ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Жанна и зеркало мира. (часть вторая)

Автор:
Глава Восьмая. Визит Бартоломью.

Когда Принцесса очнулась, то обнаружила склонившегося над ней Грига. Он снимал с её головы марлевую повязку.
– Проснулись? Мы все грешным делом за вас перепугались, – пояснил Григ. – Там на чердаке вы так ужасно кричали. Казалось, что совершенно сошли с ума. А потом упали без чувств…
– Где я? – Ламур оглядывалась по сторонам, стараясь узнать окружающие предметы.
– Мы вернулись назад. Варвар любезно помог нам донести вас до вашей спальни. Всю ночь с вами просидел Рамке. Он отчасти врач. Сказал, что опасаться за вашу жизнь не стоит.
В комнату вошла Анна. На её плечи был наброшен лёгкий белый халат. Улыбка не сходила с её лица:
– С добрым утром, Жанна! Я смотрю, дела идут на поправку. Врач сказал, что скоро можно будет выписываться…
– Врач? – нахмурилась Ламур. – Объясните, что это значит? Я в больнице?
Григ с упрёком посмотрел в сторону Анны и взял руку Ламур в свою. Некоторое время тянулась молчаливая пауза. Потом молодой человек сказал:
– Всё оказалось гораздо сложнее, чем мы думали… Дело в том, что вам никак не удаётся пройти карантин. Ваш иммунитет по-прежнему неспособен бороться с местными бактериями…
Голос Грига начал таять. Перед глазами принцессы открылись бесконечные просторы Вселенной. Но её не покидало странное ощущение, что сквозь пелену звёзд на неё смотрят знакомые глаза. Она никак не могла их узнать. Неужели всё вокруг – плод моей фантазии? Как отличить реальность от вымысла? Одна нелепая мысль сменяла другую, а звёзды продолжали сиять. Наконец бесконечно длящееся безмолвие было прервано лёгким прикосновением. Кто-то бережно и нежно коснулся её плеча.
– Принцесса, вставайте. Уже утро. У вас сегодня назначена встреча с мсье Бартоломью.
Жанна открыла глаза и увидела перед собой добродушное лицо Грига. Черты его лица стали ещё более мягкими и приятными, нежели казались ей раньше. Она с удивлением обнаружила, что находится в огромной спальне с высоченными потолками. Через несколько мгновений, откуда не возьмись, вернулось сознание. Жанна вспомнила, что именно на сегодняшний день назначила встречу с этим занятным графом. Что-то неуловимое притягивало её в этом человеке. Единственного Принцесса никак не могла постичь: почему Григ не препятствует их встречам. Неужели он не чувствует, что здесь кроется не просто обычное женское любопытство. Ламур вздохнула и, смешно выпятив губу, посмотрела на мужа:
– Милый, я страшно хочу есть.
– Завтрак сейчас принесут, дорогая, – ответил Григ. – Я уже распорядился.
– Какой ты у меня заботливый, – Принцесса потянулась и поцеловала его в губы. – Надо вставать, а так не хочется!
– У нас есть десять минут, даже пятнадцать…
– А потом? – Принцесса обхватила Грига за талию и подняла вверх полные восторга глаза.
– Потом сюда придёт моя свита вместе с твоим завтраком.
– Но ведь они постучат, прежде чем войти? – Жанна продолжала улыбаться полными шалости глазами. Её руки уже проникли в самые потаённые уголки…
– Не думаю, у меня совершенно беспардонная свита, – часто задышав, ответил Григ. – К тому же я их не успел предупредить.
– Тем более, – Принцесса, нежно прикоснувшись к цветку губами, ловко сбросила с Грига мешающую часть гардероба. – Знаешь, мне кажется, моя служанка за мной подглядывает. Сущий дьявол! Я вчера принимала ванну… и увлеклась. Открываю глаза, а она стоит передо мной с полотенцем. Я едва не лишилась дара речи. Можешь себе представить?
– Красивая? – Григ осыпал Ламур поцелуями, медленно, но верно приближаясь к заветной жемчужине.
– Очень, – закрыв глаза, шепнула Принцесса, и полностью отдалась нахлынувшей волне чувств, которая закружила её и понесла вслед за собой. Ласки становились всё настойчивей, щёки Ламур налились румянцем. Григ как демон кружил над Принцессой, успевая повсюду. В какой-то момент Жанна вынырнула из под крыла искушающего её демона и, повалив его ловким движением, сама взвилась над ним, как пламя, которое с каждой минутой становилось всё ярче. И вот уже они были готовы разорвать тишину, взобравшись на пик самой высокой и сумасшедшей волны, как дверь комнаты распахнулась, и в неё вошла вольнодумная и бесцеремонная свита Грига.
– Кушать подано, мсье Григ, – торжественным голос провозгласил вошедший, и следом за ним проследовали девушки с различными блюдами.
Жанна в ужасе обернулась и в этот момент неотвратимая и горячая волна окончательно накрыла её. Григ громко крикнул, разбудив эхо, где-то в самых отдалённых уголках спальни, и поймав в объятия Ламур, озадаченно уставился на свиту.
– Извините, мсье, – топтался на месте верноподданный слуга, – надеюсь, мы не слишком вам помешали? Судя по всему, концовка удалась на славу.
Девушки с блюдами заулыбались. Одна из них была очень хорошенькой и Ламур, лежа на груди Грига, поймала её взгляд, отчего волны тепла опять прокатились по всему телу.
– Нет, ты посмотри на них. Явились на две минуты раньше положенного, а их не покидает чувство юмора, – Григ поспешно укрыл Жанну простынёй. – Имейте совесть, в конце концов! Всех уволю…
– Григ, не будь занудой, – Принцесса сладко потянулась, продолжая любоваться симпатичной девушкой. – Давайте несите сюда завтрак, я страшно проголодалась.
Когда девушки подошли к Ламур и составили на разнос все тарелки и предметы, Жанна привстала и, не успев поймать простынку, которая прикрывала ей грудь, что-то шепнула на ухо красавице.
– …такой зверь, – донесся чуть слышный шёпоток, после чего Григ заметил лёгкую улыбку на губах красавицы.
Через некоторое время свита удалилась, и Принцесса с аппетитом набросилась на завтрак. Григ специально отвернулся в противоположную сторону, чтобы не мешать жене. Он не любил смотреть, как она ест. Накинув халат, он нырнул в свои тапочки и решил, что сейчас же пойдёт и отчитает этих наглецов. В конце концов, должно же быть хоть какое-то чувство субординации. Эдак, они скоро на шею сядут. Не успел Григ выйти из спальни, как оттуда высунулась голова и обнажённая грудь Принцессы.
– Григ, совсем забыла вам сказать, пусть ко мне придёт какая-нибудь девушка из свиты, мне нужно помочь примерить наряд, ведь сегодня у меня встреча с Бартоломью.
– Так уж и кого-нибудь, – усмехнулся Григ. – Намекаешь на ту красавицу, с которой вы всё переглядывались, и шептались о чём-то?
– Ну и что? – Ламур слегка покраснела. – А хоть бы и так… Какая разница, кто мне поможет застегнуть платье. Если не хотите тревожить вашу драгоценную свиту, можете сами мне помочь.
– Я? – рассмеялся Григ и посмотрел Жанне прямо в глаза. – Когда вам понадобится что-нибудь расстегнуть, непременно к вашим услугам. А вот на обратное, извините, не способный. Так что, подослать вам красавицу?
– Зря вы так, – обидчиво надула губы Принцесса, – мне и вправду нужно помощь. Подошлите того, кого считаете нужным.
Ламур закрыла за собой дверь в спальню, отправившись доедать свой завтрак, а Григ направился в комнату, где обычно отдыхала свита. Отчитав подчинённых под первое число, и отдав все необходимые распоряжения, он взял экипаж и направился в город. У него там были какие-то дела, связанные с недвижимостью.
Принцесса позавтракала и уже собиралась начинать готовиться к приёму дорого гостя, как в дверь спальни неожиданно постучали. Жанна решила, что это пришла прислуга, которую подослал Григ, она как раз собиралась примерить платье и крутилась возле зеркала в одном лифе.
– Проходи сюда, не стесняйся, сейчас поможешь мне застегнуть, – пригласила воображаемую гостью Принцесса, и мельком в зеркало решила взглянуть, кого же подослал муж, и тут же вскрикнула, увидев в отражении бородатого мужчину средних лет. – Что вы здесь делаете?!
– Извините, но ваш муж послал меня, чтобы вам помочь, но не сказал в чём именно, – отозвался бородач и застенчиво опустил глаза.
Жанна немного успокоилась. Действительно, не прогонять же человека, который пришёл ей помочь. Примерив очередное платье, Принцесса осталась недовольна. Она была очень самокритична. Ей не нравилось как оно сидит, как пристально и глупо смотрит на неё бородач, а также и то, что Григ в очередной раз её разыграл. Ведь специально поинтересовался и прислал самого очевидного олуха. Это в его духе! Что же надеть на встречу с Бартоломью? Он так обожает синий цвет... Ламур перебрала весь свой гардероб, но синего платья не нашла. Отчаяние охватило Жанну. Так ей хотелось предстать сегодня перед своим дорогим гостем в новом наряде.
– Как тебя зовут? – спросила Принцесса, обращаясь к затаившему в углу слуге.
– Андриано, – смущённо признался бородач.
– И чем же вы занимаетесь в свите Грига? – Жанна прищурилась, как будто старалась повнимательней разглядеть Андриано.
– О, я пишу стихи, – признался слуга. – Великолепные стихи. Вот послушайте:
Ваш нежный стан измял постель мою
И я горю, немыслимо горю...
Андриано с трудом выдохнул. Принцесса тоже настроилась на несколько более продолжительную и мучительную тираду. Однако, так внезапно оборвавшееся стихотворение несколько сбило ею столку. Она оглядела очередной свой наряд и пришла к неожиданному выводу, что сойдёт и так. Ей вдруг стало совершенно всё равно как она предстанет перед Бартоломью. Принцесса взглянула на часы и поняла, что до прихода остаётся совсем немного времени. Жанна быстренько привела в порядок лицо, потом вспомнив об притомившемся Андриано отпустила его, дав какие-то невесть откуда взявшиеся наставления по поводу поэзии. Вся её душа устремилась навстречу долгожданному гостю.
В дверях Бартоломью долго раскланивался. Жанна делала едва заметные реверансы и прикрыв веером нижнюю часть лица непрестанно улыбалась. Мсье Бартоломью был неотразим. Крайняя его обходительность и внимательность вызывали в Принцессе добрые и нежные чувства.
– Вы не представляете, вчера был на балу в честь королевы Елизаветы, – говорил Бартоломью.
– Да вы что?! – восторженно отвечала Принцесса, обожая манеры своего изысканного гостя. – Было интересно?
– Феерично, – Бартоломью искрился жизнелюбием и одухотворённостью. – И королева выглядела просто потрясающе...
– Нет-нет, в мою комнату, – поправляла Ламур маршрут своего гостя, который норовил свернуть в первую попавшуюся комнату. – Здесь нам будет удобнее. Эта свита моего мужа совершенно потеряла всякий стыд.
– Свита? – искренне удивлялся Бартоломью.
– Мне стыдно вам говорить, – Принцесса прыснула звонким смехом и закрыла лицо веером, зардевшись пурпурными красками. Потом вдруг сделалась абсолютно серьёзной. – Мсье Бартоломью, хочу вам признаться в некоторых своих подозрениях... Ах, даже не знаю, возможно ли вам такое сказать.
– Говорите, я вас слушаю, – попросил удивительный гость.
– У меня появились видения. Совсем недавно. Нелепое, почти нереальное ощущение, что я... как бы вам поточнее выразиться, – Жанна посмотрела в угол комнаты. Ей вдруг почудилось, что там кто-то есть. Однако, подняв глаза, она ничего подозрительного не обнаружила. – Мне кажется, что я из другого мира...
– Вздор, – предельно ласково отрезал Бартоломью.
– Вы так думаете? – Жанна от неожиданности даже опустила веер, обнажив нижнюю часть лица.
– Уверен. Вполне возможно, что причиной ваших видений является чрезмерная утомляемость вашего организма в последние месяцы.
– Вы имеете в виду...
– Да-да, голубушка, и это тоже. А вы как думали?
– И всё-таки, – Жанна начала хрустеть пальцами. – Вчера мне приснился удивительный, почти реалистичный сон, как будто я попала в замок на каком-то необитаемом острове... Вы никогда не слышали о таком?
– Нет-нет, – смутился Бартоломью. – Совершеннейшая фантазия.
– Вот как? Меня смущает ещё и тот факт, что я никак не могу вспомнить, что происходит вне этих стен, – Жанна окинула глазами свою комнату. – У меня такое ощущение, что мира снаружи просто не существует. И я понятия не имею, куда так надолго исчезает Григ? И почему вы до сих пор не пригласили меня к себе?
– Понимаете, дорогая, в данный момент это невозможно, – Бартоломью старался быть как можно равнодушнее к сказанному.
– Разве у вас есть жена? – прищурилась Принцесса. – Или вы вместе с Григом что-то тщательно от меня скрываете? А иначе как объяснить, что ему абсолютно плевать на ваши визиты? Это с его-то ревнивостью! Выкладывайте, чего уж там...
Бартоломью был несколько ошарашен. На какое-то время он как будто лишился дара речи. Всегда добрая, отзывчивая и нежная Ламур вдруг предстала пред ним в совершенно ином свете. Да и что он мог ей рассказать? То, как он и сам не понимает, что происходит на самом деле? Как он по два раза в неделю навещает якобы свою кузину из соседнего королевства, а сам живёт в этом же замке на нижнем этаже. И то, что её муж, мсье Григ никуда не ездит, а просто спускается вниз к своему другу, чтобы пропустить одну-другую рюмочку водки? Здесь никто ничего не понимает. Но все надеются, что придут иные времена и появится выход. Он и сам до сих пор удивлялся, как Григу удавалось держать Ламур в неведении. И эта его свита, которая напрочь лишена самых мало-мальских манер не вызывала у неё подозрений. Бартоломью не знал, с чего начать. Он молча сидел, уставившись в одну точку. Беседы с принцессой немного отвлекали его от реальности. Задор Ламур заряжал его положительной энергией и вселял в сердце надежду. Теперь ему предстояло разрушить иллюзию самой Принцессы, поведав ей как устроен этот мир на самом деле.
Бартоломью вспомнил тот день, когда он попал в этот заколдованный круг. Они летели на космическом корабле на Марс. В тот злополучный год все спешили в солнечную систему. Ожидались феерические события в связи с исчезнувшей планетой Фаэтон и скорой гибелью Марса. Также ходили устойчивые слухи насчёт Солнца. Во-первых, кто-то из учёных предположил, что эта звезда каким-то образом связана с антивселенной, и что именно туда ушло древнее племя аргонов, проживающих на Фаэтоне. Во-вторых, всех притягивала активность Солнца, её возможность непосредственно влиять на процессы не только солнечной системы, но и далеко за её пределами.
Полёт проходил достаточно спокойно и в ближайшие несколько часов они должны были прибыть на Марс. Как вдруг произошло что-то непредвиденное. Страшно взвыла бортовая сирена. Команда космического корабля ринулась в свои бортовые отсеки, по селектору попросили не беспокоиться и занять свои посадочные места. Бартоломью был учёным, он занимался космической психологией. Ехал на Марс, чтобы изучать поведение людей в экстремальных ситуациях, а именно в условиях умирающей планеты. Услышав сообщение, он заспешил в свою каюту, лёг в кровать как и положено по инструкции, а затем пристегнулся к ней ремнями. А дальше всё как в страшном сне...
Сначала погас свет. Видимо из-за перегрузки системы отказали аккумуляторы. Потом совершенно неожиданно включился селектор, откуда неслась страшная брань командира корабля и бортинженера, впрочем иногда были слышны и другие голоса. Становилось понятно, что дело дрянь. Космический корабль по каким-то непонятным причинам терял управление. Приборы отказывались констатировать реальное положение вещей. Слабое свечение далёких звёзд струилось сквозь иллюминатор, и Бартоломью впервые в жизни почувствовал страшный панический страх. И хотя погибнуть в космосе для любого астронавта считалось делом чести, умирать не хотелось. Слишком глупой казалась эта смерть. Тем более, что дома его ждала молодая жена, которая находилась на пятом месяце беременности. Бартоломью так рассчитал свою командировку, чтобы вернуться за несколько недель до родов. Ему очень хотелось принять личное участие в этом процессе. Он с ужасом представил состояние жены, когда она узнает о его гибели. Что будет с ней и с его ребёнком? Бартоломью снова попытался вслушаться в переговоры в центре управления. Там по-прежнему было шумно. Интересно, какой идиот догадался включить селектор?
Через некоторое время опять появилась надежда. Главным образом оттого, что стихли голоса. Видимо, кто-то подсказал, что переговоры идут на весь космический корабль и селектор выключили. Вдруг Бартоломью заметил, что звездолёт начал совершать манёвр, потому что в иллюминаторе вспыхнуло солнце. Оно уже казалось достаточно большим и в каюте сразу стало светло. Какая-то невообразимая магия скрывалась в этом грозном светиле. Свет проникая сквозь стекло переливался всеми цветами радуги. Бартоломью в первый момент даже почувствовал прилив сил. Наверное, зря он так преждевременно себя хоронил. И как только он подумал эту благостную для себя мысль, Солнце стало увеличиваться прямо на глазах. И не просто увеличиваться, а расти в их сторону со страшной быстротой. Бартоломью от страха дёрнулся и даже попытался избавиться от ремней безопасности. Согласитесь глупо убегать от звезды? Поступок был ребяческим, поэтому психолог тут же себя остановил. Всё, это конец, подумал тогда учёный, и был прав...
– Вы так загадочно молчите, – Принцесса поправила свои пышные локоны и посмотрела в боковое зеркало. – Неужели всё так плохо?
– Затрудняюсь вам ответить, сударыня, – Бартоломью взял с каминной полки какую-то безделушку и начал крутить ей в руках.
– Не поняла, так вы что же, так и будете продолжать держать меня в темноте?
– В конце концов, вы обо всём можете расспросить у вашего мужа.
– Ах, вот оно что?! У вас какие-то общие делишки с моим мужем. Никогда бы не подумала. У вас так мало общего, – Ламур потянулась было к сигарете, но завидев пристальный взгляд Бартоломью отдёрнула руку. – Говорите, иначе я опять закурю. Вы же знаете, каково мне было бросать. Не искушайте судьбу.
– Хорошо, Принцесса. Только мои слова вряд ли вас обрадуют.
– Ничего-ничего. Хуже уже не будет.
После этих слов Бартоломью рассмеялся почти дьявольским смехом. Долго смотрел в одну точку, как будто искал краешек нити, чтобы начать разматывать клубок. Чувствовалось, что смех по-прежнему душит его изнутри.
– Неужели я смотрюсь так нелепо? – обиженно спросила Ламур, и начала перебирать в руках чётки.
– Начнём с того, что я погиб, – задумчиво произнёс Бартоломью и посмотрел Жанне прямо в глаза.
– Да вы что?! – рассмеялась Принцесса. – А выглядите почти как живой, если не считать вашего дьявольского смеха. Да и рука у час горячая. Или вы хотели выразиться образно?
– Вот видите вы не готовы к разговору, – загрустил Бартоломью. – В общем-то я и не хотел обсуждать с вами эту тему. Я ведь и сам до конца не уверен в том, что говорю. Видите ли, наш звездолёт потерпел катастрофу. Точнее сказать, нас атаковало Солнце в солнечной системе. Согласен, явление редкое, но нам повезло. Получили щелчок по носу. Дальше темнота. А потом я проснулся здесь, в этом замке. Поэтому у меня есть все основания считать, что я мёртв. Люди не выживают после подобных катастроф.
– Вы знаете, мне тоже иногда снятся сны, что я лечу куда-то на корабле, а потом всё как в тумане, – Жанна поёжилась, словно ей стало холодно. – Но мне приятно, что у нас с вами очень схожие истории. Впрочем, стоит ли снам придавать столь большое значение?
– Дело не в этом. Просто мы не можем выйти из этого замка, –Бартоломью опустил глаза.
Последние слова кольнули Принцессу в самое сердце. Она вдруг отчётливо вспомнила, как она в окружении своих друзей совершала путешествие на чердак, и как сегодня с утра у неё странным образом путались мысли. А Григ был так невообразимо горяч. Неужели он тоже вернулся оттуда? Жанна провела рукой по бархатной спинке кресла и внимательно посмотрела на Бартоломью.
– А после космического корабля, вы постоянно находились здесь? – чуть слышно пересохшими губами спросила Принцесса.
– Если верить моим воспоминания, то да. Мы с Григом устраивали несколько вылазок наверх. Но тщетно, все выходы заблокированы. Даже наш мудрец Рамке прибывал в отчаянье.
– Рамке? – Жанна соскочила со своего места и подбежала к Бартоломью. – Что ж, вы раньше молчали? Представьте меня этому господину. Очень вас прошу.
– Так вы представлены, – смутился психолог. – Вы с ним частенько и раньше болтали ни о чём. Любовались закатом. Принцесса, вы меня пугаете, неужели вы всё позабыли?
– Ах, да! Пустяки. Это временное. У меня сегодня что-то с головой. Болит с самого утра… А вы бы не могли нам устроить ещё одну встречу? Сегодня.
Бартоломью удивлённо взглянул на Принцессу, как будто увидел её впервые. Встал и начал методично ходить по комнате. Наконец Жанна не выдержала и спросила:
– Вы издеваетесь?
– Нет, издеваетесь вы. Рамке уже как месяц пропал без вести. И вы это прекрасно знали. Или та другая Принцесса знала, а вы… Лично я вас вижу впервые… Извините, только сейчас заметил. У вашей предшественницы была родинка на запястье, – и Бартоломью ткнул пальцем в запястье Ламур.
Жанна отдёрнула руку так, как будто обожглась. Ничего не понимая она посмотрела на Бартоломью умоляющим взглядом. Но тот был неумолим. Резко отвернувшись он направился к выходу.
– Бартоломью, постойте…
– Пустое! Объясняйтесь с вашим мужем. Не удивлюсь, если он не заметил в вас перемен. Это в его духе! – психолог нарочито хлопнул дверью и был таков.
Принцесса выдохнула и рухнула на подушки. Горькая обида нахлынула как река и понесла её по своим нескончаемым излучинам и перепадам. Жанна расплакалась совершенно потеряв контроль над собой, не сдерживаясь и не опасаясь свиты Грига. Ей вдруг стало бесконечно одиноко в этом мире, как будто самый последний и лучший друг покинул её навсегда.
Ламур потеряла ощущение времени. Кажется, за окном уже сгущались сумерки. В комнате стало темно и Жанна поспешила включить свет. Она не любила темноту. Григ похоже задерживался. Только сейчас это уже не имело никакого значения. Она поняла, что перед ней разыгрывался нелепый спектакль. Зачем? Неужели нельзя было с самого начала посвятить её во все дела? Вдруг за дверью послышались быстрые шаги и в дверь её комнаты постучали. Не дождавшись ответа постучали настойчивей. Жанна сжалась в комок и не знала как поступить. Ей никого не хотелось видеть в эти минуты…
– Жанна! Вы здесь? – донёсся снаружи женский голос. Он показался Принцессе знакомым и она разрешила войти.
На пороге стояла Анна. Лицо её было выпачкано в саже, глаза светились сумасшедшим огоньком. Губы стремились изобразить лёгкую улыбку, но никак не могли найти нужного положения и смешно блуждали в поиске гавани. Она сделала несколько шагов, потом остановилась возле самых ног Принцессы.
– Ему удалось! – очень странно сказала нежданная гостья.
– Кому? – испуганно спросила Принцесса и инстинктивно подобрала под себя ноги.
– Рамке… Кажется, он нашёл выход. Идёте с нами? Решились?
Жанна с изумлением смотрела на свою бывшую спутницу, лихорадочно пытаясь вспомнить все те новые обстоятельства, которые связывали их здесь, в этой жизни. Но никаких воспоминаний в памяти Ламур на этот счёт не имелось. Жанна уже хотела было принять решение полагаясь на свою интуицию, но в дверях показался Григ.
– Наша жизнь – всего лишь череда комнат, в которых мы оказываемся. Вот скажи мне, Принцесса, неужели нам так важна их последовательность?
Ламур непонимающе разглядывала Грига. Тот, как ни в чём не бывало, присел на край кровати и потянулся к Принцессе, чтобы погладить заголившуюся коленку. Жанна подняла глаза, пытаясь обратить внимание Грига на девушку, с которой она только что имела беседу. Но к её глубочайшему удивлению в комнате уже никого не оказалось. Дверь была приоткрыта, но не так, чтобы в эту щель мог легко проскользнуть человек.
– Здесь только что была Анна, – взволнованно заговорила Принцесса. – Имей в виду, я всё знаю об этом месте. Так что можешь не притворяться…
– Анна? – не своим голосом произнёс Григ. – Ну и что? Она давно уже ищет выход, но безрезультатно. Боюсь, это очередная афёра. Ты мне так и не ответила на вопрос.
– Так спокойно отнёсся к тому, что я всё знаю о замке. Удивительно, но зачем нужно было столько времени от меня скрывать? – Жанна негодуя согнула колени и обхватила их руками.
– Поражаюсь удивительной способности женщин не отвечать на вопросы, – Григ облокотился на руку и вдруг стал совершенно серьёзен. – Я ничего от тебя не скрывал, Принцесса! Просто вы не она. Вас не должно быть в этом замке…
Вдруг голос Грига начал таять и как будто приглушённо зазвучал внутри Ламур. Жанна схватилась за голову и попыталась массировать виски. Боль в голове становилась невыносимой. Она закрыла глаза, и некоторое время боролась со страшным желание закричать что есть сил. Потом неожиданно боль прошла, и повеяло прохладой, как будто лёгкий ветерок обдал её тело. Принцесса открыла глаза, перед ней всё в той же забавной позе сидел Странник. За его спиной красовалось бескрайнее звёздное небо. Он курил трубку и улыбался одними глазами:
– Ну и как вам показался таинственный замок?
Жанна всё ещё не могла прийти в себя. В висках слегка покалывало, мысли путались. Ей казалось, что она ещё одной ногой там…
– Я не поняла одного, почему наверху…
– Почему вы встретили саму себя? Это простой вопрос, – ухмыльнулся Странник. – Вы и сами знаете ответ. Вспомните, кого искали на чердаке, и всё встанет на свои места. Вы ведь единственная, кто верил… Человек с бакенбардами не в счёт. Он до последнего считал, что вам так и не удаться попасть непосредственно в ту комнату, ведь предыдущие попытки оказались тщетными.
– И всё равно я не поняла, разве я не должна была встретить Его? – Жанна слегка покраснела, понимая, что говорит какую-то нелепость.
Странник расхохотался на весь космос, да так громко, что чуть не свалился со стула в окрестную звёздную туманность. Едва успокоившись, он разгладил возникшие на фраке складки.
– А разве вы Его не встретили? – и Странник посмотрел Жанне прямо в глаза.
– Вы хотите сказать, что всё это плод моей фантазии?
– Какой вздор, – Странник протянул руку и смахнул в ладонь Жанне звезду. – На тот момент вы временно выполняли обязанности.
– Обязанности? – Ламур вдруг вспомнила своё нескончаемое одиночество. – Вы надо мной издеваетесь?
– Ничуть. К тому же, завтра мы прибываем в Звездоград. Вам нужно хорошо выспаться. Нам назначен приём у самой королевы.
– Так мы на корабле? – вспомнила Ламур.
– Именно. Неужели вы подумали, что я сижу в открытом космосе на стуле? Это же противоречит всем известным законам физики! – Странник снова поджёг, погасшую было трубку. – К тому же курение в космосе категорически запрещено.
– Кем? – не задумываясь, выпалила Жанна, она уже думала о предстоящем визите к королеве.
– Законами природы, – серьёзно пояснил Странник. – А о том, как предстать перед королевой, не беспокойтесь. Что-нибудь придумаем!


Глава Девятая. Иерархическая лестница.

В этот вечер Жанна очень долго не могла уснуть. Сильно болел палец, который она случайно порезала кухонным ножом. В голову лезли странные мысли. Честно говоря, она побаивалась Звездограда и королевы, а также всех этих новых открывшихся перед ней обстоятельств. Жанне почему-то пришла в голову почти мистическая мысль, что там, на чердаке, она и повстречалась именно с ней, с королевой, которая приняла обличие Принцессы Ламур. Всякий раз её пробирал озноб от одного только воспоминания об этой встрече. Жанна понимала, что она была неспроста, и Странник устроил её специально. Всё в этом странном и загадочном мире имело своё значение и смысл. Принцесса на мгновение вспомнила о Григе и улыбнулась. Ей показалось очень забавным их мимолётное супружество. И ещё она вдруг начала ощущать некоторую привязанность. Жанне вдруг захотелось вновь увидеть его лицо, хотя бы на несколько секунд. За этими размышлениями она незаметно для себя задремала. И в пограничном состоянии между явью и сном ей приснился замок, почти тот же самый, в котором она побывала накануне…
Человек с бакенбардами прохаживался вдоль собравшихся и деловито, закинув руки за спину, сообщал вновь прибывшим о иерархичности в искусстве. Все слушали внимательно, даже Григ подпёр рукой подбородок и задумчиво изучал нижнюю часть платья Ламур. Толи он старался просверлить в нём дырку, толи восхищался изумительной отделкой, однозначно сказать было сложно. При этом молодой человек в белом фраке вращал в руках какую-то безделушку и как будто в такт речи человека с бакенбардами постукивал ногой.
Принцесса сразу же поняла, что в замке прибыло. Возле амурной дамы крутилась какая-то совсем молодая девица приятной наружности. Она постоянно что-то расспрашивала и поправляла то платье, то локоны. Появились несколько молодых людей прилично одетых и коротко остриженных. Один из них в руках держал томик стихов, кажется Фета.
Мандариновый сад благоухал. Жанна заметила, что с того момента как она побывала здесь в прошлый раз, многое изменилось. Куда-то исчезли дорожки и беседки. Если раньше создавалось ощущение, что за садом ухаживает влюблённый в своё дело опытный садовник, то теперь сад казался диким и неухоженным. Ламур с удивлением обнаружила, что сидит на бревне, на которое предусмотрительно наброшена тряпичная подстилка, а у амурной дамы нет веера, и она обмахивается каким-то журналом или даже (неловко сказать) газетой.
Помимо своих старых знакомых, с которым она встретилась в саду и в прошлый раз, Жанна заметила Рамке и Анну. Они разговаривали о чём-то, развалившись прямо на травке возле небольшого озерка. Видимо, этот пруд появился совсем недавно, потому что Принцесса никак не могла его вспомнить. Рамке разговаривал так громко, что до Жанны доносились отдельные ничего не значащие фразы. Ламур никак не могла объяснить свое появление здесь. Но ведь любой сон должен с чего начинаться. Нас, людей привыкших к непрерывному течению жизни и смене событий, немного сбивает с толку первопричина. Очень трудно себе представить начало как отправную точку, т.е. предположить, что в природе существовал миг, которому ничто не предшествовало. Размышление на подобные темы абсурдно. Согласитесь до сих пор неясно, что было вначале курица или яйцо. Вот также и сон начинается в самом неожиданном месте, прерывая цепь наших логических размышлений. Жанна попыталась вслушаться в то, что говорил человек с бакенбардами.
– …каждый автор, прибывший на остров, живёт в замке на этаже соответствующем его уровню письма. Чем талантливее поэт, тем более высокий этаж он занимает, – завершил свою речь Альберт и окинул присутствующих взглядом, исполненным превосходства.
– Каждый сам определяет степень своего таланта? – поинтересовался коротко остриженный новобранец.
– Нет, что вы, – загадочно улыбнулся человек с бакенбардами, – за авторов решает сам замок. Нельзя прыгнуть выше своей головы и подняться на тот этаж, которого ты не заслуживаешь. Это закон.
Ламур хотела было вставить какую-то фразу, но остановилась. Видимо, перемены, произошедшие с тех пор, как она побывала здесь в последний раз, оказались достаточно кардинальными. И никого не интересовало, кто живёт на чердаке. Принцессе страшно захотелось задать этот вопрос. Она подняла глаза на Грига, но тот по-прежнему сидел неподвижно в совершенно нелепой позе. В какой-то миг он поднял глаза на Жанну и едва заметно кивнул. По спине Принцессы промчалась ледяная волна. Она встала с бревна и стараясь максимально привлечь к себе внимание спросила:
– А кто живёт на самом верху?
Человек с бакенбардами вздрогнул, как будто кто-то впервые назвал его по имени, о котором он и сам начал постепенно забывать. Он повернулся к Принцессе лицом и стараясь выглядеть как можно естественнее ответил:
– Так высоко ещё никто не забирался…
– Вздор, – коротко парировала Принцесса. – Я докажу вам, что это не так.
Ламур была в ударе и чувствовала азарт. Ей вдруг захотелось во что бы то ни стало доказать всем, в том числе и Григу, что она сумеет подняться на самый верхний этаж. Она быстро зашагала в то место, где стоял человек с бакенбардами, остановилась рядом с ним и спросила:
– Кто идёт со мной?
От неожиданности авторы стушевались. Видимо, немногим хотелось испытать на себе категоричность замка и предстать перед собратьями по перу в своём истинном лице. Даже человек с бакенбардами был весьма смущён этим предложением. Однако, первым нарушил гробовое молчание Григ.
– Я принимаю ваш вызов, Принцесса, – сказал он и взяв руку Ламур нежно прикоснулся к ней губами.
Человек с бакенбардами почувствовал своё самолюбие ущемлённым. Ему было неприятно, что молодой поэт первым предложил Ламур свою кандидатуру. И хотя Альберт знал свой уровень в поэзии, он преодолевая невесть откуда взявшийся спазм в горле выдавил буквально следующее:
– И я тоже…
Вслед за авторитетным человеком с бакенбардами последовало ещё несколько молодых авторов. Услышав несусветный галдёж в стане поэтов, к собравшимся подошли Анна и Рамке. Они долго, как будто изучающее, разглядывали Жанну. Наконец Принцесса не выдержала и спросила:
– Неужели и вы начали писать стихи? – казалось, что Жанна в большей степени обращается к Рамке.
– Ни в коем случае, – ответил тот, почувствовав, что принцесса имела в виду именно его. – Но у нас появилось желание проследовать за вами. В качестве эксперимента. Ведь если верить россказням Альберта нас замок и вовсе не должен пропустить выше второго этажа.
– А вы сомневаетесь? – нахохлился человек с бакенбардами.
– Думающему человеку свойственно сомневаться, – иронично подметила Анна. – Вдруг у нас есть скрытые способности? Насколько я понимаю, замок оценивает талант, т.е. потенциал автора, а не его текущие заслуги. В этом смысле нам интересно проверить, на что мы способны.
Человек с бакенбардами улыбнулся широкой улыбкой, почувствовав себя хозяином положения:
– Ничего подобного, замок оценивает и талант и заслуги. Я сам лично слышал о том, что некоторым поэтам удалось уже здесь в замке продвинуться на несколько этажей вверх.
– Т.е. поэты времени зря не теряют? – с этими словами Анна приблизилась к Принцессе и прибавила почти шёпотом: – Зря вы в тот раз отказались… Рамке удалось отыскать выход. Понимаете?
– Не совсем, – смущаясь ответила Ламур и посмотрела на Грига, который, несомненно, услышал слова Анны.
– Предлагаю выдвигаться, – равнодушно заметил Григ. – Боюсь, что можем засветло не успеть.
Молодых людей, пожелавших составить компанию в штурме высот замка, звали Алексей и Александр. Они даже внешне чем-то походили друг на друга. Шумно разговаривали друг с другом и были слишком возбуждены. Чувствовалось, что предстоящее восхождение они воспринимают с трепетом и восторгом. Это как раз тот случай, когда страх и азарт дают невероятную взрывную смесь, побуждающую к импульсивным и нелепым поступкам.
Компания во главе с Принцессой уже заспешила к центральному входу замка. Замыкал процессию человек с бакенбардами. Ноги не слушались Альберта и казались ему ватными. Он едва поспевал за идущей впереди него Анной. На душе у поэта образовалась непроходимая тоска. Ему вдруг внезапно показалось, что последние два стихотворения, написанные накануне, отбросили его на несколько этажей вниз. Слишком уж он небрежно расточал спорные образы, и даже не удосужился доработать стихи на утро после бессонной ночи. И чем больше он думал о своём творчестве, тем острее понимал всю его никчёмность и нелепость. Даже те малые успехи, которые он праздновал сродни победам, теперь представали жалкими и ничтожными. Как будто какая-то пелена сходила с глаз уже немолодого поэта. Возле центральных ворот замка Альберт остановился и окликнул всех остальных, которые уже вошли внутрь:
– А может быть, не стоит искушать судьбу?
Казалось, что кроме Анны и Рамке, которые не считали себя поэтами, все остальные думали то же самое. На какое-то мгновение они остановились в замешательстве. Принцесса и та бросила задумчивый взгляд вверх на лестницу.
В этот момент каждый подумал о своём. Человек с бакенбардами вспомнил недавний спор о поэзии. Не далее как позавчера они схватились с коллегой, прибывшим в замок совсем недавно, по поводу того, что есть поэзия. Дебаты продолжались вплоть до самого утра. Всю ночь поэты не могли прийти к консенсусу. Дело в том, что стихосложение, как и например изобразительное искусство, очень тонкая материя. Настолько тонкая, что стихотворением можно назвать всё что угодно, даже чистый лист бумаги. Достаточно вспомнить знаменитый квадрат Малевича, чтобы понять насколько размыты грани между произведением искусства и халтурной малярной работой.
Искусство не математика. В нём нет чётких и ясных доказательств истины. Утверждения в искусстве не принято доказывать. В основном, все положения держаться на традициях и авторитетах. Стоит только кому-нибудь из великих пометить начинающего автора, как тут же вокруг него возникают почитатели, появляются охи и вздохи, которых прежде слышать не доводилось. Мнение знатоков от искусства значит очень многое. Они законодатели мод. А человеческий глаз привыкает ко всему. Поэтому немудрено, что схлестнувшиеся зубры от поэзии так и остались при своих мнениях. Интересно, всё-таки было бы посмотреть на того шутника, который предположил, что в спорах рождается истина. Если смотреть на этот процесс со стороны, то приходишь к совершенно противоположному мнению. Если уж в чём-то и преуспевают спорщики, так это в отработке командирского голоса. Более того, многих из них можно было бы смело ставить в хор на первые роли даже без предварительной распевки. И всё-таки спор это спорт. Кому нужны застывшие мёртвые истины? Человек любит динамику. Поэтому апаненты иной раз могут и не заметить, как легко меняются ролями процессе спора. Ведь, в конце концов, не в истине дело, а в выплеске накопившихся эмоций.
– Я не поняла, – прервала наступившее молчание Принцесса, – мы штурмуем вершины замка или у вас появился какой-то другой план?
Человек с бакенбардами вздрогнул и тут же пришёл в себя. Александр и Алексей подбадривающее похлопали друг друга по плечу, видимо, пожелав друг другу удачи.
– Рамке, вы никогда не задумывались, откуда в человеке такое непреодолимое желание быть первым во всём, даже в мелочах? – сдержанно улыбнувшись, поинтересовался Григ.
– Инстинкт самосохранения. В природе так заведено, что хищники поедают самых слабых особей, отставших от стада. Поэтому ничего удивительного здесь нет, людьми движет страх, – серьёзно ответил Рамке, то и дело поглядывая в сторону Ламур, которая уже готова была начать подъём.
– А разве первых не подстерегает такая же опасность? – удивилась Принцесса и присела на вторую ступеньку, даже не побоявшись за своё кружевное платье. – Вспомните про случай с пещерой. Мужчина выпускает вперёд женщину, чтобы удосужиться, что у входа его не подстерегает хищник. Поэтому мне кажется, что проще держаться вместе со всеми, быть в середниках.
– Возможно, вы правы, но вероятность отстать у середников выше. Гораздо приятнее иметь хоть какой-то гандикап на всякий случай, – пояснил Рамке. – А разве вы сами не боитесь остановиться на полпути?
– Я дойду до конца, – сверкнула глазами Жанна и перевела тяжёлый взгляд на Грига, который подсел рядом с ней.
– Настрой у вас боевой, – одобрительно кивнул молодой человек. – Вас бы в разведку, цены бы вам не было! Не могу понять одного: кому и чего вы хотите доказать?
Принцесса ничего не ответила, медленно поднялась со ступенек, повернулась и быстрыми шагами начала подниматься наверх. Григ последовал за ней. Следом заспешили и все остальные участники эксперимента.
Уже несколько пролётов остались позади, когда Алексей и Александр шумно начали обсуждать, кого из них первым остановит замок. У человека с бакенбардами, который усиленно старался не вслушиваться в спор двух молодых людей, даже начала подёргиваться левая бровь. Рамке чтобы разрядить нарастающее напряжение предложил устроить тотализатор и первым сделал на себя достаточно внушительную ставку. Александр и Алексей последовали его примеру и тоже поставили на Рамке. Альберт дрожащим голосом предложил свою кандидатуру, которую поддержали Анна и Ламур. Григ долгое время не мог определиться в своих предпочтениях. Потом резко подошёл к Рамке и сказал:
– Первой остановится Принцесса…
Чувствовалось, что подобного развития событий не ожидал никто. Даже Рамке был немного смущён. Ламур глядела на своего вчерашнего мужа в полнейшей растерянности. Возмущение – первое, что ощутила Жанна, очень быстро улетучилась и в душу закралась какая-то странная и тягучая тоска, как будто она опять ощутила себя там, в звёздном небе, в полном одиночестве. Принцесса слегка покраснела, но тут же обрела себя:
– Вот и я оказалась среди аутсайдеров. Впрочем, находиться в одной компании с Рамке незазорно, – она старалась не смотреть в сторону Грига и казаться весёлой. Однако какая-то неясная тревога начала точить изнутри. Предательское едва уловимое сомнение закралось в её душу: “Может быть, и вправду не стоило всё это затевать?”
– Что, боевой дух оказался не так уж и крепок? – весело спросил Григ и насвистывая зашагал наверх. – Лично я полностью уверен, что россказни о волшебных свойствах замка слишком преувеличены, и с трудом представляю себе, как он может определить талант кого бы-то ни было.
Некоторое время Жанна шла рядом с Рамке, пока Анна пыталась успокоить человека с бакенбардами, самокритичность которого не знала границ. Принцесса испытывала к своему попутчику довольно странную симпатию, а скорее всего симпатию граничащую со страхом. Рамке казался ей не просто инопланетянином, а человеком совершенно другого непостижимого масштаба. И одно то, что он не увлекался поэзией, когда как в нынешние времена всякий так или иначе пробовал себя на поприще искусства, вызывало уважение. Рамке оставался верен научному подходу в изучении окружающего мира. Ламур нравились математики, да и вообще учёные, они чем-то напоминали ей отца.
– А вы совсем не интересуетесь поэзией? – немного забегая вперёд по ступенькам, спросила Жанна.
– Почему же? – удивился Рамке. – Вовсе нет. Интересуюсь. Несколько раз бывал в поэтическом салоне Анны Павловны Штерн. Не слышали о таком? Достаточно популярное место в Галактике.
– Нет… – покраснела Ламур. – Мне почему-то казалось, что вы равнодушны к искусству.
– Искусство такой же способ познания мира, как и наука. Просто у каждого имеются собственные пристрастия. Но я не исключаю чувственного познания. Напротив, считаю, что они дополняют друг друга и не позволяют оттолкнуться от реальности с одной стороны и от морали с другой.
– А разве искусство не бесцельно? – Ламур быстро перебирала ногами, потому что Рамке предпочитал шагать через ступеньку.
– Всё зависит от самого человека. Есть люди, которые пишут от скуки, а есть и такие, которые не могут не писать. Для последних искусство способ познания, выражения своих мыслей и чувств, для первых – развлечение. Но и те и другие могут достигать значительных высот. К тому же профессиональное занятие искусством и вовсе исключает бесцельность. По крайней мере, работы подобных авторов оцениваются гонораром.
Принцесса изобразила недовольную мину на лице.
– Что, не любите профессионалов? – улыбнулся Рамке, заметив промелькнувшую тень на лице Жанны.
– Они бывают чрезмерно влюблены в своё творчество, им зачастую кажется, что они облагодетельствуют человечество.
– Как будто тщеславие не распирает любителей… Наверное, всё зависит от человека, – Рамке вдруг услышал возгласы позади и резко остановился.
Внизу между пролётами пытался сдвинуть невидимую преграду Алексей. Александр с ужасом смотрел на своего товарища и не понимал, что делать, видимо, решая для себя дилемму: остаться со своим другом или попытаться и дальше испытывать судьбу. Ламур подняла вверх глаза и заметила Грига, который изучал её взглядом.
– Нет-нет, я не считаю, что вам повезло, – начал спускаться к Принцессе Григ. – Однако, если Рамке предложит устроить новый тотализатор, я не задумываясь снова поставлю на вас, моя королева.
– Не паясничайте, Григ, – Принцесса поправила свои пышные кружевные платья. – Если у вас так много лишних средств, могли бы потратить их с большей пользой для дамы.
– Принцесса, к сожалению, в этом замке деньги совершенно лишены смысла, – Григ с любопытством наблюдал за бедным поэтом, который никак не мог преодолеть невидимый барьер.
– Не вымысел, – Рамке осторожно поводил рукой рядом с невидимой преградой, которую не мог преодолеть Алексей. – Удивительное свойство пространства. По-видимому, здесь сосредоточены какие-то силовые поля. Но почему они не пропускают именно этого автора?
– Вероятно, реагирует на ДНК, – подошла сзади Анна и тоже попыталась провести рукой над головой бедного поэта.
Алексей сгорал от стыда в буквальном и переносном смысле. Создалось ощущение, что жизнь остановилась раз и навсегда, ведь он проиграл даже тем людям, которые были далеки от поэзии. Значит, он абсолютно бездарен. Алексей вдруг вспомнил салон Анны Павловны Штерн. Неужели всё сказанное когда-либо в его адрес было одной сплошной лестью?
– А если попробовать его втянуть? – предложил Григ.
– Т.е. ты предлагаешь, как в школе, тянуть его за уши? – вдруг повеселела Принцесса. – Александр, вы не будете против, если мы попробуем помочь вашему другу?
– Такое ощущение, что Алексей нас не слышит, – сделал заключение Рамке, – он не реагирует на наши реплики.
Жанна быстро спустилась по ступенькам и попыталась взять поэта за руку, но её рука прошла насквозь. Она ещё раз провела по тому месту, где стоял испуганный Алексей, и снова не встретила никакого препятствия. Рамке и Анна с изумлением наблюдали за происходящим. Александр тоже ничего не понимал и потому, отойдя в сторонку, нервно грыз ногти. Анна внезапно переключилась на Рамке. И тоже попытался прикоснуться к нему, и не смогла. В этот же миг люди, окружающие Жанну начали медленно таять, как будто проявлялись на фотоснимке в обратную сторону. Принцесса поняла, что не может двигаться. Она вдруг оказалась на месте Алексея и попала в тенета замка. Непреодолимое чувство отчаяния переполнило сердце Жанна, она ещё раз попыталась сдвинуться с места, но какие-то сумасшедшие силы затягивали и сковывали движения. Принцессе захотелось крикнуть, но крик застревал в груди и не выходил наружу. Ещё одно усилие, и… Ламур совершенно неожиданно увидела перед собой Странника, который сидел рядом с её кроватью и курил.
– С добрым утром, Жанна, – поприветствовал Принцессу человек с тростью. – Сегодня ближе к обеду прибываем. Данилов уже готовит приветственную речь королеве.
– Приветственную речь? – ничего не поняла спросонья Принцесса.
– Он страшно любит официальные мероприятия.
– Да бросьте вы, какие ещё официальные мероприятия? – Жанна осмотрелась. – А сколько сейчас времени?
– Половина двенадцатого.
– Как? – спохватилась Принцесса и вскочила. – Почему вы меня раньше не разбудили? Я же не успею сделать макияж…


Глава десятая. Фантастический остров.

Сталкер нервно потёр виски и отложил бинокль в сторону. В такую погоду совершенно нельзя ничего разглядеть. Туман застилает практически всю прибрежную часть острова. В очередной раз придётся полагаться на интуицию. Команда Сталкера в полном составе собралась в кают-компании. Все пятеро: Ирина, Тая, Лиза, Яна и Эля не выспавшиеся и зевающие смотрели на своего командира, который пристально изучал карту местности. Корабль подходил к берегам таинственного острова, который вот уже какой год тщетно разыскивался множеством экспедиций.
Дело в том, что с недавних пор на Фаэтоне поползли слухи о том, что где-то в жёлтом море находится остров, на котором собираются люди, попадающие туда совершенно фантастическим путём, и также непонятно оттуда исчезающие. Несколько раз пытались найти остров с воздуха, но тщетно. Искусственные спутники сообщали противоречивую информацию. С точки зрения одних остров существовал, с точки зрения других – нет. Причём всякий раз они давали различные координаты. Учёные даже выдвинули сумасшедшую гипотезу о том, что остров способен перемещаться по морю. Однако, довольно смелое предположение тут же было отвергнуто скептиками. Решили по некоторым данным снарядить экспедиции, но результатов это не принесло. Корабли возвращались не с чем, а некоторые из них и вовсе пропадали без вести. Со временем количество неудачных попыток достигла апогея и про остров начали забывать. Именно в этот момент центр и подключил группу Сталкера. Последним удалось кое-что обнаружить и напасть на след таинственного острова. И вот теперь, когда наконец-то он показался на горизонте, и Сталкер уже был готов причалить к его берегам, откуда не возьмись, взялся этот туман.
Море штормило, погода портилась, и причаливать при таких обстоятельствах было самоубийством, поэтому командир и собрал свою команду, чтобы проконсультироваться на сей счёт, а также выработать стратегию дальнейших действий.
Девушки удобно расселись в ряд на длиннющем диванчике и как по команде закинули симметрично ногу на ногу. Видимо, этот ход уже был отрепетирован, но на командира произвёл достаточно сильное впечатление, после чего он даже немного покраснел и поздоровался со всеми персонально. Потом сделал гроссмейстерскую паузу и обрисовал сложившуюся обстановку. Из всего сказанного достаточно эмоционально и громко было ясно одно: к берегу не причалить, на спасательной шлюпке не подойти. Вдоль всего берега простирались чуть заметные гряды скал.
– Я одного не могу понять, – сказала, выслушав Сталкера, Лиза, – почему нельзя было подойти на подлодке? К чему этот средневековый экстрим?
– Подлодки тоже принимают участие в поиске. Просто решение было составить экспедиции пятьдесят на пятьдесят. Как видите, нам повезло с островом, но не повезло с подъездными путями, – ответил командир.
– Может быть, стоит связаться с ближайшей подлодкой и сообщить наши координаты? – предложила Ирина.
– Я чувствую, ты хочешь кому-то сделать рождественский подарок? – рассмеялась Тая. – Наши друзья ни за что не откажутся оказаться на острове первыми.
– А если добраться до острова под водой? – поинтересовалась Эля, перебрасывая ноги, и сверкнув своими яркими бикини из под коротенькой мини-юбки.
– Опасное мероприятие. Мы очень плохо знакомы с местной фауной. Погружение под воду – крайняя мера. Тем более, в таком случае нам придётся разделиться и оставить на корабле хотя бы двоих для посменной вахты, чтобы корабль не унесло за тридевять земель. Вот если бы подобраться поближе и бросить якорь… – Сталкер пристально вглядывался в иллюминаторы, как будто оценивая расстояние до острова.
– Не поняла, а что меняет постановка на якорь? – удивилась Ирина. – Разве не всё равно? На корабле придётся оставлять охрану в любом случае.
– Данная модель оснащена электронной охраной. Она не подпустит к кораблю никого в пределах мили. Честно говоря, я побаиваюсь разделять команду. Мало ли с чем нам придётся столкнуться на острове, – командир продолжал задумчиво изучать прибрежный массив, который едва-едва проглядывал из густого тумана. – Другой вопрос, что делать по прибытии на место. У нас нет ни карты, ни приблизительных ориентиров. Но для того, чтобы информировать центр мы должны убедиться в том, что попали туда, куда хотели. Есть какие-нибудь предложения?
Девушки сидели в полной прострации. Эля несколько раз попыталась раскрыть рот и даже привставала со своего места, видимо, к ней то и дело приходили гениальные мысли, но тут же отметались при первом же поверхностном анализе. Яна подпирала подбородок и хмурила брови, видимо, стараясь силой мысли просверлить дыру в противоположной стене. Ирина опустила глаза в пол, стараясь сосредоточиться на чём-то своём…
– Сталкер, я что-то не поняла, а куда подевалась Жанна, после того злополучного вечера в салоне Анны Павловны Штерн? – вдруг спросила Лиза и подошла вплотную к иллюминаторам. – Ты тогда уверял, что она выполняет какое-то особое поручение Странника. Что-нибудь известно о её судьбе?
– Почему ты вспомнила именно сейчас? – удивился командир и заходил по комнате.
– Так, пришла в голову нелепая мысль. Вдруг это как-то связано с этим островом…
– Исключено, – уверенно отрезал Сталкер. – Жанна сначала была отправлена на Землю. У неё там сложилась жизнь обычной девушки. Она даже вышла замуж.
– По любви? – тут же вступила в разговор Эля.
– Откуда мне знать? – командир остановился возле иллюминатора рядом с Лизой. – Странник не был в этом уверен, и забрал её по каким-то своим делам…
– Странно, что Жанна вообще согласилась тогда лететь со Странником. Начать жизнь с чистого листа – дело нешуточное, – нарушила своё молчание Яна. – Я бы ни в жизнь не поехала чёрт знает куда просто из-за любопытства.
– У каждой женщины свои тараканы в голове, – подмигнула подруге Тая и достала из холодильника минералку. – Мне показалось, что она как раз любит экстрим и крайности.

Они выходили из воды в лёгких прозрачных костюмах, которые как будто светились изнутри. Если бы за этим процессом кто-то наблюдал со стороны, то непременно решил бы, что прилетели инопланетяне. Но на берегу никто не ждал пришельцев. Бухта, в которой оказались подводники, была огорожена вокруг отвесными скалами. Где-то в вышине, запутавшись в ветвях деревьев, горела большая звезда, искусственный спутник Фаэтона. Он так божественно переливался всеми цветами радуги, что Яна невольно залюбовалась этим процессом.
– Иди-иди, – слегка подтолкнула её в плечо Лиза. – Налюбуешься, когда выйдем на берег.
– Так там она не видна, – весело отозвалась Яна, и тоже шутя подтолкнула подругу. – Стоило Сталкеру так переживать, было бы из-за чего.
Лиза вдруг резко обернулась и с тревогой окинула взглядом близлежащую окрестность.
– Сталкер! – позвала она. – Командир, какого чёрта, отзовись!
– Что произошло? – испугалась Яна.
– Он шёл за мной, – воскликнула Лиза и уже готова была ринуться назад в море.
– Ты с ума сошла! Это против инструкции. Сталкер строго приказал…
– Не до инструкций! – бросила неумолимый взгляд Лиза. – Тебя никто на хомуте не тянет, можешь выполнять приказ командира.
Тяжело передвигаясь, со стороны берега к девушкам подошла Эля. Она уже сняла шлем и пыталась отдышаться.
– Командир не отвечает по рации… Надо что-то делать. Господи, что же там произошло?
– Яна, оставайся здесь, выбирайся на берег… Проинструктируешь Ирину и Таю. Ничего не предпринимать, ждите нас возле вон того мыса. Если мы не вернёмся в течение получаса, выдвигайтесь на остров самостоятельно, – быстро сказала Лиза. – Эля, я надеюсь, ты со мной?
– Разумеется, – Эля быстро привела костюм к герметичному состоянию.
Они почти бегом ринулись в морскую пучину. Волны мешали и сбивали с ног. Океан отчаянно отказывался принимать гостей, как будто однажды вытолкнув на сушу пришельцев, он уже ни в какую не хотел принимать их обратно. Казалось, что начинается шторм. Поднялся неистовый ветер и начал раскачивать деревья на вершине скалы. Над островом летали встревоженные птицы и о чём-то громко щебетали между собой. Между тем, девушки уже успели погрузиться в воду. Эля включила освещение. Вода возле берега казалась мутной, и первое время ничего нельзя было разобрать. Потом проявились водоросли и камни. Вдруг Эля заметила, что подруга тоже включила освещение и куда-то показывает ей рукой. Пристально вглядываясь в кромешную тьму Эле удалось заметить какое-то движение. В наушнике зазвучал испуганный возглас Лизы:
– Оно двигается на нас!
Инстинктивно девушки, наверное, хотели дать дёру, но на самом деле застыли, как вкопанные и заворожено наблюдали за приближающимся объектом. Ноги Эли стали ватными, и она смешно пыталась сжать кулаки, словно готовясь к отражению атаки. Если бы неведомый кто-то мог читать мысли на расстоянии и узнал бы всю решительность настроя молодой особы, то наверняка не задумываясь повернул бы обратно, дабы не искушать судьбу. Однако, несколько мгновений спустя, перед Элей возникла морда весьма экстравагантной рыбины большущих размеров. Она с удивлением уставилась на девушку в скафандре и интенсивнее заработала жабрами. Со стороны можно было подумать, что представители двух цивилизаций впервые встретились и прибывают в неописуемом восторге друг от друга. Но это было не так. Обе стороны, по всей видимости, испытывали шок от неожиданной встречи. Рыбина первая одумалась и метнулась в сторону, чуть не сбив хвостом Элю. Когда последние пузыри воздуха поднялись наверх, и водная пучина пришла в привычное состояние Эля вдруг поняла, что Лизы поблизости нет. Несколько раз она окликнула подругу, но в наушниках был слышен только лёгкий фоновый шум. Девушка ещё несколько раз повернулась вокруг собственной оси, пока не поняла, что попытки тщетны. Что делать дальше, Эля не знала. В этот момент больше всего ей хотелось, как в детстве закрыть лицо руками и заплакать.
Просидев некоторое время неподвижно, Эля поняла, что нужно двигаться дальше в поисках Сталкера. Другого плана у неё не было. Она медленными шагами направилась в ту же сторону, как ей показалось, в которую они двигались с Лизой. Но как только она сделал первые неуверенный шаги, на глаза ей попался странный сферический выступ явно искусственного происхождения. Он торчал прямо из дна и временами излучал слабое фосфорическое сияние. Эля невольно залюбовалась этим странным явлением. Рука её инстинктивно потянулась к сфере и…
В первое мгновение создалось ощущение, что это конец, и ничего уже боле не будет. Вечность сомкнулась над Элей, и темнота окутала её со всех сторон. Ей почему-то вдруг вспомнились полуфантастические рассказы Сталкера о тёмных комнатах, которые якобы служат для преодоления огромных расстояний в космосе. В то время Эля, разумеется, относилась к этой информации с долей скепсиса. Тогда ещё она и понятия не имела о том, как огромен и многообразен мир. Все её знания о Вселенной заключались в крохотном шарике под названием Марс.
Эле уже начало казаться, что она потеряла ощущение времени. Всё внутри становилось каким-то замедленным и незначительным. Бесконечной рекой текли воспоминания. Многие из них были ей знакомы, другие она словно видела впервые. Временами создавалась иллюзия, как будто Эля ощущает себя мужчиной. Но всё это было мимолётно и не вызывало откликов в душе. Наконец, к Эле пришло утомление и ей почудилось, что она вздремнула. Сквозь сон девушка почувствовала лёгкое прикосновение к плечу. Сначала едва заметное, потом всё более настойчивое. Эля открыла глаза и увидела над собой широко открытые глаза Жанны.
– Вот чёрт, откуда ты здесь взялась? – Принцесса отдёрнула руку и отодвинулась на край огромной двуспальной кровати, как только заметила, что девушка уже пришла в себя. – А куда делся Григ?
– Григ? – удивилась Эля. – Жанна, ты что, меня не узнаешь?
– Я вижу вас в первый раз, – серьёзно ответила Ламур и затянулась только что прикуренной сигаретой, продолжая уже как будто сама с собой. – Неужели он всё-таки меня разыграл?
– Ты о каком Григе говоришь, о Сталкере? – поинтересовалась Эля, обнаружив, что лежит в одной ночной сорочке. Причём, скафандра не было и в помине.
– Я говорю о Григе, моём муже. Он вчера обещал мне приготовить сюрприз. И вот смотрите, что из этого получилось. Сегодня утром я просыпаюсь, хочу прижаться к любимому, а рядом с собой нахожу вас. Каково?
– Знаешь, для меня это тоже полная неожиданность. Вообще-то я думала, что ты выполняешь какое-то ответственное поручение Странника, а ты оказывается просто вышла замуж.
Жанна вздрогнула, её как будто ударило током. Имя Странника показалось ей знакомым. Принцесса подобрала под себя ноги и обняла их руками.
– А я уже третий год торчу в этом проклятом замке. С тех пор как состоялся этот дурацкий разговор, и я всё поняла. Если б не Бартоломью, я бы окончательно сошла с ума. Мне уже иногда кажется, что за пределами этого дворца вообще ничего нет, а вся моя жизнь прошла именно здесь, – Жанна с горечью обвела взглядом окружающие предметы. – Впрочем, Рамке и по сей день тешит себя надеждой выбраться отсюда. Только, куда они хотят попасть, если вокруг всё равно пустыня? Понимаешь, подруга, человеку не сидится на месте, ему постоянно нужно куда-нибудь двигаться, спешить. А здесь… ощущаешь себя запертой в клетке.
Эля заметила на трельяже мужскую фотографию. На ней был изображён Сталкер, только он выглядел значительно моложе, в белом фраке, улыбочка до ушей. Девушка вскочила и взяла портрет, чтобы внимательней его рассмотреть.
– Эй, подруга, поставь на место Грига. Мало того, что забралась в мою постель, ещё и ведешь себя, как дома, – возмутилась Жанна.
– Это же Сталкер! – отдавая портрет в руки принцессы, воскликнула Эля и тут же смутилась. – Так он и есть твой муж?
– Да, – вздохнула Принцесса, и поставила фотографию обратно на трельяж.
– Ничего себе заданье, – покачала головой Эля. – Странник тоже хорош. Придумал оправдание. Он оказывается плюс ко всему ещё и сводник.

Шёл уже третий час с тех пор, как Эля и Лиза ушли в океан в поисках командира. Ирина и Тая суетились возле костра, пытаясь на скорую руку соорудить ужин из тех запасов, которые они взяли с собой. Яна сидела чуть в стороне и пристально разглядывала купающуюся в морских волнах вечернюю звезду. Медленно и верно на смену беспокойству заступало перманентное и всепоглощающее отчаяние. На ум приходила только одна мысль о гибели боевых подруг и командира, к которому за время пребывания на этой сумасшедшей планете Яна успела привыкнуть. Её уже даже не смущали колкие шуточки, отбрасываемые Сталкером в её адрес. На глаза тут же навернулись слезы, и потекла тушь. Яна была в этом плане удивительной девушкой, потому что посчитала, что и перед высадкой на берег таким экстравагантным способом необходимо сделать причёску и привести себя в порядок. Видимо, все местные дельфины и киты были сражены наповал неземной красотой Яны, раз ни один так и не попался им по дороге.
Девушки обменивались молчаливыми взглядами, и каждая как будто боялась начинать печальную тему. Думать одно, а сказать и выразить – совсем другое. Человек так устроен, что до самого последнего момента верит в чудо, в какой-то неожиданный и сногсшибательный поворот.
Яна тоже попробовала присоединиться к суете подруг. Похоже, заботы о предстоящем ужине немного скрадывали весь ужас и безысходность сложившийся ситуации. Яна помешивала в котелке суп с фрикадельками и пробовала его на соль. На свежем воздухе любая еда кажется в два, а то и в три раза вкуснее, но не в таком удручённом состоянии. Именно поэтому Яна никак не могла распробовать получившееся варево, и так увлеклась, что чуть не съела добрую треть. Опомнившись, она отложила ложку в сторону и огляделась по сторонам. Подруги с любопытством наблюдали за ней.
– Ну и каковы наши дальнейшие планы? – не выдержав молчания, первой нарушила тишину Ирина.
– Ночь проведём здесь, а завтра будем пытаться пробираться на остров, – сдавленным голосом ответила Яна.
– Т.е. мы вот так оставим всё как есть? Даже не попытаемся что-нибудь предпринять? – Тая заговорила на повышенных тонах.
– У нас приказ, – жёстко ответила Яна. – Смысла следовать за Лизой и Элей я не вижу. В лучшем случае нас постигнет та же участь. Поэтому ужинаем, ложимся спать, и утро вечера мудренее.
– Трусиха, – огрызнулась Тая.
Яна метнула в подругу злобный взгляд, но промолчала. Она понимала, что споры с Таей затевать бессмысленно, потому что та была до потери пульса влюблена в командира. Яна опасалась другого, как бы она не сбежала под покровом ночи в океан, решив продолжить поиски самостоятельно, поэтому перед тем как лечь спать сделала небольшую хитрость и расставила несколько ловушек, которые могли бы известить лагерь об опасности извне или же о том, что кто-то из своих решил покинуть его.
Как и предполагалось, Тая только и ждала момента, когда её подруги уснут. Она ещё с вечера осмотрела своё снаряжение и приготовила его к погружению. Тайком от всех она проверила все клапана и радиопередатчик. Чем ближе подступало время принятия решения о побеге, тем сильнее колотилось сердце. Девушка несколько раз плакала, вспоминая о недавнем инциденте. Разумеется, уходить в море с подругами было бы многим проще. Не так страшно. Теперь же любая тень вызывала у Таи опасения. Она вслушивалась в тишину, пытаясь понять, насколько крепко спят её подруги. Наконец, она решилась и бросила камешек, который звонко ударился в котелок, лежащий на боку. Никто из подруг не отреагировал. Тая быстро вскочила, и наскоро переодевшись в скафандр, двинулась в направлении океана.

Лиза пришла в себя и с удивлением обнаружила, что сидит на высокой ступеньке какой-то замысловатой лестницы. Перила были выполнены из очень дорого дерева и отполированы, на стенах весели картины известных художников Галактики, многие из которых были хорошо известны Лизе. Обстановка напоминала древний старинный замок, если не брать во внимание невесть откуда взявшееся электричество. В углах лестничных площадок между пролётами стояли горшки с великолепными цветами. Лиза вдруг вспомнила все предстоящие события: странную рыбину в морских глубинах, растерянность Эли, и вдруг неожиданно наступившую темноту, по ощущениям очень сильно напоминающую пространственно-временной тоннель. В какой-то момент Лизе показалось, что ей послышались шаги, доносящиеся откуда-то снизу. Она быстро взбежала по ступенькам и спряталась на одном из этажей, изредка поглядывая на лестничный пролёт. Приближающиеся шаги усиливались, уже стало понятно, что там движется достаточно большая процессия.
– Я считаю, что Александр прав и поступил по-мужски, оставшись со своим товарищем, – говорил мужской голос.
– А мне кажется, что он просто струсил, – тут же отвечал женский. – Ведь вероятность того, что следующим окажется он, была велика. А теперь его все считают героем.
– Жанна, вы слишком несправедливы к людям, – упрекал другой мужской голос. И о боже, Лиза поняла, что он принадлежит командиру. Осознав это, она потихоньку выглянула из-за своего прикрытия.
– Давайте устроим короткий перекур, – тяжело дыша, предложил человек с бакенбардами.
– Хорошо-хорошо, – сжалилась Жанна. – Натерпелся поди?
Альберт ничего не ответил на саркастический вопрос Принцессы и тут же присел на ступеньку, обхватив голову руками. Лиза, воспользовавшись возникшей паузой, незаметно подкралась к группе людей, потом совершенно неожиданно сделала несколько шагов вперёд и представилась, причём, не упуская никаких деталей. Григ долгое время не мог понять, почему весь этот умопомрачительный доклад адресован именно ему. Он с воодушевлением тряс руку девушке, которая утверждала, что они с Элей отправились на поиски командира, и вот нашли его здесь изрядно помолодевшим.
Жанна выглядела немного смущённой. Григ поймал этот взгляд и с интересом наблюдал за тем, как Принцесса переключилась на человека с бакенбардами, стараясь ему что-то втолковать. Альберт только пожимал плечами в ответ, не понимая, чего от него хотят.
– И куда направляется столь достопочтимая публика? – поинтересовалась Лиза, всё ещё не отпуская руку своего помолодевшего командира.
– Мы проверяем уровень поэтических способностей, – пояснил Рамке, искоса поглядывая на Принцессу. – Хотя лично меня здесь интересует другое. С некоторых пор, я занимаюсь аномальными процессами на Фаэтоне. Меня зовут Рамке. А вы, как я понял, представитель группы Сталкера?
– Да, вы правы. Мы уже давно ищем это место. Но до сих пор никому не удавалось его обнаружить, – ответила Лиза.
– Поразительно, а я уже считал, что остров совершенно изолирован. Как же вам удалось сюда проникнуть извне?
– Пока это остаётся загадкой. Очень похоже на обычный пространственно-временной тоннель…
– Или на чью-то шутку, – усмехнулся Рамке.
– А как вы сюда попали, если не секрет? – Лиза наконец-то отпустила руку Грига и улыбнулась.
Рамке развёл руки в стороны:
– Понятия не имею.

Над лагерем нависла полнейшая ночная тишина. Только откуда-то издалека слышались крики чаек. Ирина и Яна спали в специальных мешках с защитными полями от внезапного нападения человека или хищника. В середине лагеря ещё тлел костёр, переливаясь красноватыми угольками. Свет от искусственного спутника мягко ложился на землю, разбивая тьму на отдельные эпизоды. Вдруг во всю эту идиллию резко ворвался гул радиопередатчика. Яна вскочила и бросилась к трубке.
– Беркут на связи, – быстро проговорила она в аппарат.
– Яна, ты? Это я, Тая. Мне нужна ваша помощь, я их нашла.
– Где? – встрепенулась Яна и поняла, что спальный мешок Таи пуст. Ирина уже кружилась рядом, вопросительно заглядывая в глаза подруге, которая прижимала палец к губам и показывала жестами, что всё расскажет чуть позже.
– В океане, где же ещё? Мне срочно нужна помощь, у них кислорода на полчаса, – и Тая сообщила свои координаты.
– Нашла всех? – с тревогой переспросила Яна.
– Пока только девчонок, – сдавленным голосом ответила Тая. – Поиски продолжаю. Всё, конец связи.
– Она их нашла, – медленно повторила Яна, потерявшись на некоторое время, но тут же спохватилась и отдала распоряжение Ирине. Спустя всего десять минут они уже погружались в океан и выдвигались по указанным координатам.
Пока всё шло по плану. Единственное, что смущало Яну, это большой крен в сторону от лагеря. Возможно, подруги потеряли сознание, и их отнесло подводными течениями. Ирина докладывала каждые две минуты о приближении к пункту назначения. Впрочем, оттого, что девушки переговаривались, было спокойней обеим. Свет от прожекторов отпугивал взбалмошных рыб, подобравшихся к берегу в поисках корма. Океан жил своей удивительной жизнью. Это немного отвлекало Яну от мрачных мыслей. Что-то не нравилось ей во всей этой истории. Ночной звонок Таи выглядел каким-то странным... Только сейчас до неё дошла страшная по своей сути мысль. Подруга не назвала своего позывного. Конечно, всё можно списать на волнение, на неопытность. А вдруг ловушка? О таком варианте развития событий хотелось думать меньше всего.
– Мы прибыли в заданный квадрат, – сообщила Ирина. – Ничего не понимаю, но похоже, что здесь никого нет.
– Попробуй связаться с Таей, – взволнованно предложила Яна и тоже начала вглядываться в океан, который бурлил своей особой ночной жизнью.
Ирина доложила в скором времени, что Тая не отзывается на позывные. Сбывались самые пессимистические предположения Яны относительно этой ночной вылазки. Однако, никакого намёка на ловушку тоже не наблюдалось. Легко могло сложиться впечатление, что девушки просто ошиблись координатами. Вот почему Яна ещё раз попросила подругу перепроверить их местонахождение. С этой целью девушки даже поднялись со дна морского на поверхность. Они и не предполагали, что именно с этого момента и начнутся настоящие сюрпризы.
Сначала вынырнув на поверхность океана, девушки не обнаружили берега. Т.е. не просто не увидели полоску суши, а вообще в округе ничто не напоминало об острове. Хотя конечно мощные фонарики на скафандрах доставали не так далеко, но Яна почему-то нутром чувствовала, что будь у них даже самый сверхмощный прожектор, они бы не сумели дотянуться до берега. Об этом говорили не только изменившаяся вдруг флора океана, но и сама его поверхность. А когда на северо-востоке забрезжил рассвет и первые лучи продрались сквозь толщею океана, предположения девушек были доказаны. Сюрприз оказался ужасающим, потому что дальнейшие действия Яне рисовались с большим трудом. Она едва сдерживала слёзы.
Вслед за первым сюрпризом тут же случился и второй. На связь вышла Тая. Душераздирающим голосом она вопрошала Ирину и Яну о том, чтобы они дали свои координаты, и уверяла, что благодаря собственным усилиям ей удалось вызволить из пучины морской и Элю, и Лизу. Но они пока находятся в бессознательном состоянии. Яна вырвала у Ирины наушник и попросила Тая сказать парольное слово. После чего связь удивительным образом прервалась, и в наушнике зашумело. В общем, всё складывалось как нельзя хуже. Оставалось уповать только на какую-нибудь нелепую случайность, и она не заставила себя долго ждать.


Глава одиннадцатая. Зеркало мира.

Странник сидел в своём излюбленном кресле и курил трубку. Данилов вращал глобус мира, вглядываясь в какие-то далёкие и незнакомые созвездия. С его губ не сходила ухмылка.
– А мне ты ничего об острове так и не сказал, – он сосредоточился на двойной звезде, которая с неясной силой манила к себе. Она была очаровательна и притягательна как женщина.
– Я и сам ничего о нём не знал. Его открыла Принцесса, – Странник изобразил из клубов дыма силуэт девушки.
– Хочешь сказать, ты её вытянул из семейного гнезда ради этого открытия? А как же королевство? – Данилов продолжал любоваться звездой.
– Я никак не мог понять природу появления этой аномалии, – Странник закинул ногу на ногу, – а у Жанны есть дар проникать в тонкие миры.
– Так значит, игра окончена? – Данилов потянулся рукой к звезде и получил щелчок со стороны силового поля.
– Ни в коем случае. Она ещё и не начиналась, – Странник улыбнулся. – Остров по-прежнему остаётся для меня загадкой. Известно только его происхождение. Помнишь серию невероятных атак Солнца во время компании на Марсе?
– Разумеется. Тогда все стояли на ушах.
– Так вот этот остров его рук дело. Аномалия возникла во время одной из атак. Команда атакованного космического корабля в полном составе была отправлена в таинственный замок. Человек с бакенбардами как раз один из тех пассажиров.
– А Григ? – Данилов искал пути, чтобы обойти силовые поля и пробраться к звезде.
– Грига я попросил присмотреть за Принцессой. Мало ли что, всё-таки неподконтрольное место во Вселенной, – Странник изобразил из дыма рыцаря, скачущего на коне. – Да, кстати, оставь Жанну в покое.
– Не понял, – удивился Данилов, в очередной раз отдёрнув руку, словно боясь обжечься.
– Эту звезду зовут Жанна, – Странник с иронией взглянул на своего друга. – Рабочее название, я ещё думаю над её характеристиками. А с островом пока ничего не ясно. Сталкер занимается исследованиями на Фаэтоне. Но пока вразумительных гипотез он не выдвинул. А вчера я и вовсе потерял с ним связь.
– Что-то экстраординарное? – Данилов по-прежнему косился в сторону звезды. – Теперь понимаю, почему Жанна направилась на остров вместо экскурсии по Звездограду. А ведь она так мечтала посмотреть на этот удивительный город.
– Ещё будет время, – умиротворённо заметил Странник.
– Слышал сейчас опять входит в моду идеалистическое сотворение мира. После странных парадоксов связанных с Марсом и исчезнувшим Фаэтоном. Поговаривают о возникновении каких-то ответвлений в космосе.
– С каких это пор тебя стали интересовать теоретические вопросы? – Странник изобразил старца из сгустившихся клубов дыма.
– И всё-таки… Насколько сильна духовная составляющая нашей Вселенной?
– У меня складывается ощущение, что ты наслушался проповедей Рамке. Кстати, он тоже сейчас прибывает на острове. Могу тебя отправить вместе с Жанной. Будет о чём поговорить на досуге.
– Нет-нет, тонкие миры меня не прельщают. Уж лучше в тёмную комнату.
Странник рассмеялся и сделал какую-то очередную диковинную фигуру. Потом сам же её модернизировал путём трубки и нескольких кратковременных дуновений.
– Боюсь, нам всё же придётся вмешаться, – серьёзно сказал он и задумался. – Ситуация выходит из-под контроля.

Человек зачастую всегда думает, что решает какие-то важные задачи, ставит перед собой великие цели, стремится к чему-либо, а на деле всё выходит не совсем так, как мечталось в юности. Словно некто свыше повелевает им, сковывает его страстями, всевозможными желаниями или необходимостью, чтобы он навсегда оставался в колее и не пытался из неё ни в коем случае выбраться, как будто человечеству предначертана какая-то цель помимо его воли. И всякий раз мы не можем избавиться от ощущения, что это мы сами решаем, как жить, в какую сторону повернуть реки, где прокинуть мосты… Мы тешим себя иллюзиями. Иногда они становятся слишком очевидными, и мы разрушаем их, погружаясь в новые более изысканные заблуждения. Мы поддаёмся влиянию различных людей, идей, конфессий, от которых потом пытаемся бежать всю жизнь, а они как тени преследуют нас и не дают стать свободными. Неужели она действительно существует, эта воспетая всеми поэтами, художниками и писателями свобода? Возможно ли сбросить с себя цепи, в которые сам же себя заковал и без которых не мыслишь своего существования? И есть ли что-то ещё помимо глупого и одномерного ликования по поводу удачно складывающихся дел в запрограммированном не тобой мире? Счастье – вершина всех желаний, совершенствований, исканий, войн, бесчисленных нелепых смертей… Как же всё-таки не хочется верить, что больше ничего нет и может быть никогда и не будет. А наши жалкие потуги на что-то претендовать разбиваются о камни несовершенства человеческой природы. Мы не готовы, и постоянно откладываем самые важные дела на потом, словно понимая, что смысл жизни необходимо искать уже на закате дней. Но если бы знать когда… Нет, что-то опять не сложится или не свяжется, придётся не ко времени. Вопросы останутся открытыми, и нам так и не удаться взяться за ум.
Рамке давно уже испытывал какие-то странные ощущения непричастности к происходящему. Всё странным образом перепуталось в этом сумасшедшем мире. Всякий раз они штурмовали замок, чтобы добраться до чердака, а там наверху не было ничего такого, что могло бы хоть как-то изменить местную жизнь, и поэтому все возвращались к прежним занятиям и привычкам, пока не наступал новый виток, и люди снова бросались что-то искать. Единственное, что радовало, появление Лизы. Она внесла в стройные ряды поэтов некую живую струю, хотя и не понимала, как действовать дальше. Выхода с острова ей найти не удавалось. Несколько раз они с Рамке обходили остров по всему периметру и убеждались в печальном факте, что они заперты здесь с помощью каких-то немыслимых полей или искривлённых пространств. Остров напоминал лабиринт, где никогда нельзя было предсказать с какой стороны выйдешь к замку. Исключением была только Принцесса. Ей единственной удавалось беспрепятственно путешествовать по тонким мирам и проходить сквозь незримые стены. Однако, ничего объяснить она не могла, ассоциируя свои перемещения со снами. Она утверждала, что поблизости есть и другие замки, в которых также как и здесь живут те же самые люди. Особенно много спорил с Ламур человек с бакенбардами. Он отказывался верить в то, что где-либо может разгуливать второе я без его на то ведома.
Лиза сидела у самой воды и бросала в воду плоские камушки, похожие на блинчики. Они делали над водой несколько замысловатых прыжков и, замирая на мгновение в воздухе, падали в бездну пруда в самом центре сада. Принцесса в задумчивости наблюдала за своей старой знакомой и пыталась вспомнить что-то важное. Но какая-то необходимая деталь постоянно ускользала, прячась за множество других незначительных вещей.
– Послушай, – неожиданно заговорила Лиза, преждевременно оборвав полёт камня неудачным броском, – а ведь этот остров чем-то напоминает нашу жизнь. Не находишь?
Ламур с интересом посмотрела на подругу и тоже запустила по воде блинчик, который проделав достаточно долгий путь утонул далеко от берега, ближе к середине водоёма.
– Считаешь, что мы там тоже штурмуем свои вершины, надеясь найти ответы? Но может так оказаться, что в природе не существует ответов на наши вопросы, и всё это нелепая шутка уставшего разума.
– О, да ты философ! – рассмеялась Лиза, явно не ожидав такого ответа.
– Тут станешь! Знаешь, кажется, я начинаю скучать. Представляешь, вчера во сне видела цветущую ранетку под окнами. Хочется вернуться к привычным вещам, пройтись по знакомым улицам после дождя… Наверное я уже стала непроходимой землянкой и меня мучает ностальгия, – Ламур критическим взглядом рассматривала свои ногти. – Уже и не вспомню, когда в последний раз делал маникюр. О массажном салоне я уже ничего и не говорю…
– Так у вас здесь проблемы с массажистами? – на полном серьёзе поинтересовалась Лиза. – Могу предложить свои услуги.
– С удовольствием, – оживилась Принцесса. – Только для начала мне хотелось бы признаться в одном грехе.
– Надеюсь, по межгалактическим законам это не тянет на пожизненное заключение в тёмную комнату? Поговаривают, что стражники нынче лютуют.
– Хорошо, тогда я шёпотом, – и Ламур наклонилась к подруге, чтобы шепнуть ей в самое ухо. – Понимаешь, я не поэтесса.
– Да? – нарочито испуганно подняла брови Лиза и с опаской посмотрела по сторонам. – Боюсь, что это ненаказуемо.
– Однако, замок меня не остановил.
– Подумаешь, может быть у тебя талант?
– Да нет у меня никакого таланта! – вслух воскликнула Принцесса. Получилось так громко, что человек с бакенбардами встрепенулся и, высовывая нос из-под газетки, которой укрывался от солнца, с осуждением покачал головой:
– А я всегда считал, что скромность должна украшать поэта, а не наоборот.
Лиза и Ламур переглянулись, пожали плечами и вопросительно уставились на Альберта.
– Ужасная жара сегодня, – заключил человек с бакенбардами и принял прежнюю позу, сладко зевнув в сторону солнца.
– Я не пойму, как это связано с грехом? Ну не поэтесса ты и что в этом зазорного? – Лиза начала перебирать несколько камушков в руке.
– Замок не должен был меня пропустить. Понимаешь?
– Не совсем. Рамке тоже не поэт, а забирался достаточно далеко.
– Нет, Лиза, эти миры каким-то образом связаны со мной. Мне дозволено здесь больше, чем остальным. Ведь они и вправду считают меня принцессой, хотя Странник так и не довёз меня до Звездограда. Возможно, здесь кроется какая-то тайна. И хотя это может показаться нескромным, но я чувствую, что другие люди на острове, словно заложники. А я… как будто должна что-то понять или осознать. И пока я этого не сделаю, все они будут оставаться в замке вместе со мной.
Лиза с тревогой взглянула на подругу, словно впервые.
– Не бери в голову, мы прибыли сюда вместе со Сталкером. Этот остров уже давно как кость в горле у местного совета. Последнее время начали пропадать люди, и даже целые корабли. Именно поэтому и было направлено множество экспедиций в этот район, который с некоторых пор считается аномальным.
Принцесса улыбнулась одними глазами, как будто она даже и не слушала, что говорит ей подруга. Она только ещё раз посмотрела в сторону человека с бакенбардами, убедившись, что тот дремлет, укрывшись газеткой.
– А как ты объяснишь вот это? – и девушка разжала ладонь, открыв глазам Лизы какой-то аккуратный блестящий предмет.
Не успела Лиза открыть рот, как откуда-то сверху раздался какой-то невыносимый гул и всё вокруг начало напоминать замедленное кино, словно кто-то прокручивал назад видеозапись, чтобы ещё раз посмотреть интересный момент. Принцесса смешно сжала ладонь и спрятала её за спину, Камешек, брошенный в воду, проделав замысловатую траекторию, вернулся Лизе в правую руку и замер, мысли начали путаться. Через некоторое время гул прекратился, прямо перед собой она увидела перепуганные глаза Жанны.
– Что это было? – почти кричала она. – Он исчез! Ты слышишь? Они его украли!
– Что украли и кто такие они? – Лиза недоумевая смотрела на свою сумасшедшую подругу. – Я слышала только какой-то гул, и всё двигалось, как в замедленном кино, только в обратную сторону.
– Это божий промысел, не иначе, – подкрался из-за спины человек с бакенбардами. Он тоже находился в перевозбуждённом состоянии, то и дело комкая в руках газету, которой совсем недавно укрывался от солнца.
– Вы тоже это видели? – с замиранием в сердце спросила Лиза и заметила, что все вокруг всполошились и бегут к пруду. Впереди всех почти вприпрыжку летел Рамке.
– А вы знаете, я ждал… – восторженно задыхался в собственных словах человек с бакенбардами. – Всё-таки он здесь, он с нами. А вы не верили…
– Нет, каково, а? – взволнованно кричал уже подоспевший Рамке. – Они выдали себя! Господи, я уже не первый год жду этого момента… И вот он произошёл. Лиза, неужели вы ещё не догадались, с кем мы имеем дело?
Девушка державшая за плечи Принцессу только беззвучно продолжала смотреть на танцующих вокруг неё мужчин.
– Мы имеем дело с Ним, неужели неясно? – вкрадчиво заметил Альберт, и похлопал Рамке по плечу. – А ведь я говорил, что он никуда не отбыл. Его место здесь, среди нас…
– Что вы такое постоянно несёте? – Рамке увернулся от очередного похлопывания по плечу. – Причём здесь Он? Я до сих пор не могу понять, кого вы имеет в виду. Здесь совсем другое…
– Мужчины перестаньте говорить загадками, – возмутилась амурная дама, подоспевшая откуда-то с тылу, – в конце концов, мы тоже хотим знать!
– Я поняла, кого вы имеете в виду, – улыбнулась Лиза, продолжая смотреть Рамке прямо в глаза. – Но ведь это же легенда чистейшей воды. Неужели вы по-прежнему верите в сказки?
– Лиза, мне кажется, что вы просто плохо информированы. В своё время в поисках следов этой цивилизации на Марсе был такой жуткий ажиотаж…
– Не стоит думать, если я считаю определённую часть информации вздором, что я плохо осведомлена. Кризис на Марсе происходил на моих глазах. Я слышала множество историй о том, что они скрываются на Солнце, а в последствии и вовсе перекочевали в параллельную галактику. С таким же успехом и я могла бы что-нибудь подобное придумать. Какой смысл рассуждать о том, чего никто и никогда не видел? А строить предположения можно сколько угодно.
– И вы, конечно же, ничего не слышали об их экспериментах со временем? – изумлённо воскликнул Рамке.
– А у вас, что же есть какие-то достоверные источники?
– По крайней мере то, что мы сейчас с вами наблюдали не поддаётся анализу с точки зрения современных достижений науки. Думаю, даже Страннику подобный ребус не по зубам. Очевидно, что остров это их рук дело, – и Рамке озадаченно посмотрел по сторонам, замечая, что вокруг собрались уже почти все жители замка.
– Ещё одна загадка исчезнувшего Фаэтона? – Григ пробирался к центру событий сквозь собравшуюся толпу. – Я почему-то разделяю версию Рамке. Принцесса, а ты ничего не хочешь нам рассказать?
Жанна с того момента, как обменялась несколькими репликами с Лизой сидела молча, закусив нижнюю губу. Ей не хотелось делиться со всеми увиденным, впрочем, как и таинственным исчезновением ключа. Слова Грига заставили её выйти из оцепенения.
– А что мне говорить? Я видела только то, что видели все.
Собравшиеся творческие люди издавали столько много шуму в единицу времени, что сам говорящий с трудом различал собственную речь. Рамке размахивал руками, пытаясь утихомирить разбушевавшуюся богему, но тщетно. Григ также трижды пытался взобраться на небольшую урну возле водоёма и с высоты попытаться воздействовать на поэтически одарённых людей, однако, ему ничего не удавалось. И вдруг в какой-то миг совершенно внезапно наступила мертвецкая тишина. Даже у навидавшегося всякого Рамке по спине пробежал холодок. Он поднял глаза и увидел, что вновь происходит нечто странное, но уже не со временем, а с пространством. Пейзаж, которым они любовались долгие месяцы, был отодвинут словно стена и перед глазами открылась морская гладь. Чуть левее блистал развивающимися флагами огромный крейсер. Он находился настолько близко от пруда, что было видно собравшихся на борту матросов. Похоже, они тоже заметили аномалию, и что-то шумно обсуждали между собой. Через некоторое время на палубе появился Сталкер…
– Командир, – с изумлением воскликнула Лиза, – жив чертяка! А я уже было подумала о самом плохом. Чёртово место! Тут во всё что угодно начнёшь верить…
Между тем матросы показывали пальцами куда-то мимо богемы. Рамке оглянулся и чуть не лишился дара речи. Прямо над ними нависла огромная планета. Казалось, что она вот-вот сблизится с землёй…
– Апокалипсис! – крикнул прямо в ухо Рамке человек с бакенбардами. – А я ведь предупреждал… Не буди лихо, пока оно тихо.
Однако, во всём этом кошмаре Рамке привлекла одна удивительная деталь. Надвигающаяся на них сверху планета почему-то имела точно такой же ландшафт, что и в окрестностях замка. Уже были различимы многие детали. Все, в том числе и матросы на корабле как завороженные наблюдали за её фатальным приближением. В сознание Рамке ворвался истошный крик. Он принадлежал Принцессе. Придя в себя Рамке наконец понял, что движение планеты прекратилось и прямо над головами творцов возникла точно такая же картинка, только наоборот. Словно кто-то в шутку поставил над ними зеркало.
– Что за чёрт? – донёсся откуда-то издалека голос Сталкера. – Лиза, я же тебя просил оставаться на берегу. Что за самодеятельность?
Лиза виновато пожала плечами. Она хотела что-то сказать, но не успела… Видимо, кто-то там наверху выключил свет, и стало темно. Только мерный, ровный далёкий свет звёзд из иллюминаторов. Рамке попробовал шевельнуть рукой. Она сильно затекла. Он приподнялся и пришёл в себя. Ничего путного в голову не приходило, сознание отметило только мерцание лампочек на пульте управления.
– Вспышка света и всё, – раздался голос за его спиной, который принадлежал Григу. – Я думал, что нам крышка. Однако, проскочили.
– Чертовская случайность, – пробурчал человек с бакенбардами. – Что-то мне подсказывает, не всё прошло гладко. А предчувствия ещё никогда меня не подводили.
– Вот дьявол, ничего не понимаю! – выругался Рамке. – Что здесь происходит, в конце концов?
– Не хочу показаться оптимистом, – вздохнул Альберт, – но несколько минут назад нас атаковала звезда. Мы в солнечной системе. Держим курс на Марс. Видимо, это очередная Его шарада.
– Не выводи меня из себя…
– К несчастью, он прав, – грустно заметил Григ. – Мы действительно на звездолёте и в нескольких часах от посадки на Марс. Но самое удивительное во всём этом, что мы на космическом корабле, который пропал без вести в тот злополучный год. Странник был уверен, что аномалия связанная с островом неразрывно связана с ним.
– Нас трое?
– На борту более тысячи пассажиров, в том числе и жители острова. Команда Сталкера тоже здесь, причём в полном составе. Сначала мы подумали, что нас просто-напросто эвакуируют, но они сами ничего не понимают. Эля рассказывает про какой-то параллельный мир, в котором она повстречала другую Принцессу, и была несказанно счастлива. Ирина, Яна и Тая вообще поведали сказочную историю о таинственных исчезновениях. А Сталкер и вовсе выжил из ума. Утверждает, что у него всё под контролем и звездолёт движется заданным курсом. К тому же он чертовски похож на меня. Только постарше. Рамке, ты как с луны свалился. Ты же сам буквально пять минут назад втирал нам какую-то сумасшедшую теорию, пока не случилась эта вспышка…
– Ничего не помню, – Рамке усиленно тёр виски. – Честно говоря, я даже рад, что всё так сложилось. За долгие месяцы замок мне чертовски поднадоел. Хотя…
Он впервые взглянул на звёздное небо на экране. И его словно пронзил разряд молнии. Он никак не мог поверить в увиденное, что-то проверяя снова и снова, и наконец воскликнул:
– Не может быть! Какая к бесу солнечная система?! Это даже не наша галактика, друзья.
Весь экипаж собрался у главного компьютера, чтобы засвидетельствовать потрясающее открытие Рамке. После того как солнце атаковало космический корабль, он нырнул в какую-то дыру, и оказался неизвестно где. По крайней мере, ни на одной карте центрального компьютера это место не значилось. Принцесса искоса поглядывала на озабоченных поэтов и сжимала в руке предмет, который странным образом вернулся к ней после всей этой заварушки.
– Слава Богу, хоть какие-то перемены, – высказалась она, заглянув через плечо человека с бакенбардами на мерцающий экран главного компьютера, – а то я уже начала думать, что всё происходящее вокруг очередная моя галлюцинация.
– Ценю ваше мужество, Принцесса, но вы не могли бы намекнуть, какая связь между вашими галлюцинациями и этой реальностью? Если вы до сих пор считаете, что мы фантомы бестелесные, то можете меня потрогать или Грига, и вы поймёте, что мы вполне материальны.
– Если мне захочется вас потрогать, господин Рамке, я обязательно вам на это намекну, – огрызнулась Принцесса. – Что же касается всего остального, то это какая-то магия, и она неразрывно связана с моими снами. Или это происки Странника, одно из двух – Ламур по-детски пожала плечами, мол, это всё, что в моих силах.
– Странник надеялся распутать клубок с помощью Принцессы, – вступил в разговор Григ. – Несколько месяцев назад он беседовал со Сталкером, и от него узнал о скрытых способностях Жанны. Вот и полетел за ней на Землю, дабы вовлечь в процесс разгадки острова.
– Не поняла, Странник всегда говорил, что хочет сделать меня королевой, – удивилась Ламур.
– Должен же он был тебя как-то заинтриговать, – рассмеялся Григ. – Я получил от него все необходимые инструкции. Но теперь, когда мы покинули остров, считаю, что скрывать данную информацию нецелесообразно. У Жанны есть способность проникать в тонкие миры. Рамке, вы же всегда мечтали о такой способности?
– Потрясающе, у вас заговор, а я даже не в курсе, – заёрзал на кресле человек с бакенбардами. – Здесь вообще есть нормальные люди, помимо шпионов и спецагентов?
– Единственный нормальный человек здесь вы, – сделала комплемент амурная дама. – Не хочу вас расстраивать, но я тоже выполняла определённое задание.
– Странника? – в конец опешил Альберт.
– Неужели вы так наивны, дорогой друг, и всерьёз полагаете, что этот остров заинтересовал только незабвенного Странника? Вы, батенька, за своими непомерными чердачными фантазиями ничего вокруг себя не замечаете, – амурная дама машинально хотела обмахнуться веером, но потом спохватилась и поняла всю нелепость своего желания. Дело в том, что в любом современном звездолёте хорошо налажена система кондиционирования.
– С ума сойти! – ахнул на галёрки какой-то малоизвестный поэт и тут же замолчал. Поэтам иной раз требуется всего лишь выхлоп.
– Жаль только, что все эти признания слишком несвоевременны и делу никак не помогут, потому что я ума не приложу, куда нас занесло, – вздохнул Рамке. – Единственное, что радует в этой ситуации: скорее всего, с островом покончено.
– С чего это вы так решили? – Лиза появилась внезапно прямо из-за спины Рамке. – Я совсем недавно на острове и всё же успела заметить, что люди на нём были и до вас. Может быть, как раз подобная участь рано или поздно настигает каждого попавшего в замок. А вдруг он своего рода портал, дверь в параллельный мир?
Тем временем, на экране главного компьютера начали происходить какие-то перемены. Похоже, что до чего-то он всё-таки докопался. Космос в этой части галактики, куда попал звездолёт, был относительно спокойным. Компьютер охарактеризовал это район как периферийный, т.е. до центра было далеко. Звёзды здесь большей частью были относительно спокойными, средней величины, хотя и достаточно молодые. В проёме центрального отсека появился Сталкер. Лицо его было ещё достаточно болезненным, но взгляд был просветлённым и он совершенно неожиданно поцеловал несколько женских рук, что привело остальных женщин в неописуемый восторг.
– Сдаётся мне, я знаю это место. А вот и главный специалист в области освоения данной галактики.
В комнате появилась Тая, представилась и начала рассказ, который когда-то давным-давно поведала двум молодым людям прибывшим с Марса в тот злополучный и сумасшедший год о пустынной и безжизненной вселенной, которую обследовали вдоль и поперёк астронавты и учёные с её планеты.
– …но самое удивительное заключается в том, что этот мир как две капли воды походит на галактику, из которой мы только что переместились, – подытожила свой рассказ Тая и поправила свои пышные волнистые волосы.
– Тогда почему же компьютеры не могут определить местонахождение звездолёта? – изумился Рамке.
– Возможно, потому что прошло очень много времени, некоторых звёзд уже нет и в помине. Зато на их месте вспыхнули новые, о которых центрального компьютеру ничего не известно, – пояснила Тая.
– Хорошо, а как вы определили это место?
– Очень просто. По ощущениям.
Рамке очень пристально вглядывался в собеседницу, но разгадка её телепатических способностей никак не приходила в его голову.
– Вы когда-нибудь возвращались домой после долгого пребывания на чужбине? – нарушила молчаливый и выжидательный процесс Тая.
– Хотите сказать, что этого ощущения достаточно, чтобы сделать такое ответственное заявление? – Рамке уже приготовился скучать, понимая, что столкнулся с очередной формой тонкого изящного сумасшествия.
– Я уже чувствую, как вам не терпится назвать всё это бредом или ещё каким-нибудь удобным и понятным вам словом. Просто вы никогда не были у нас в гостях. Вот в чём причина…
– Вы о чём-то недоговариваете?
– Дело в том, что наша гипотеза всего лишь предположение и она пока не получила должного подтверждения. Сейчас, если вы мне позволите, я подробно её изложу. Т.е. как именно мы пришли к подобным выводам, и тогда мои предчувствия не покажутся вам идиотской выходкой взбалмошной девчонки.
Началось всё с того, что мы обследовали все окрестности, и убедились, что мы в полном одиночестве в нашей галактике. Разумная жизнь если и была, то давным-давно исчезла с наиболее приспособленных для этого планет. Долгие десятилетия мы ломали голову над подобным фактом. Почему? Ведь наша цивилизация достигла определённого совершенства. После того, как нас посетили гости, Сталкер один из них, мы узнали о существовании другой галактики, очень похожей на нашу. Мы разумеется тут же исследовали основные характеристики и законы вашего мира, и пришли к удивительным выводам, что они разительным образом отличаются от наших. Именно после этих результатов исследования и возникла это фантастическое предположение, связанное с народом Фаэтона, исчезнувшим в своё время по очень странным обстоятельствам. Все наверное прекрасно помнят недавнюю компанию на Марсе? Так вот, цивилизация потомком Фаэтона решила заняться совершенствованием мира. Каким-то странным образом им удалось воссоздать точную копию галактики, и заложить в неё новые законы развития. А именно они попытались внести в мир справедливость. Вот почему у нас практически не было войн, мы развивались сумасшедшими темпами, нам удалось максимально продлить человеческую жизнь и многое другое. Однако, наши учёные пришли к выводу, что именно эта концепция и убивает другие цивилизации. Т.е. если выражаться бытовым языком в них растёт напряжённость, связанная с недостатком зла. Возможно, это звучит смешно, но такова гипотеза. По крайней мере, другой у нас нет.
– По-прежнему, никак не возьму в толк ваши ощущения, – продолжал издеваться Рамке. – Гипотеза никак не проясняет подобные таланты.
– Вы слишком торопливы, уважаемый господин тайный агент, – Тая посмотрела на него как на проказника-мальчишку в очередной раз нашкодившего и совершенно не чувствовавшего за собой вины. – У нас есть предположение, что из центра галактики идёт мощный телепатический сигнал, который стимулирует развитие и сводит к минимуму человеческую агрессию.
– А вы ещё сомневались? – воспрянул духом человек с бакенбардами. – Я же говорил, что он есть. Он существует!
– Сумасшедший, что возьмёшь? – констатировал Рамке и попытался подвинуться подальше от Альберта, чтобы максимально дистанцироваться, но кресло оказалось вмонтированным в пол и ему пришлось просто облокотиться на противоположную спинку кресла. – Да, интересная теория. Благими намерениями вымощена дорога в ад. Вы хотите сказать, – он снова обратился к Тае, – что начали ощущать это воздействие?
– А иначе, зачем бы я стала публично делиться своими впечатлениями? У меня, кстати, есть ещё одно предположение, связанное с островом.
– Говорите, чего уж там, – Рамке вернулся к прежней позе и ладонью подпёр подбородок.
Однако, из-за спины Таи вдруг появилась Жанна и с какой-то таинственной улыбкой окинула собравшихся. Она медленно прошлась, заламывая руки.
– А ведь я разгадала твою загадку, Странник, – тихо, словно самой себе призналась принцесса и присела на стул рядом с Рамке. – Там, на чердаке меня ждала очередная загадка. Или как бы вы сказали, иллюзия… Я ведь так и не покидала вашего замка, верно?
Собравшиеся молча наблюдали за принцессой, словно боялись спугнуть какую-то сумасшедшую едва зародившуюся мысль. Человек с бакенбардами на цыпочках подошёл к принцессе и склонившись почти шёпотом спросил:
– Неужели вы полагаете, что мы по-прежнему находимся в замке?
Жанна подняла свои изумлённые глаза и посмотрела так, словно впервые увидела своего старого знакомого.
– Вот вы давеча интересовались, есть ли кто-нибудь там, наверху? – Жанна закатила глаза к импровизированному потолку звездолёта.
– Было дело, сударыня, интересовался. Только я больше чем уверен, что он и сейчас именно там… Где ж ему ещё быть?
– Погодите-погодите… Вы меня опять сейчас запутаете, – покачала головой Жанна и остановила Альберта загадочной улыбкой. – Понимаете, его никогда нельзя настичь. Он как постоянно ускользающая линия горизонта. Вы когда-нибудь пытались догнать собственное отражение, Альберт? Ведь оно растёт и движется вместе с нами…

После слов принцессы стены звездолёта слегка покачнулись и начали таять. Жанна всем телом ощутила жуткий холод, словно где-то был настежь открыт балкон или форточка. Она попыталась отыскать покрывало, но обнаружила, что его нигде поблизости нет. Возможно, оно просто сползло на пол! Жанна открыла глаза и, ничего не понимая, попыталась нашарить его рукой, однако наткнулась на тапочки мужа, которые аккуратно стояли у кровати. Сам он спал, отвернувшись к стене и, разумеется, стянув на себя всё одеяло. В коридоре горел свет. Жанна выбежала туда, пытаясь отыскать следы того странного человека, которого повстречался ей в парке. Однако, никаких цилиндров и фраков на вешалке не оказалось. В расстроенных чувствах Жанна взяла из пачки последнюю сигарету и отправилась на кухню. Включив свет она обнаружила на столе записку, в которой ровным уверенным почерком были выведены всего несколько строк: «Принцесса! Сожалею, что Вы отказались стать королевой. Но мы обязательно заскочим к Вам на обратном пути. Экскурсия оказалась крайне интересной и познавательной. Кстати, Данилов собственнолично передаёт Вам привет. Странник».
– Когда это я успела отказаться от королевства? – ахнула с досады Жанна и нервно закурила. – Вот всегда у меня всё не как у людей, да ещё и сессия на носу.
Выкурив последнюю сигарету, Жанна отправилась в комнату, чтобы вернуться назад со стопкой пыльных книг и аккуратно разложить их на столе.
– Всё, с сегодняшнего дня берусь за ум! – торжественно объявила принцесса, и сладко зевнув с чистой совестью отправилась в спальню.

Январь - Сентябрь 2008г.




Читатели (350) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы