – диверсантов; все они были обнаружены и уничтожены охранением бригады Москаленко. 19 августа начался отвод армии Потапова за Припять и Днепр. 23 августа к чернобыльскому мосту подошёл арьергард 5-й армии, его преследовали по пятам танки и мотопехота фон Рунштедта. Два немецких танка и несколько мотоциклов с колясками на полном ходу ворвались на мост через Припять, когда по противоположному концу моста ещё двигались последние артиллерийские расчёты Москаленко. Прорваться на северный берег немцы не успели, танки и мотоциклы взлетели на воздух вместе с мостом, как только последнее орудие оказалось в безопасности. По другим мостам через Припять ещё три ночи уходили на север, в Полесье, партизанские отряды, действовавшие перед этим на коммуникациях в ближнем тылу у фон Рунштедта, после чего Москаленко взорвал и эти мосты один за другим. Тем временем отошедший за Припять арьергард 5-й армии отошёл за Днепр, и бригада Москаленко вновь прикрыла его отход на переправах, после чего последовала за 15-м стрелковым корпусом, отступающим на восток, к Чернигову, где предстояло развернуть фронт на север и отразить наступление 2-й армии группы армий «Центр», занявшей Гомель и отбросившей на юго-восток остатки 21-й армии, переданной из расформированного Центрального фронта Брянскому фронту генерала Ерёменко.
В последний день лета, 31 августа, полковник Бланк, встретивший Москаленко в Чернигове, познакомил его с тяжёлой обстановкой на правом фланге Юго-Западного фронта, пожелал успеха в обороне Чернигова с севера и попрощался: ему самому предстояло вести обескровленные стрелковые полки 135-й стрелковой дивизии, за отсутствием резервов взятой Кирпоносом у командарма 40-й армии генерала Подласа, всецело занятого борьбой с Гудерианом на крайнем правом фланге фронта, и спешно переподчинённой попавшему в критическую ситуацию Бланку, в атаку на плацдарм, захваченный на Десне 260-й пехотной дивизией 2-й немецкой армии. «В ротах осталось по 20-30 штыков. Боеприпасы на исходе. Но приказ есть приказ!» - грустно улыбнулся Бланк. Немцы прорвались накануне к правому берегу Десны у Киселёвки, перерезав последнюю рокадную дорогу, связывавшую позиции правого фланга 15-го стрелкового корпуса с левым флангом 21-й армии, пытавшейся организовать оборону по реке Снов, впадающей в Десну с северо-востока в 15 километрах восточнее Чернигова. Немецкий лейтенант, первым вышедший к реке во главе роты солдат, решил воспользоваться туманом и с ходу захватить плацдарм на левом берегу. Переплыв реку вплавь с взводом солдат, не имевших при себе надувных лодок, лейтенант выбрался на плохо охраняемый русскими участок левого берега и захватил стоящую у берега баржу. Подтянув баржу к правому берегу, немцы переправили через Десну сначала роту, а затем и весь 2-й пехотный батальон 470-го полка во главе с командиром дивизии генерал-лейтенантом Шмидтом. Вокруг было тихо: в тумане русские не заметили ни высадки штурмовой группы, ни захвата баржи. Генерал Шмидт именно на это и рассчитывал, поскольку немецкая войсковая разведка уже знала о плохой согласованности действий командования 5-й, 40-й и 21-й армий противника на этом участке, оказавшемся вследствие штабной неразберихи пограничным для Юго-Западного и Брянского фронтов. Следом за первым батальоном переправился на надувных лодках сапёрного взвода и весь полк. Лишь спустя полчаса русские батареи открыли огонь по Киселёвке, куда уже подтянулась немецкая артиллерия. Прямым попаданием первого же снаряда был убит командир артдивизиона. Однако плацдарм напротив Киселёвки ни в этот, ни на другой день не был контратакован, и на рассвете 1 сентября немецкая пехота сама атаковала с плацдарма деревню Вибли, скрытно выдвинувшись на рубеж штыковой атаки через заболоченную поросшую густым кустарником местность. Деревня Вибли располагалась в нескольких километрах к югу от реки на высоте, с которой хорошо простреливалась вся болотистая пойма Десны в районе плацдарма. В двух километрах южнее деревни проходила стратегически важная железная дорога на Чернигов – главная коммуникация с тылом для 15-го стрелкового корпуса. Траншеи на окраине деревни, а затем и сама деревня были захвачены немцами с ходу. После полудня русские батареи открыли по деревне сильный огонь, а в двух километрах от Вибли немецкие наблюдатели заметили сосредоточение выгружающейся из эшелонов пехоты противника, готовившего контратаку. Она началась с наступлением сумерек. Густые цепи стрелков устремились к деревне под прикрытием бронемашин. Окрестности деревни хорошо простреливались, и немецкие пулемётчики, отчаянно отстреливаясь, вскоре расстреляли все боеприпасы. Ночью атака возобновилась, и русские ворвались в Вибли; на улицах и во дворах завязалась жестокая рукопашная схватка, в которой немецкой пехоте удалось отстоять большую часть деревни. Утром 2 сентября на плацдарм прибыли немецкие подкрепления: накануне в три часа пополудни фронт 21-й армии на реке Снов был прорван на большом протяжении 2-й немецкой армией, что значительно облегчило доставку боеприпасов и подкреплений на плацдарм. Между тем у 15-го стрелкового корпуса резервов в районе Вибли не было, не было их больше и у командарма Потапова.
Немецкий плацдарм на Десне у деревень Вибли, Пески, при штурме которого погиб полковник Бланк, так и не удалось ликвидировать, несмотря на многократно возобновлявшиеся атаки, поддержанные огнём бронепоезда №15, курсировавшего по железнодорожной ветке Нежин-Чернигов. Зато перед 15-м стрелковым корпусом и всей 5-й армией встали новые проблемы. Армейская разведка Потапова донесла, что в районе Салтыковой Девицы в 20 километрах восточнее Вибли у немцев появился на Десне ещё один плацдарм, и они уже переправляют здесь на юго-восточный берег ещё четыре пехотных дивизии 2-й армии. Между тем левый фланг армии Потапова уже обходили с тыла, двигаясь вверх по северо-западному берегу Десны, две пехотные дивизии 6-й немецкой армии, вырвавшиеся на северо-восток с окуниновского плацдарма на Днепре. Генерал Потапов попросил у Кирпоноса разрешения немедленно отвести 31-й корпус за Десну, оставив 15-й корпус удерживать предмостное укрепление в Чернигове, но ни разрешения, ни подкреплений не получил. Всё, что ему разрешили сделать, это отвести за Десну 1-ю противотанковую артбригаду, которой командование намеревалось в дальнейшем распорядиться как последним резервом фронта в случае прорыва танков Гудериана в тыл 40-й армии.
4 и 5 сентября бои на позициях корпуса Москаленко носили крайне ожесточённый характер, не прекращаясь ни днём, ни ночью. 135-я дивизия на левом берегу Десны с трудом отражала натиск пехоты 2-й армии в районе Горбово, Вибли, Пески. Севернее и западнее Чернигова медленно отступали от рубежа к рубежу 62-я и 45-я стрелковые дивизии, 1-й воздушнодесантный корпус (в нём оставалось триста человек), 9-й мехкорпус (в нём давно уже не осталось танков). Снаряды подвозили нерегулярно: фронтовой автопарк с трудом справлялся с обслуживанием артиллерии, стянутой к немецким плацдармам. 6 сентября пехота 2-й немецкой армии атаковала с плацдарма у Салтыковой Девицы тылы 15-го стрелкового корпуса на левом берегу Десны, а пехота 6-й армии, заняв Смолино, Максим, Моровск, громила тылы 31-го стрелкового корпуса, продвигаясь к Чернигову вверх по правому берегу. В тылу у двух полуокружённых корпусов была широкая и глубокая Десна. Кирпонос вновь отклонил просьбу Потапова об отводе стрелковых корпусов и приказал обоим корпусам контратаковать. Из контратаки ничего не вышло вследствие многократного численного перевеса противника, и 8 сентября немецкое кольцо вокруг 15-го и 31-го стрелковых корпусов замкнулось: 2-я армия, наступая с востока, вышла к Колычовке, перерезав шоссе Бровары-Чернигов, а 6-я армия, наступая в междуречье Днепра и Десны, заняла Шестовцы.
Накануне Кирпонос и Будённый поставили перед Шапошниковым вопрос ребром, настаивая на немедленном отводе армии Потапова за Десну. Шапошников транслировал запрос Сталину. Сталин, до последнего момента полагавшийся на Ерёменко и его хвастливое обещание «разгромить подлеца Гудериана» фланговым ударом Брянского фронта, посовещавшись с Шапошниковым, Жуковым и Тимошенко, единодушно поддержавшими Будённого и Кирпоноса, наконец разрешил отвод. Полученное Потаповым 8-го сентября разрешение Кирпоноса отвести оба корпуса на левый берег Десны запоздало на сутки: теперь корпусам нужно было прорываться к реке с боем, бросая на ходу артиллерию и автопарк. В ночь на 9 сентября части 45-й и 62-й стрелковых дивизий корпуса Москаленко прорвались к Десне и переправились малыми группами на левый берег, где их прикрыли с севера и с запада 135-я дивизия, стрелки и артиллерия 9-го мехкорпуса и десантники 1-го воздушно-десантного корпуса. В эту ночь был ранен командир 45-й дивизии генерал-майор Шерстюк. Из четырёх дивизий 31-го стрелкового корпуса только 200-я смогла оторваться от противника и уйти за Десну со всей артиллерией. Остальные три дивизии, объединившись под общим командованием комдива 195-й дивизии генерала Несмелова, пробились к реке с боем и переправились с помощью подручных плавсредств, уничтожив автопарк и артиллерию. Ценой больших потерь 5-я армия ушла от окружения в междуречье Днепра и Десны и 10-11 сентября начала отход в южном направлении. Положение армии оставалось критическим: её фланги уже обходили с востока Гудериан, занявший Ромны и выславший аванпосты к Нежину и Прилукам, а с запада – пехота 2-й армии, быстро наступающая вдоль шоссе Чернигов – Бровары на Киев, во фланг и тыл войскам Кирпоноса, сдерживающим 6-ю немецкую армию на окуниновском плацдарме.
40-я армия генерала Подласа, ослабленная передачей 135-й стрелковой дивизии корпусу Москаленко, в течение нескольких дней сковывала в междуречье Десны и Сейма авангард танковой группы Гудериана силами сформированной на ходу из окруженцев и новобранцев 293-й стрелковой дивизии полковника Лагутина и отдельной 10-й танковой дивизии Героя Советского Союза генерала Семенченко. Гудериан, фактически вынужденный вести на плацдармах вдали от своих тылов войну на три фронта – против Брянского фронта на северо-востоке и востоке, против Юго-Западного фронта на юге и против перебрасываемой русскими с фронта на фронт и обратно 21-й армии на западе, – в очередной раз сумел создать на узком участке фронта ударный бронетанковый кулак и утром 10 сентября прорвал фронт 40-й армии между Батурином и Конотопом. Генерал Подлас запросил у Кирпоноса немедленных подкреплений, но их у Кирпоноса не было: выгружающиеся из эшелонов в Полтаве две свежие танковые бригады уже были брошены против ближайшего к месту выгрузки дериевского плацдарма, к тому же прийти на помощь Подласу из Полтавы они всё равно не успевали. Танки Гудериана смяли в кровопролитном бою оборону 10-го мотострелкового полка дивизии Семенченко и устремились на Ромны, уже не встречая организованного сопротивления на своём пути. В Ромнах танкистов Моделя встретил высаженный немцами в тот же день парашютный десант. Небольшой русский гарнизон из подразделений спецвойск и тыловиков занял круговую оборону, забаррикадировался и оказал сопротивление, что не помешало Гудериану проследовать через город в бронемашине и продолжить наступление.
В этот же день на другом фланге Юго-Западного фронта 38-я армия атаковала дериевский плацдарм. Наступление началось с двухдневным опозданием: сказалось прошлое командарма Фекленко, привыкшего маневрировать механизированными войсками. Задачи командирам дивизий были поставлены ещё 6 сентября. Удар по плацдарму в сходящихся направлениях должны были нанести две группировки: четыре стрелковые дивизии, наступая вдоль левого берега реки Псёл на Колеберду, наносили отвлекающий удар, а главный удар во фланг и тыл закрепившемуся на плацдарме противнику должны были нанести 3-я и 142-я танковые бригады, усиленные 47-й танковой дивизией и 5-м кавалерийским корпусом. Избранные направления ударов требовали минимальной перегруппировки войск, однако и на неё ушло 4 драгоценных дня. За это время фон Штюльпнагель форсировал Днепр в районе Кременчуга. Полк 297-й стрелковой дивизии, оборонявший Кременчуг, был атакован переправившейся пехотной дивизией 17-й армии и выбит из города. 9 сентября фон Штюльпнагель переправил в Кременчуг ещё одну пехотную дивизию и уже двумя дивизиями снова атаковал полковника Афанасьева севернее Кременчуга. Поглощённые подготовкой контрудара по дериевскому плацдарму, Фекленко и Баграмян донесению Афанасьева не придали большого значения: они уже знали, что танки фон Клейста переправляются на дериевский плацдарм. Как вскоре выяснится, на дериевский плацдарм переправился лишь один разведбатальон 9-й танковой дивизии. Его танки и были предъявлены фон Клейстом Баграмяну на фоне заката на гребне высоты, атакованной пехотой 38-й армии.




Читатели (1614) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы