ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1941 года. Глава 94

Автор:

Глава XCIV



Вечером 5 июля переодетый в немецкую форму майор Щука вернулся в штаб Железной дивизии на трофейном мотоцикле, в коляске которого сидел пленный офицер штаба 47-го мотокорпуса Гудериана. В сумке у офицера среди прочих бумаг лежал приказ командира корпуса фон Лемельзена, датированный 4 июля. Приказ ставил задачу 29-й мотодивизии фон Больтенштерна и 1-й кавалерийской дивизии, находящимся в районе Столбцы, восточнее Слуцка, окружить и уничтожить прорывающуюся в южном направлении группировку русских. Из донесений других разведчиков стало ясно, что шоссе Минск-Слуцк прочно контролируется 47-м мотокорпусом противника, а по дороге Брест – Кобрин – Слуцк – Бобруйск сплошным потоком движутся к Березине колонны 24-го и 46-го мотокорпусов. Какой бы маршрут ни избрала для дальнейшего продвижения дивизия, ей предстояло с боем пересечь одно из этих двух шоссе. Однако если прорыв на восток в лучшем случае выводил дивизию в междуречье Березины и Днепра, куда двигались и все мобильные войска Гудериана и где линия фронта могла к этому времени отодвинуться ещё дальше на восток, то южнее второго шоссе у противника не было войск, а у прорвавшейся туда дивизии Галицкого появлялась возможность уйти в Полесье, где преследовать её смогла бы лишь 1-я немецкая кавалерийская дивизия: для других мобильных войск Гудериана эта местность была практически непроходима. Преподавая историю гражданской войны в Военной академии имени Фрунзе, Галицкий не раз выезжал со слушателями в эти места и хорошо представлял, как будет непросто и его дивизии передвигаться по бездорожью через леса в сильно заболоченной пойме Припяти. Однако выбирать не приходилось. Со слезами на глазах командир полка тяжёлых гаубиц полковник Галкин приказал разобрать на части и закопать в лесу оставшиеся без снарядов орудия. Генерал Галицкий и командир 11-го мехкорпуса генерал-майор Мостовенко, недавно присоединившийся к колонне Железной дивизии со своим отрядом, решили немедленно прорываться на юг тремя колоннами, не дожидаясь подхода колонн генерала Борисова и полковника Скоробогаткина. Оставаться долго на одном месте было нельзя, к тому же на лесных просёлках уже становилось тесно. В тёмную беззвёздную ночь на 6 июля артиллерия Железной дивизии произвела отвлекающий артналёт на шоссе Минск - Слуцк, одновременно три полковых стрелковых колонны, сосредоточившись в четырёх километрах севернее шоссе Брест – Слуцк, бесшумно двинулись на юг и вышли к шоссе, не замеченные охранением противника. В час ночи, метнув ручные гранаты в следующие по шоссе грузовики с немецкой мотопехотой, три полка Железной дивизии, усиленные войсками Мостовенко, хлынули на шоссе с криком «Ура!», ведя огонь из автоматического оружия. Не задерживаясь на шоссе, они быстро перешли его и растворились в густом лесу по другую сторону, оставив на дороге три горящих танка, пять объятых огнём бронемашин и три десятка взорванных грузовиков, принадлежавших, как выяснилось из показаний взятых на шоссе пленных, колонне дивизии СС «Рейх». Пленные показали, что авангард дивизии уже форсировал Березину в районе Балусевичи в 20 километрах южнее Березино.
Весь день 7 июля Железная дивизия отдыхала в лесу, удалившись на достаточное расстояние от шоссе. Впереди ещё оставались шоссе Слуцк-Старые Дороги и железнодорожная ветка Слуцк – Осиповичи, а далее к югу начинались глухие леса. Вперёд для проведения глубокой разведки были высланы три разведвзвода. В составе каждого было несколько телефонистов, чьи голоса начальник дивизионной разведки капитан Казакевич хорошо знал. Только этим людям разрешалось выходить на связь со штабом дивизии, пользуясь местными телефонными линиями.
Утро 6 июля было хмурым. Рваные серые тучи бежали по небу с востока, заслоняя солнце. Из-за леса, со стороны немецкого плацдарма под Березино, всю ночь слышался гул танковых моторов. Бросив взгляд на часы, - они показывали 8 часов утра, - командир 100-й стрелковой дивизии генерал Руссиянов решил не откладывая воспользоваться нелётной погодой, лишившей противника одного из главных его козырей, и без артподготовки двинул в атаку на немецкий плацдарм сосредоточившийся в лесу к югу от Селищ 355-й стрелковый полк. Отказаться от предварительного артналёта генерала вынудила острая нехватка снарядов. Высланный ночью за снарядами на корпусной склад штабной офицер возвратился с неутешительным известием: склад в местечке Погост был пуст, все снаряды забрал, не испрашивая ни у кого разрешения, оборонявшийся неподалёку командир корпуса воздушных десантников генерал Жидов. Теперь у артиллеристов Руссиянова оставалось по 20-40 снарядов на орудие, а это был уже неприкосновенный запас, лишившись которого, артиллеристы вместе со всей 100-й дивизией сделались бы лёгкой добычей немецких танков. Тем не менее приказ командира 2-го корпуса никто не отменял, нужно было атаковать, перерезать шоссе Березино-Могилёв, уничтожить плацдарм и взорвать понтонный мост через Березину.
Из-за леса послышалась канонада, в ней потонуло «Ура!», с которым пошли в атаку цепи стрелков 100-й дивизии, вооруженных винтовками и бутылками с бензином. Вскоре командир 355-го полка доложил по телефону: «Остановлен плотным огнём артиллерии и миномётов. Контратакован танками. Зажигательные бутылки кончились. Прошу немедленно поддержать огнём». Руссиянов приказал начальнику артиллерии произвести по плацдарму несколько залпов из тяжёлых гаубиц 46-го полка, развёрнутых в ближнем тылу, на окраине деревни Журовка, после чего вновь приказал командиру полка атаковать. И снова атака захлебнулась. Во второй половине дня немецкие танки в сопровождении автоматчиков сами перешли в наступление, отбросили 355-й полк на север, заняли Селищи и вышли на позиции гаубичного полка в Журовке. Артиллеристы, подпустив противника на выстрел прямой наводкой, произвели залп. Удар тяжёлыми снарядами был страшен. Башни, сорванные с танков прямым попаданием, сносило на 50 метров. Потеряв за несколько минут двадцать машин, немцы поспешили отвести танки обратно за лес южнее Селищ. Автоматчики едва успели ретироваться следом за танками. Высланные на юго-восток разведчики донесли Руссиянову, что немецкий плацдарм сильно углубился на восток; к вечеру немецкие танки продвинулись по шоссе к Могилёву на 40 километров. Руссиянов разрешил командиру 355-го полка до утра перейти к обороне.
В десять часов вечера из штаба корпуса доставили новый приказ: в связи с глубоким обходом позиций 2-го корпуса с юга танками противника и прорывом фронта 13-й армии на стыке между 2-м стрелковым и 4-м воздушно-десантным корпусами Руссиянов должен был отвести 100-ю дивизию на 25 километров к востоку и там уже преградить дорогу немецким танкам, заняв оборону за рекой Ослик. Приказ генерала Ермакова ставил Руссиянова перед очень непростой задачей. В то время как немецкие танки, безраздельно хозяйничая на шоссе, беспрепятственно продвигались в сторону Могилёва, генералу предписывалось обогнать их, ведя 100-ю дивизию с тяжёлой артиллерией по бездорожью через заболоченный лес севернее шоссе.
Однако приказ есть приказ, и в ту же ночь колонна 100-й дивизии вновь двинулась 40-километровым маршем на север, обратно к Чернявке. Только оттуда, выйдя на не занятую противником дорогу, ведущую на восток, и затем снова повернув по просёлку к югу, мог генерал Руссиянов доставить свои пушки в район, расположенный в 25 километрах восточнее Селищ. Где к этому времени будут находиться танки противника, оставалось только догадываться. Отход дивизии прикрывал сильно потрёпанный 355-й стрелковый полк, усиленный мобильным отрядом капитана Ященко.
Между тем западнее Березины Железная дивизия генерала Галицкого, собравшись в лесу южнее шоссе Брест – Слуцк – Бобруйск и отдохнув, возобновила марш на юго-восток. Продвигаясь по ночам и отдыхая днём, постоянно ведя глубокую разведку, она уничтожала на своем пути немецкие гарнизоны в населённых пунктах и взрывала железнодорожное полотно. 10 июля, пытаясь форсировать реку Птичь в районе Глуска, дивизия встретила сильный отпор и была контратакована танками, пехотой и авиацией противника. Генерал Галицкий вновь повернул на юг и повёл дивизию вдоль западного берега реки Птичь. В глухих лесах в районе Кольцевичи, озеро Червоное дивизия вышла на нейтральную территорию, где уже не было ни немецких, ни советских войск. В 80 километрах северо-западнее Мозыря дивизия встретила 14 июля разведчиков 66-го стрелкового корпуса. Так завершился двухнедельный 500-километровый марш Железной дивизии по немецким тылам. На следующий день в районе Мозыря вышла из окружения штабная колонна 3-й армии во главе с генерал-лейтенантом Кузнецовым, а полковник Скоробогаткин спустя ещё несколько дней с боем вывел из окружения в районе южнее Могилёва колонну 85-й стрелковой дивизии, к которой присоединилась часть войск 172-й стрелковой дивизии 61-го корпуса, пробивавшаяся на юг из окружённого Могилёва. Начальник штаба 4-й немецкой армии генерал Блюментритт вынужден будет отметить в дневнике: «Наши моторизованные войска ведут бои вдоль хороших дорог или вблизи от них. Там, где таких дорог нет, русские остаются в большинстве случаев недосягаемыми. Попытки окружить их в лесных районах редко приводят к успеху».



Читатели (931) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы