ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Поэтический салон Анны Павловны Штерн (часть вторая)

Автор:
Глава девятая

В тот день Борис Бормотов получил какое-то странное сообщение на почту. В нём говорилось о том, что сегодня обязательно нужно показаться в салоне Анны Павловны Штерн. По словам неизвестного там должны были произойти события, которые могли заинтересовать молодого поэта. Бормотов выругался про себя, но принял информацию к сведению.
К удивлению Бормотова в салоне в тот вечер было всё как обычно. Анна Павловна изображала из себя почитательницу его таланта, девочки сходили с ума от его неказистых и несуразных стихов. Кругом велось много болтовни и все без исключения пили шампанское. Новых людей было немного. Борис уже начал переживать насчёт того, что зря отказался от сауны, которую предлагали ему две очаровательные поклонницы, как вдруг заметил Переделкина, сделавшего ему едва заметный знак.
– О, и ты тут? – удивился Бормотов. – Как успехи?
Переделкин молчал, но вдруг Борис ясно ощутил, как в его мыслях появился голос Сталкера.
– Привет, Борис. Извини, не могу говорить. Я не знаю этих девиц, сидящих у меня на коленях, поэтому воспользуюсь телепатией. Погоди, не поднимай глаза. Сделай вид, что не замечаешь их и слушай.
– А у меня сплошной негатив. С утра как не задалось, так и пошло сикось-накось. В одном издательстве не сошлись в гонораре, в другом мою рукопись зарезали, ну помнишь, эту про двух лесбиянок. Говорят, слишком откровенно. Что там откровенного? Уж и не вспомню. Сидят ещё те старики совдеповской закалки. Подавай им Евгения Онегина. Думал вот зайти пивка попить, да девки затащили в салон. Чего молчишь-то?
– Это я послал тебе письмо, – продолжил Сталкер. – По моим данным в ближайшее время начнётся полномасштабная операция с прикрытием. Центр будет изображать из себя правильного дядю и свернёт все станции, как будто не имеет к происходящему никакого отношения. На самом же деле на орбите уже висит станция, которая давно ведёт исследования причин грядущего апокалипсиса. Как ты думаешь, чего они добиваются?
– Ну не хочешь говорить, не говори, – усмехнулся Бормотов. – Ты хоть не притворяешься, как эти идиоты. Скажи честно, ведь мои стихи – полная лажа?
– Ситуация действительно осложняется. У меня есть все основания предполагать, что центр всё знает о Фаэтоне. Они считают, что при критическом положении Марса Солнце вновь проявит себя. И тогда у них появится шанс войти в контакт со звездой. Ребята просто играют с огнём.
– Вот ведь чёрт, а печатают. Нет, тебя точно нужно в цензоры, чтобы ни одна сволочь к печатному станку не прорвалась! – Бормотов взял со стола бутылку с шампанским и отпил прямо из горла.
– Мне бы тоже этого очень хотелось, но сам понимаешь, сил у нас недостаточно. Со дня на день я ожидаю прибытия группы подкрепления. Знаешь, из состава спецназа бывшей закалки. Вся надежда на них. Попробуем завязать свою игру, и попытаемся разгадать, сколько ещё тузов они держат в рукаве. Так или иначе, им абсолютно плевать на Марс.
– Ну, хорошо. Положим, они печатают меня, потому что мой папа мэр. Хрен с ним! Но на кой чёрт они печатают этих? – и Бормотов обвёл рукой гостиную. – Здесь же талантов нет!
– Согласен. Люди ни в чём не виноваты, но другого способа заставить Солнце заговорить они не знают и поэтому пойдут на самые крайние меры. Думаю, что дестабилизация обстановки начнётся уже сегодня и будет развиваться очень быстрыми темпами. Но нам нужно время. Необходимо организовать возможность информировать власти всех стран на шаг вперёд, чтобы они успевали хоть как-то препятствовать хаосу.
– Не гони. Ты прекрасно знаешь, почему их печатают. Им бы детей рожать, а они ходят, хвост распушили.
– Я понимаю, что на власти нет никакой надежды, но нам дорога каждая минута. Попытайся хоть что-то придумать. Как прибудет спецгруппа, я с тобой свяжусь.
– Ты бы знал, как меня достала эта жизнь. Все эти неизменно улыбающиеся рожи, девки, желающие заполучить в свёкра моего папочку. Мне тридцать лет, а я ничего толком не умею… – Бормотов заметил, что девицы на коленях у Переделкина немного отвлеклись, о чём-то договариваясь между собой, и быстро сказал почти шёпотом: – Сталкер, я никак не возьму в толк, почему ты нам помогаешь?
– Я хочу сохранить Марс и благополучно доставить переселенцев на Землю.

Бормотов уёхал из салона вместе с отцом и тут же передал ему суть беседы со Сталкером. Мэр несколько раз с тревогой посматривал на сына во время рассказа, а потом спросил:
– Ситуация действительно начинает развиваться по его сценарию. Но насколько мы можем доверять твоему информатору?
– У нас всё равно нет другого выхода. Кто-то крепко взялся за нас и решил во что бы то ни стало отправить нас в ад.
– Мы уже итак в аду, сынок. Цивилизация, которую мы построили, не создана для человека. Она больше подходит какого-нибудь хищнику или наоборот сластолюбцу. Неужели все предыдущие цивилизации шли по этому же ошибочному пути?
– Не все. Сталкер упоминал и о других культурах. В частности одна из таких зародилась на планете Фаэтон, которая в древности была частью нашей солнечной системы. Они не пошли по нашему пути и создали совершенно необычную цивилизацию.
– А как же легенда о том, что Фаэтон погиб от сверхмощного термоядерного взрыва?
– Существует ещё одна гипотеза, – Бормотов закурил. – В процесс вмешалось Солнце. И теперь местонахождение планеты неизвестно. Возможно, светилу удалось спрятать Фаэтон в какой-то пространственно-временной карман. Люди, устроившие переполох на Марсе, тоже ищут следы Фаэтона. Очень вероятно, что жителям этой загадочной планеты, удалось проторить доселе неведомую тропу, и они сейчас путешествуют по Вселенной совершенно иными способами. Однако, Марс прямой потомок того великого народа. Вот почему инопланетяне всеми способами пытаются спровоцировать ситуацию так, чтобы либо Солнце, либо сама эта цивилизация проявила себя. Ведь они не могут бросить своих братьев на произвол судьбы.

Многие задаются вопросом, откуда всё взялось. Эти бесконечные просторы Вселенной с громадными пустотами и сгустками плазмы. А чего стоят железобетонные правила существования материи, господствующие над миром. И, казалось бы, зачем выдумывать Бога, если есть неизменные и всеобщие законы природы? Но вместе с законами природы на протяжении всей истории человечество преследует жесточайшая несправедливость. Видимо, не одному учёному закрадывалась в голову мысль, что человечество – всего лишь болезнь, которой болеет живая планета. Ведь человек подобно паразиту высасывает все соки и не даёт ничего взамен. При этом поэты и философы рассуждают о том, что человек способен любить землю, на которой живёт. Парадоксально, заметьте, любить и продолжать уничтожать целенаправленно и планомерно.
И всё-таки, откуда всё взялось? Загадка появления мира заставляет придумывать красивые небылицы и строить невероятные предположения. Человечеству всегда хотелось хоть как-то всё объяснить и найти подходящую основу из понятных ему вещей. И водрузив сушу на трёх китов, пытливый человеческий ум уже тогда делал первые неумелые шаги к истине. Со временем мы всё больше узнаём о Вселенной, но ни на йоту не приближаемся к разгадке жизни. Но давайте попробуем рассуждать логически. Человек не помнит момента своего рождения и никогда не сможет ощутить момент собственной смерти, потому что до самого последнего мгновения будет оставаться живым, а потом уснёт. Т.е. в данной конкретной человеческой системе лежит запрет на конец и начало. Любой человек в определённое время думает, что будет жить вечно и, возвращаясь назад, в своё прошлое не натыкается на какую-либо стену или барьер, с которого всё началось. Т.е. если бы не окружающие люди, индивид возможно так бы и не догадался о своём рождении, а следовательно и о том, что умрёт. Знание об этом даёт ему окружающий мир.
В природе всё единообразно. Но заметьте, что любого человека рождает другой человек и в прямом и в переносном смысле. Следуя этой логики, мы можем сделать смелое предположение, что и Вселенную могла породить только лишь другая Вселенная, а следовательно и разгадка нашей жизни находится за её пределами. Мы можем до известной степени путешествовать в глубь материи, но насколько мы знаем то, что творится в макромире за пределами нашей досягаемости? Можно ли себе предположить, что Вселенная та же молекула, служащая составляющей частью чего-то большего. А если так, то что есть наш разум, и какую роль играет в жизни всего этого большого организма? Так легко скатиться до уровня полезных или наоборот вредоносных бактерий, осуществляющих элементарную функцию равновесия. Ну и каково ощущать себя в этой роли?
Вот почему многих исследователей космоса в своё время заинтересовало таинственное исчезновение Фаэтона в солнечной системе. Человечество зашло в тупик. Оно не представляло куда дальше двигаться и какова его роль в Галактике. Лучшие умы ломали себе головы, ища ответы на те же самые вопросы, что и прежде. А именно, кто есть человек, зачем и почему.
И ничего, кроме стремления человека разобраться в окружающем мире и взять под контроль Вселенную на ум не приходило. Природе удалось создать мир, в котором всё прибывает в состоянии равновесия, но для чего-то же появился на свет человек, который как лишнее звено постоянно разрушает его и вносит некую систему справедливости, изначально не присущую этому миру. Поэтому многих в центре заинтересовал вопрос альтернативного познания. К сожалению, в Галактике подобных цивилизаций оказалось немного. А точнее сказать, все они находились в зачаточном состоянии, и всевозможные исследователи ринулись в солнечную систему для того, чтобы отыскать следы Фаэтона.

БТР во главе со Сталкером бороздил просторы мирного доселе города N. Прохожих на улицах попадалось немного. Большинство магазинов и супермаркетов не открывались с самого утра. Некоторые из них зияли разбитыми витринами, возле которых толпились люди в униформе. Бронетранспортёр несколько раз попытались остановить местные власти, но как только из кабины появлялась Ирина, интерес защитников правопорядка к боевой машине тут же пропадал.
Молодой офицер приподнял свою полосатую дубинку и предложил остановиться БТРу. Машина в очередной раз остановилась и из люка выглянула молодая девушка приятной наружности. Щёки её были смешно измазаны сажей, глаза радужно искрились.
– О, мадмуазель! – воскликнул истосковавшийся по человеческим лицам лейтенант. – Какими судьбами?
– Едем в госпиталь по указанию мэрии, – отвечала блондинка, продолжая метать обжигающие сердце взгляды.
– Одна? – сходил с ума молодой лейтенант, взгляд которого тускнел и затуманивался.
– В составе спецгруппы «Альфа», – отвечала Ирина и пронзала патрульного насквозь своими голубыми глазами, доводя свою жертву до нужной кондиции, а потом весело кричала вслед: – Счастливо, лейтенант! Извини, у нас секретная операция.
Молодой офицер некоторое время ещё махал рукой белокурой блондинке, а через несколько минут совершенно забывал о её существовании. Это было распоряжение Сталкера. И хотя у команды имелись все необходимые документы на непредвиденный случай, специально доставленные Бормотовым, Григ решил не рисковать и не рассекречивать группу.
Встреча с Борисом состоялась накануне. Тот явно нервничал и постоянно крутил в руках ключи от отцовской машины. Говорил о странном появлении призраков, якобы похищающих людей. Впрочем, информация оказалась на уровне слухов, официального подтверждения ей не было, когда как из проверенных источников каких-либо опасений насчёт крупномасштабных военных действий тоже пока не поступало. Видимо, политики заняли выжидающую позицию. Сталкер, выслушав Бормотова, собирался уже спуститься вниз, как тот поборов какие-то сомнения остановил его и сказал:
– Постой, я не сказал самого главного. Радары засекли сильные электромагнитные импульсы. Никогда прежде на Марсе не было подобных магнитных бурь. Наши учёные связывают их с повышенной активностью Солнца. Похоже, расчёты центра были верны. Скорее всего, неизвестные предпримут попытку спасти планету.
– Так, это уже интересно, – оживился Григ. – В свете новой информации не мешало бы проверить ваших призраков.
– По слухам эпицентр активности находится в центре города. Только вам придётся ждать четырёх часов утра. Они похищают людей во сне.
– Чем-то напоминает фильмы ужасов конца двадцатого столетия, – усмехнулся Сталкер. – Неужели люди с Фаэтона решили спасти марсиан по одному? Несколько тысяч лет скитаясь по Галактике, я ещё не встречал такого оригинального переселения.
– Скорее всего, они возвращают похищенных. Возможно, подобным способом они получают информацию о серьёзности проблем на Марсе. Но это только мои предположения. Да и откуда у тебя уверенность, что это именно древняя цивилизация? Вокруг Марса сейчас крутится множество исследователей. Не исключено, что всё это может оказаться проделками какой-либо из заинтересованных сторон.
– Хорошо, сегодня проверим. Подключу своих поэтесс, у них невообразимое чутьё на иное.
– Ты никогда не меняешься. Боюсь, что и в самый трудный в жизни час ты будешь думать исключительно о женщинах.
– Поживём-увидим, – отшутился Сталкер. – О месте и времени следующей встречи будет объявлено дополнительно. Счастливо оставаться.

Двойник Василия Ивановича Стечкина пребывал в превосходном состоянии духа. После исчезновения Бога, а точнее его хозяина, он был предоставлен сам себе и получал от этого неописуемое удовольствие. Дарья Степановна никак не могла разгадать хитроумный замысел своего мужа, внезапные перемены которого её потрясли. Муж стал более покладист, домовит и самое главное проявлял к ней живой интерес. Дарья Степановна и не думала прежде, что такое вообще бывает между мужчиной и женщиной. Раньше ей казалось, что всё это больше напоминает испытания, которые необходимо с честью преодолевать. Сейчас же она с радостью посвящала своё свободное время мужу и нисколько об этом не жалела. Это был какой-то фантастический, медовый месяц! И если не брать во внимание учащающиеся перестрелки на улицах, то можно было сказать, что Дарья Степановна счастлива. Однако, чем больше положительных эмоций испытывала жена, тем настороженней она относилась к Стечкину. Всё неспроста, думала Дарья Степановна, наверняка, у него есть другая женщина, раз он такое умеет вытворять. Ох, не к добру это, не к добру! Временами ей даже хотелось, чтобы муж стал таким как прежде, бегал бы в свой поэтический салон, выдумывал несуществующие поводы и причины. Теперь же равнодушие к поэзии и к молодым поэтессам настораживало чувствительную душу Дарьи Степановны, и она страдала.
В один из осенних вечеров, когда в доме закончилась последняя краюха хлеба, Стечкин засобирался в магазин. Жена поинтересовалась, сколько сейчас стоят продукты, потому как последнее время закупками занимался муж. Двойник назвал приблизительные цены товаров, что чуть не повергло Дарью Степановну в шок.
– Но откуда у нас деньги на продукты по таким ценам? – спросила только что спустившаяся с небес на землю жена. – Насколько я помню, у тебя последнее время была не слишком высокая зарплата.
Стечкин понял, что угодил в какой-то капкан и не знал, как из него выпутаться. О работе хозяина он знал мало. Нельзя было допускать, чтобы разговор развивался в подобном направлении. Необходимо было срочно придумать легенду, чтобы избавиться от лишних вопросов.
– Я устроился на вторую работу, разве я тебе не говорил?
– Да? – ещё больше удивилась Дарья Степановна. – И поэтому у тебя стало больше свободного времени?
– Начальство входит в наше положение, – пояснил робот, прокручивая в мозгу свои недавние похождения по магазинам. Разумеется, благодаря своим фантастическим способностям продавщицы отдавали ему товар сами. Стечкину даже не приходилось ничего изобретать. Он приходил в магазин и просил местный персонал наполнить ему сумки всем необходимым. Девушки приносили продукты и долго извинялись за доставленные неудобства и проволочку.
– Что-то ты темнишь. Никак не возьму в толк, с чего это ты вдруг так изменился?
– Время такое. Сама понимаешь, нефтяной кризис на носу.
– Смотри, поаккуратнее там, – жена поправила на шее у мужа воротник и вдруг обратила внимание на маленькую деталь, которая прежде никогда не бросалась ей в глаза. Возле уха Стечкина виднелся едва различимый штамп с какой-то цифрой в рамке. – А это ещё что такое?
– Порядковый но… Это у меня ещё с армейских времён, – исправился двойник.
– Очень интересно, почему это я раньше его не замечала?
– Действительно, он отчётливо виден только в определённые дни, – совершенно без стыда соврал робот, хотя и понимал, что не слишком изощрён в подобных делах. Ему показалось, что Дарья Степановна о чём-то догадывается, поэтому, быстро спустившись вниз по лестнице, он решил, что не вернётся в этот дом уже никогда.
Накупив полные сумки продуктов двойник Стечкина неслышно подкрался к собственной квартире и позвонил. Когда жена открыла дверь, то увидела перед собой гору пакетов. Она занесла их в дом и вдруг поняла, что с некоторых пор не замужем. Воспоминания о последних месяцах жизни совершенно выпали из её сознания. Дарья Степановна почему-то посчитала, что всё это проделки её школьного друга Терехова, который продукты принёс, а зайти постеснялся. Но ничего, в следующий раз она обязательно подкараулит его под дверью и напоит чаем!
Наречённый Василий Иванович под порядковым номером 127596 вышел из подъезда родного дома и направился к центру города. Он шёл по пустынным улицам, полным когда-то прохожих и резвящейся детворы. Ничто не ускользало от внимательных глаз робота нового поколения. По его расчетам наступало время решительных действий. Первым делом необходимо было найти связного.


Глава десятая

Сталкер решил, что засаду нужно устраивать там, где её никто не ждёт, а именно в спальной мэра. Его-то уж точно решат посетить незваные гости рано или поздно. Большей информацией всё равно не располагает никто. Мэр, разумеется, был против, и запретил даже думать на эту тему. Однако, поэтессы, которые обладали достаточно тонким пониманием мужчин, предложили ему видеонаблюдение, чтобы не травмировать душу старика. К удивлению Бормотова, отец согласился и даже не стал перечить, ведь Ирина обладала удивительным даром убеждения. Кто бы только сумел отказать белокурой поэтессе после искусного гипнотического сеанса? Разумеется, не устоял и мэр. Оборудование тут же перекочевало в спальню старика, и чтобы не слишком переутомляться у мониторов решили пост нести посменно по два часа.
Четырёхчасовое время выпало на дежурство Сталкера. Он специально так подгадал, чтобы быть готовым во всеоружие. К тому же он хотел выспаться. Понятно, что в случае поступления сигнала отдыхающая смена будет поднята по тревоге, а это нездоровое прерывание сна, головные боли и сонливость на весь последующий день. Одним словом, на первую смену заступила Ирина. С большой неохотой она наблюдала за тем, как старик занимался каким-то бумагами за письменным столом, потом стриг бороду возле зеркала, аккуратно складывая постриженные волосинки на сегодняшнюю газету. Ничего необычного не происходило, хотелось спать и донимала зевота. На какое-то мгновение Ирине показалось, что она отключилась. Такое бывает, когда едешь в автобусе у окна и вдруг после очередного торможения ловишь себя на мысли, что задремал. Но поэтесса проснулась от внезапной перемены картинки на мониторе. Изображение исчезло. Ирина схватила телефон и тут же позвонила мэру. Тот поднял трубку почти сразу и мелодично пропел:
– Пардон, мадмуазель, это я выключил камеру. Мне нужно было переодеться. Ровно через минуту изображение будет восстановлено.
– Хорошо, босс. Могли бы позвонить, я бы закрыла глаза.
– Боюсь, что они у вас итак были закрыты, – рассмеялся мэр, – или я совсем плохо знаю женщин. Вас выдаёт голос.
– Какой вы проницательный мужчина, – вкрадчиво заговорила Ирина, снова пуская в ход свои чары. Ей не хотелось получать нагоняй от Сталкера.
Через несколько минут камера уже однообразно зияла сумеречной комнатой спящего мэра. Слышно только было его храп, который то и дело волновал динамики. Ирина убавила звук и посмотрела на часы. Оставалось минут пятнадцать. Девушка из всех сил боролась со сном и чтобы как-то себя взбодрить начала разговаривать вслух и отвлекаться от монитора на окружающие предметы. Очнулась она оттого, что за её спиной кто-то отчётливо сказал:
– Она не марсианка…
Ирина быстро оглянулась и достала оружие из кобуры. В комнате царил полумрак, хотя она отчётливо помнит, что горел свет. Монитор продолжал монотонно сиять, а храп мэра сотрясать динамики.
– Вот чёрт, почудилось что ли? – сказала вслух Ирина, и с этими словами в дверь раздался условный стук. Это пришла смена.
Ирина открыла дверь, откинув щеколду. На пороге стояла Жанна.
– От кого запираешься посреди ночи? Забыла об инструкциях?
– Тут такое дело, – нахмурилась поэтесса, – очень вероятно, что меня посещали гости.
– Да ты что, и поэтому ты заперлась на ключ? У вас было романтическое свидание при свечах?
– Жанна, мне лично не до смеха. Я слышала голос прямо за своей спиной и свет, он горел, а теперь его нет.
Жанна подошла к выключателю и попробовала включить свет, но не тут-то было. Бра не загоралось.
– Ничего удивительного, похоже, перегорела лампочка, – сказала она. – Сейчас вставим другую.
И действительно через пару минут свет на наблюдательном пункте был восстановлен. Ирина пошла отдыхать, а Жанна заняла боевой пост. Вторая смена была тоже не из самых удачных. Два часа сна, а потом заступление на смену – расклад непростой. Кто когда-либо стоял в карауле знает, что такое двухчасовой сон и каковы его последствия. И здесь не нужно быть провидцем, чтобы предугадать, что после такого отдыха всегда хочется продолжить прерванный процесс, особенно, если прервался он не в естественную фазу. Жанна зевая начала сверлить взглядом монитор. И чем дольше это продолжалось, тем больше она начинала понимать, как это невыносимо лицезреть храпящего мэра. И кто только его избрал?!
Вообще мэров избирают не за храп и не за изысканные манеры. Разумеется, главной составляющей в предпочтениях электората является хорошая и планомерная реклама кандидата. Политика во все времена держалась на сильных личностях и казне. А сильная личность плюс деньги, плюс хороший брэнд могли дать в итоге величайшую славу. Впрочем, если бы политиков избирали женщины, то многое могло быть иначе. Но сами понимаете, что последние – существа подневольные и зачастую вынуждены голосовать так, как считает муж или как просит шеф. Женщина не в силах отказать интересному мужчине, вот поэтому в итоге мы и получаем недееспособный парламент, храпящего на весь город мэра и множество неразрешённых проблем в пассиве. Короче говоря, размышления о политике Жанну не спасли, и она тоже слегка задремала на своём посту. Ей снился сон, как будто она мэр и за ней ведёт наблюдение спецгруппа. Неизвестный прокрадывается в комнату и молниеносным движением сбрасывает с неё одеяло. А там… Боже, на ней нет даже нижнего белья, а наблюдение ведёт не кто-нибудь, а сам Сталкер! Господи, какой позор! Сгорая со стыда, Жанна просыпается и пытается включить свет.
– Что за чёрт?! – выругалась вслух Жанна. – Я же вкрутила новую лампочку.
В сумраке комнаты скользнули едва заметные тени. У Жанны похолодело в груди. Вы когда-нибудь испытывали ощущение, что кто-то незримый стоит за вашей спиной? Девушка боялась оглянуться. Однако, как гром среди ясного неба раздался стук в дверь. Жанна взглянула на часы. Два часа прошли, значит, пришла смена. Подойдя к двери, она с удивлением обнаружила, что дверь оказалась закрыта на ту же щеколду.
– Кто? – невольно спросила Жанна.
– Ты с ума сошла что ли? – удивилась Яна. – А если бы тревога или с тобой что стряслось. Зачем закрываешься?
– Тут что-то не так, понимаешь. У Ирины всё случилось точно также. Перегорела лампочка в бра и дверь оказалась закрытой.
– Издеваешься, кто ещё кроме тебя мог её закрыть? В комнате нет никого.
– Возможно, те, кого мы ищем, – загадочно напомнила Жанна.
Яна посмотрела на подругу рассеянным взглядом.
– Лампочки есть для бра?
– Да, в ящике парочка. Ладно, я спать. Дави на кнопку, если что, – и Жанна ушла в спальню.
Наскоро приняв душ и почистив зубы, она уже собиралась лечь в постель, как вдруг, словно удар молнии, раздался оглушительный рёв сирены. В коридор первым выскочил Сталкер, вслед за ним, запахнув халат, Ирина. Жанна затаив дыхание вслушивалась в голоса.
– Дверь заперта! – крикнул Сталкер. – Какого чёрта? Яна!
– У меня была точно такая же история, – быстро сообщила Ирина. – Кто-то закрыл её изнутри.
– Ломайте дверь! – крикнула Жанна и забыв о том, что находится в одной ночной сорочке выбежала из спальни.
Картина, открывшаяся перед глазами поднятой по тревоге группы, оказалась самой неожиданной. Яна мирно спала, удобно устроившись на сигнальной кнопке. Её небесные черты волновали, губы слегка приоткрылись, волосы рассыпались по столу, по плечам… Дежурной наверняка снился самый безмятежный сон, который и прервал Сталкер, бережно и с любовью похлопав Яну по плечу.
– Вставай, детка! – вежливо попросил Григ, хотя в его голосе уже улавливались металлические нотки.
Поэтесса открыла глаза и обвела присутствующим непонимающим взглядом.
– Что утро уже?
– Утро-утро, только слишком раннее. Не соизволите ли объяснить, Яна, что это вы сейчас тут делали? – поинтересовался Сталкер.
Было очевидно, что девушка действительно пытается вспомнить, что она делает здесь за этим столом. Яна ещё раз осмотрела всю комнату и окружающие предметы.
– Может быть, я занималась сводками и заснула? Какое-то странное место, никогда раньше здесь не была.
– Так, – нахмурился Сталкер, – понятно. Жанна, у тебя есть, что добавить к рассказу твоей сменщицы?
– Да нормально всё было, когда я передавала смену, за исключением двух вещей. Второй раз подряд перегорела лампочка в бра и дверь оказалась закрыта изнутри. У меня есть подозрения, что это они.
– Почему не доложили о замеченных странностях?
– Вы же просили не будить по пустякам, – напомнила Жанна.
– Значит, по-вашему это пустяки? – изумился Сталкер и заходил по комнате. – Да, просил же этого чудака прислать мне нормальную дееспособную команду… Вы хоть понимаете, что все козыри, которые у нас были, вы уже выложили незнакомцам, с чем вас и поздравляю. Будем действовать в том же ключе, через пару дней можно будет сворачивать операцию.
– Смотрите! – Ирина обратила внимание на мониторы. В комнате мэра происходило какое-то движение.
– За мной! – скомандовал Сталкер и пулей вылетел из наблюдательного пункта, скользя вниз по ступенькам, через пару мгновений он уже стоял у дверей спальни. Слегка приоткрыв её, он заметил, что мэр сидит на стуле и с кем-то мирно беседует.
– Первым делом смените охрану, – посоветовал ему кто-то незримый. – Ваши подчинённые очень любят спать на посту.
– Это не мои люди, – улыбнулся мэр.
– Тем более.
– До нас дошли слухи, что начали пропадать люди…
– Это не так. Мы никого не забираем с собой. Пока идёт обычный сбор информации. Честно говоря, мы не понимаем, что происходит на Марсе. Какая-то чудовищная мистификация!
– Т.е. вы считаете, что никакого кризиса нет?
– По крайней мере, он должен был случиться не так скоро. Однако, конфликт разрастается быстрыми темпами и последствия могут оказаться катастрофическими.
– Вы слышали о предположениях, что некоторые силы попытаются взорвать Марс?
– Да, мы в курсе. Признаюсь, наше руководство не в восторге от текущих событий. Всё произошло слишком внезапно, мы оказались не готовы к решительным действиям. Но самое печальное заключается в том, что мы не вполне понимаем с кем, и против кого нужно действовать.
– Не хотите переговорить на эту тему со Сталкером? – предложил мэр.
– С этим ротозеем, который понабрал себе в команду сопливых девчонок?
Григ не выдержал критики за глаза и вошёл в спальню. Перед собой он увидел почти человека, длинноного инопланетянина с несколько вытянутой шеей.
– Повторите, пожалуйста, последнюю фразу ещё раз, – попросил Сталкер, – а то мне было плохо слышно под дверью. Представьтесь и объясните причину своего пребывания в подобном месте в столь ранний час.
– А твой подчинённый – наглец! – воскликнул незнакомец.
– Повторяю, Сталкер и его команда мне не подчиняются, – ответил слегка озадаченный мэр.
– Ах, вот как! Это и есть ваш Сталкер? – переспросил незнакомец и задумался. – Сталкер, объясните мне причину, по которой я должен перед вами отчитываться о целесообразности своих визитов?
– По марсианским меркам вваливаться в спальню к незнакомому человеку ранним утром не слишком этично, – пояснил Григ.
– Вопросы этики в столь сложное для Марса время меня заботят меньше всего. Я появляюсь тогда, когда считаю нужным.
– Т.е. копаться в чужих мыслях для вас дело чести, лишь бы впрок.
– Марсиане говорят одно, а делают другое, поэтому это единственный способ добиться от них правды.
– Только не стройте из себя благородного рыцаря. Нам с сопливыми девчонками, как вы изволили выразиться, удалось кое-что раскопать. Так вот, уважаемый представитель древней цивилизации, вы помогаете Марсу небескорыстно.
– С чего это ты взял? – без волнения в голосе спросил незнакомец. – Уж не думаешь ли ты, что мы собираемся взять с вас мзду?
– За переселение на Фаэтон?
– А хотя бы и так.
– Вы ведь не хуже меня знаете, что Марс это не спасёт, а значит и Фаэтон.
– На что это вы намекаете?! – внезапно взорвался незнакомец.
– В спальне мэра в такие часы не принято говорить на повышенных тонах, – ехидно заметил Сталкер. – Вы действительно не знаете или прикидываетесь?
Незнакомец пристально вглядывался то в Сталкера, то в мэра, как будто старался что-то прочитать на их лбах.
– Не пытайтесь залезть в наши карманы. Я полностью блокирую ваши попытки. Это вам не девочек в дежурке разводить. Ну, так что, будем играть в открытую или разойдёмся по домам?
– Постойте, а в какую игру вы собираетесь со мной играть, молодой человек? Вам нечего мне предложить. Или ваш план заключается в беготне по улицам сломя голову и попытках помочь всем нуждающимся? Смешно.
– На Марсе и его окрестностях только и говорят о новом пути цивилизации Фаэтона, – улыбнулся Сталкер. – Они здесь из-за вас. Интересно, чем вы лучше других, даже ума не приложу? Неужели все достоинства вашего народа заключаются в том, чтобы рыться чужом грязном белье и прятаться в параллельном времени?
– Откуда вам это известно? – испугался незнакомец.
– К нам попала информация, что Фаэтон и Марс сейчас находятся в одной и той же точке солнечной системы. Вся загадка лишь в том, что Фаэтон движется в параллельном времени, когда как Марс в настоящем. Но вам, как и мне, хорошо известно, что в случае глобальной катастрофы, достанется и вашей загадочной планете. А без Марса она существовать не сможет. Стоит вам только удалиться на несколько тысяч километров, как весь ваш потусторонний рай прекратится. Или вы хотите сказать, что непричастны к ресурсам этой планеты?
– Довольно, – поднял руку незнакомец.
– Нет-нет, я только начал, – разошёлся Сталкер. – Ирина, войдите в комнату и представьте нашему гостю доказательства.
Ирина и Яна чинно в ногу вошли в спальню и развернули перед незнакомцем географическую карту.
– Красным отмечены ваши базы, – пояснила Яна. – Первое время мы причисляли их к марсианским, потому как всё указывало на их причастность к добычи нефти в этих месторождениях. Всё так и было, за исключением маленькой детали: часть добытого сырья уходила на Фаэтон. Мы не сразу догадались. Но, сопоставив факты и объёмы, поступающие на рынки, наши учёные обнаружили серьёзную утечку горючего. Разумеется, все сразу же подумали на марсиан. Кто ещё мог выдумать такую гениальную схему торговли не оприходованной нефтью? Однако, тщательно изучив марсианский рынок, мы не нашли никаких дополнительных вливаний. Мыль о том, что кто-то делает себе запасы на чёрный день, отбросили сразу. Марсиане никогда не думают о будущем.
– Как только появилась информация о призраках, – продолжила Ирина, – мы тут же смекнули в чём дело. Раз по Марсу гуляют невидимки, то почему бы им не быть причастными к исчезновению нефти? Потом несколько поездок на нефтедобывающие станции и вот карта ваших интересов в этом районе планеты. Мы закончили, босс, – и поэтесса повернулась к Сталкеру.
– Большое спасибо, – поблагодарил девушек Григ. – Что скажете, милейший? Впечатлил ли вас наш рассказ? Думаю, что путешествие на БТРе по улицам города не прошло для нас даром.
Незнакомец растерянно следил за происходящим. Создавалось ощущение, что он не совсем понимает, что делать дальше.
– Так вот, на основании вышеизложенной информации, я делаю вывод, что ваше дело швах. А поэтому предлагаю объединить усилия. Но прежде мне хотелось бы услышать, чем вы располагаете, – сказал Сталкер.
– Вы всерьёз собираетесь противостоять центру? – удивился незнакомец. Прежние его черты несколько исказились, лицо стало более человеческим. Шея вросла в могучие плечи, и все присутствующие ощутили, как вместо мерцающей голограммы в спальне материализовался настоящий парламентёр. – Меня зовут Стар. Мы готовы к переговорам.
– Интересный поворот, – осклабился мэр. – А до этого вы что же фильм нам показывали?
– Обычные меры предосторожности, – пояснил парламентёр. – Итак, перейдём к делу. Прежде всего, давайте определимся, против кого мы собираемся воевать.
– Логичный вопрос, – согласился Сталкер. – Жанна, будьте любезны, принесите мне, пожалуйста, мой компьютер.
– Сию минуту, босс, – откликнулась девушка, которая до последней минуты держала всю компанию на мушке. Она сунула пистолет в кобуру и поднявшись на второй этаж заскочила в комнату отдыхающих, где стоял компьютер шефа. К своему глубочайшему удивлению, Жанна обнаружила на мониторе комнату для наблюдения, где они несли своё дежурство. Девушка выключила сетевой шнур и, схватив ноутбук, побежала обратно в спальню мэра. Вбежав в комнату, она посмотрела на Сталкера испепеляющим взглядом.
– Вы наблюдали за нами? Это был спектакль? – негодовала Жанна.
– Точно подметили, – согласился Стар. – Только представление велось не для вас.
– А для кого? – огляделась вокруг Жанна.
– Для него, – Сталкер указал в сторону мэра и начал двигаться в его направлении.
Мэр смотрел на Грига сумасшедшими глазами и совершенно был сбит с толку. Он как рыба беззвучно открывал рот и заглатывал воздух. Казалось, что пальцами он нащупывал тревожную кнопку. Лицо его перекосила гримаса ужаса, когда Сталкер подошёл к нему вплотную и сорвал с воротника какой-то крохотный прибор.
– Приветствую тебя, Рамке, – громогласно сказал Григ и посмотрел в щель приспособления. – Видно хорошо? – потом Сталкер, спохватившись, обернулся к перепуганному мэру. – Извините, у нас не было времени предупредить, что кто-то прикрепил на вашу пижаму вот это.
Сталкер показал мэру портативную видеокамеру микроскопических размеров.
– А вы становитесь популярным! – расхохотался Стар.
– Ничего не понимаю, – наконец-то вымолвил мэр.
– Голограмма Стара не даром советовала вам сменить охрану, – напомнил Сталкер. – В вашем ближайшем окружении есть кто-то из людей Рамке.
– Постойте, а разве этот человек не представитель древней цивилизации? – спросил вконец растерявшийся мэр, указывая на коренастого гостя.
– Нет-нет, Стар действительно тот, за кого себя выдаёт, – успокоил его Григ. – Просто мы встретились накануне и решили разыграть спектакль.
– А нас нельзя было поставить в известность? – нахмурившись, спросила Ирина.
– А разве вы сыграли бы так натурально, если бы знали обо всём заранее?
– Отвечать вопросом на вопрос некрасиво, – напомнила Яна.
Сталкер пожал руку Стару, перебросившись с ним парой незначительных фраз. Потом парламентёр превратился в голограмму и через некоторое время исчез.
– А теперь всем спать, – скомандовал Григ, но, заметив обескураженного мэра, осёкся и прибавил: – Впрочем, вы можете заниматься по своему плану.
– Спасибо, молодой человек. Не беспокойтесь, я уже начинаю привыкать к вашему хамству.
– Спокойной ночи, ваше величество, – съязвил Сталкер, уводя за собой своих напарниц. – Обмен информацией, как и прежде через вашего связного. Завтра в десять я буду его ждать на том же месте.


Глава одиннадцатая

Леон и Блад благополучно приземлились в центральном аэропорту. Дожидаясь багажа где-то на задворках, они успели продрогнуть. Как это частенько бывало у марсиан, что-то с чем-то не срослось и вовремя подать багаж не удалось. Народ грязно ругал персонал аэропорта и правительство, обвиняя их в попустительстве, а заодно и в причастности к нефтяному кризису. Пассажирка только что прилетевшего из города N лайнера, Валентина Семёновна Зябликова, видела все причины марсианских бед в руководстве и чиновничьем беспределе.
– Вот помяните моё слово, – говорила она, – когда вскроются истинные причины нефтяного кризиса и дороговизны, всем станет ясно, что чиновники его и спровоцировали. Да вы взгляните на их рожи по телевизору! В стране хаос, а они здороваются, как ни в чём не бывало, улыбаются, раздают комплементы…
– Вас послушать, так получается, что народ и вовсе ни в чём не виноват. Как будто с другой планеты прилетел. Правительство кто выбирал? – осадил женщину молодой интеллигент приятной наружности.
– Да причём тут народ? – возмутилась Зябликова. – Порядка в стране нет! Распустились все. Наркомания, проституция, свобода выбора. Между чем выбирать-то? Всем этим алчущим свободы сексуальным меньшинствам и отмороженным сектантам, наркоборонам, сутенёрам и убийцам подавай демократию, права человека, возможность быть самим собой. А в итоге имеем бардак со всеми вытекающими последствиями. Нефтяной кризис – всего лишь последняя капля в копилку нашего всеобщего недоразумения.
– Ну, правильно, все у вас кругом виноваты, – подзуживал женщину молодой человек. – Но ведь вы же не станете отказываться от своих привилегий за ради всеобщего блага? Так думает каждый из нас. Мол, виноват вон тот господин, а я что, я как все. А между тем вся наша жизнь плавно перестроилась в некую финансовую целесообразность. Всё так или иначе мерится на деньги: и жизнь, и профессиональные навыки, и любовь. Объявление в газете: «познакомлюсь с одиноким человеком 35-40 лет без материальных затруднений». Т.е. изначально женщина ищет себе не столько мужа, сколько спонсора. Или возьмите хотя бы футбол. Любой более или менее кассовый вид спорта. Уже давно соревнуются не клубы тех или иных стран, а их финансовые возможности. Кто-то может себе позволить классных игроков, кто-то нет. Вот и весь спорт.
Молодого философа бурно поддержало несколько пенсионеров старой закалки. Один даже поблагодарил и долго тряс ему руку.
– Я одного никак не могу понять, вас устраивает двухчасовая задержка багажа? – спросила Валентина Семёновна. – Или вы просто так сами с собой разговариваете?
Между тем парня уже увлекли новой темой о конфликте поколений. Несколько пожилых мужчин гневно потрясали кулаками куда-то в сторону аэропорта и позволяли себе нелитературные выражения.
– У вас всегда так? – поинтересовался Блад у возмущённой чиновничьим беспределом пассажирки.
– Что так? – удивилась Валентина и посмотрела на Блада равнодушным взглядом.
– Всегда ли у вас проблемы доставки багажа приводят к размышлениям о смысле жизни?
– Ах, вот вы о чём! – усмехнулась Валентина. – С небес свалились или приезжий?
– С небес, – честно признался Блад.
– Тогда понятно.
– Вы местная? – спросил подошедший сзади Леон.
– Какое это имеет значение? – Валентина сделал какой-то знак рукой и, откуда не возьмись, вокруг неё появились охранники. – Очень подозрительные личности. Надо бы проверить…
– Хорошо, мэм, – отчеканил охранник. – Молодые люди, предъявите документы.
Леон и Блад достали из карманов корочки, на которых абсолютно ничего не было написано, и показали их охранникам. Те долго морщили лбы, стараясь разглядеть должности и род занятий незнакомцев. Наконец один из них прозрел и весело сказал:
– Так это ж учёные! Они приехали в наш город с каким-то сенсационным открытием. Я их вчера видел по телевизору.
– Серьёзно? – удивилась Валентина Степановна. – А выглядят как обычные карманники. Ладно, свободны пока, мальчики, – Зябликова снова сделала неуловимый знак рукой. – И чем вы собираетесь потрясти мир, господа учёные?
– Мы изобрели альтернативное топливо, способное заменить нефть и газ, – честно признался Леон.
– Серьёзное заявление, – согласилась Валентина Степановна. – Тогда представьтесь хотя бы для начала.
Леон и Блад представились, обменявшись с Валентиной Степановной любезностями.
– А вот и багаж! – обрадовалась она. – Если вы всерьёз занимаетесь проблемами нового топлива, то вам просто необходимо встретится с моим мужем.
– И кто у нас муж? – настороженно поинтересовался Блад.
– А то вы не знаете, – ухмыльнулась Валентина. – Меня на мякине не проведёшь! Я с самого начала поняла, что вы неспроста мной заинтересовались. Оставьте ваш контактный телефон, я вам перезвоню, – сказала Зябликова, садясь в машину.
Леон быстренько достал свою визитку и написал на ней несколько цифр, потом передал её Валентине. Та мельком взглянула на цифры и бросила визитку в сумочку.
– Счастливо оставаться.
Как только высокопоставленная госпожа скрылась из глаз, Леон весело посмотрел на Блада и хлопнул в ладоши.
– Вот видишь, в центре всё складывается значительно проще. Надо было сразу сюда ехать.
– И тебя не смущает тот факт, что она сама на нас вышла? – спросил Блад. – Неужели ты веришь в то, что жёны таких выдающихся персон будут несколько часов ожидать собственного багажа? Тут что-то не так.
– Да брось ты! Какого ещё подвоха ты ждёшь от этих людей, стоящих на краю пропасти?
– Я ничего не жду, а только лишь предлагаю поискать других контактов с правительством. У меня складывается ощущение, что эта молодая особа приведёт нас в ловушку.
– Ну, это ты хватил. Мир стоит на грани катастрофы, кому придёт в голову сейчас играть в подобные игры, – пожал плечами Леон.
– Ты на Марсе, не забывай об этом, – Блад принял багаж и зашагал в сторону стоянки такси.

Большой город жил своей жизнью. Леона и Блада поразило спокойствие, царившее на улицах. Никто ни в кого не стрелял и не бил витрин. Люди спешили на работу и занимались своими делами. Создавалось ощущение, что в мире нечего угрожающего не происходит. Кинотеатры пестрили рекламой новых фильмов, собирая вокруг множество праздно гуляющих пар. Работали казино и ночные бары. Казалось, что кто-то взмахнул волшебной палочкой, и весь мир вернулся в прошлое. Леон и Блад удивлённо переглядывались между собой совершенно сбитые столку. Мимо них промчалась молодая красотка, и послала воздушный поцелуй. Блад подошёл к ларьку и купил сегодняшнюю газету. Взглянув на заголовки, он ещё больше утвердился в мысли, что на Марсе ничего страшного в данный момент не происходит.
– Ты что-нибудь понимаешь? – спросил Леон, заглядывая напарнику через плечо.
Между тем газеты пестрили радужными заголовками. В одной из статей с чувством писали о том, что в соседнем регионе в этом году опять были некоторые проблемы с урожаем, и поэтому количество импортной продукции до рекордного показателя снизить не удалось. В южной части страны опасаются наводнений, потому что за месяц выпало небывалое количество осадков. Никогда прежде ничего подобного не наблюдалось. Более мелкие статьи сообщали о жизни замечательных людей страны. Речь шла об академиках, космонавтах, рядовых учёных, поэтах и музыкантах. На глаза попалась даже маленькая заметка о городе N, из которого только что прибыли наши гости. В ней упоминалось о замечательном начинании и создании поэтического салона, которым заведовала Анна Павловна Штерн, а также о проблемах в перенасыщении рынка книгами. Дело в том, что чем дольше существовала цивилизация, тем больше становилось классической и современной литературы. Из-за пристрастия марсиан к печатным изданиям эта проблема стояла наиболее остро. Библиотеки не справлялись, хотелось максимально широко охватить литературный спектр, поэтому лимит на каждую конкретную книгу не должен был превышать трёх-четырёх экземпляров, что вызывало резонный дефицит наиболее популярных изданий, особенно для бедных студентов в период сдачи экзаменов или зачётов.
Огромное предложение и не всегда качественной литературы со стороны книжной индустрии, разумеется, снижало читательский интерес. В те золотые времена, когда книг не хватало, а спрос на литературу в обществе был огромным, писателей узнавали в лицо, им платили приличные гонорары, давали привилегии. Сейчас же никто их не знал. Авторов было настолько много, что издатели книг даже не утруждали себя необходимостью печатать портреты талантливых современников.
– Послушай, – вдруг сказал Леон, – а ты уверен, что мы остались на Марсе?
– На самолётах не летают на другие планеты, – напомнил Блад.
– И всё-таки…
– Язык тот же. Все остальные характерные приметы марсиан на лицо. Что тебя смущает, кроме того, что нет нефтяного кризиса?
– Лица. Посмотри, какие счастливые лица! Здесь люди радуются жизни.
Блад скомкал газету и бросил её в урну. Увидев наиболее симпатичную и одинокую девушку, он подбежал к ней и задал наверное самый неожиданный вопрос в её жизни:
– Извините за дурацкий вопрос, – поклонился Блад, – вы не подскажите, как называется эта весёлая планета?
– Вы меня разыгрываете? – девушка улыбнулась приятной и располагающей улыбкой.
– Нисколько. Мы с товарищем немного заблудились, хотим уточнить текущую дислокацию.
– Не знаю, как сейчас, но с утра это был Фаэтон. Четвёртая планета от Солнца.
– Спасибо! – поблагодарил барышню Блад и поцеловал ей руку. – Вы открыли нам глаза.
– Куда же вы? – окликнула девушка таинственного незнакомца. – Разве вы не хотите пригласить меня в кино?
Какая-то искорка сверкнула в глазах Блада. Леон поймал этот взгляд и категорично покачал головой, мол, некогда заводить романы, у нас и так дел по горло. Однако, Блад вернулся к девушке и через пару мгновений познакомил её с Леоном. В конце концов, нам нужен проводник в этом мире, решил Блад. Нужно в кратчайшие сроки разобраться с тем, что произошло и срочно вернуться на Марс.

После появления призраков, в городе N стали происходить достаточно необычные случаи. По крайней мере, поползли нелепые слухи на этот счёт. Например, генерал Иволгин утверждал, что побывал на другой планете, не выходя с территории мотострелкового полка. Кто бы поверил в такое, если бы подобные явления не происходили сплошь и рядом. Однако, рассказ боевого генерала заинтересовал команду Сталкера, и бронетранспортёр ударной бригады подъехал к загородной даче командующего дивизией. Генерал встречал молодых людей с воодушевлением и чрезмерным гостеприимством. Девушкам тут же была предложена экскурсия по саду, усыпанному жёлтыми листьями, а Григ в это время забавлялся с псом невероятно больших размеров и по-детски добрыми глазами. Вернувшись с прогулки, Иволгин предложил гостям пройти в дом на чашечку чая, где и поведал свою таинственную историю.
Началось всё с того, что генерал задержался допоздна в штабе мотострелкового полка. Близились показные учения, на которые должен был приехать иностранный специалист по обмену опытом. Разумеется, все полковые офицеры, не говоря уже о личном составе, были подняты на уши. В тот день до самого позднего вечера в ротах проверяли обмундирование, искали погоны, шевроны, оторванные пуговицы, петлицы и подшиву на подворотнички. Кто никогда не участвовал в строевых смотрах, наверное, не знает, что за день до него у солдат странным образом начинают пропадать всевозможные вещи. Каждый воин, утративший какую-либо наиважнейшую часть экипировки, подгоняемый старшиной или взводным, начинает её искать, и находит, разумеется, в стане других военнослужащих. Поэтому везёт, как правило тем, кто делает всё быстро и не выставляет свои вещи на всеобщее обозрение.
Рядовой Василевский, служащий третьей мотострелковой роты, бегал по расположению в поисках шеврона. Кто-то в очередной раз сорвал его с шинели, пока тот отвлёкся, чтобы вдеть нитку в иглу. Василевский страшно расстроился, потому что времени оставалось мало, а на построении ротный грозился накостылять всем, кто окажется не готов к строевому смотру. Пробегая мимо бытовки, рядовой услышал возглас местного парикмахера:
– Василевский, мать твою, какого чёрта носишься по казарме? Давай, иди постригаться! Что я за каждым бегать буду?
– Извини, я сейчас не могу, – отозвался боец, – у меня проблемы с шевроном.
– Это меня не … – грубо сказал парикмахер. – Подорвался и быстренько сел постригаться. Считаю до трёх. Время пошло.
Василевский опасаясь, что останется не постриженным, всё-таки согласился и отдал себя на растерзание парикмахеру из числа военнослужащих по фамилии Стрига. Надо сказать, что фамилия шла внештатному парикмахеру. Медсёстры полка за глаза ласково называли его Стрижкой. Рядовой делал им модельные причёски совершенно бесплатно и от чистого сердца, за что сердобольные женщины выбивали парню престижные наряды на внештатные объекты, где можно было хорошо отдохнуть и расслабиться. Например, на местное озеро, на котором по инструкции в летний период полагалось держать команду спасателей. Сами подумайте, весь день на солнце у воды в обществе прелестнейших русалок, облачённых в купальные костюмы. Что ещё нужно для счастья марсианскому солдату?
Вот с этого момента, по словам генерала, и началось самое интересное. Василевский постригся, и вышел на построение обречённым. Рота стояла с вещмешками, шинелями, автоматами и противогазами. Одним словом, всё было готово для предварительного строевого смотра. Перед первой шеренгой вышагивал бравый офицер в какой-то новой и совершенно незнакомой форме. Сначала Василевский удивлённо разглядывал командира и недоумевал, а потом его сердце ёкнуло от мысли, а не тот ли это офицер, собирающийся делиться опытом, про которого то и дело говорили в полку.
– Василевский! – крикнул командир.
– Я – ответил рядовой.
– Два шага вперёд.
– Есть.
– Вот, посмотрите на своего товарища, – с иронией сказал командир. – Боец готовился к смотру.
Рота залилась звонким смехом. Василевский огляделся по сторонам и заметил, что его боевые товарищи тоже одеты как-то странно. Не обращая внимания на подобный казус, Василевский робко сказал:
– Я готовился, просто у меня час назад украли шеврон.
После этой фразы командир сам чуть не захлебнулся смехом. Едва отдышавшись, он подошёл к рядовому и вкрадчиво спросил:
– Ты хоть в зеркало на себя смотрел, клоун? Откуда ты взял этот прикид, боец?
– Я одет по уставу, товарищ капитан, – возразил рядовой. – Это на вас чёрт знает что одето. Я вас даже сперва за иностранного офицера принял.
– Вот наглец! – опешил командир. – Три наряда вне очереди.
– Есть три наряда. Но у меня всё равно нет другой одежды. Мне такую выдали на складе.
Капитан сдвинул брови и осмотрел рядового со всех сторон.
– Старшина! – позвал ротный прапорщика. – Объясни-ка мне, пожалуйста, откуда на нашем бойце такая форма?
Прапорщик Ветров выскочил из каптёрки и подбежал к Василевскому. Сделал точно такой же круг, как и ротный и воскликнул:
– Рядовой, ты опять … свой шеврон? Сколько раз я тебе говорил … не щёлкай!
После этих слов прапорщик наконец заметил с каким любопытством разглядывают его бойцы и командир роты.
– Ещё один клинический случай! – ахнул капитан. – Вы что сговорились?
– Никак нет, товарищ капитан, – ответил прапорщик. – На лицо какая-то аномалия. Я только что вернулся от комбата, там весь батальон ходит в такой же одежде. Не верите, выгляните в окно и убедитесь сами.
Ротный ринулся к окну. Действительно внизу перед казармой строились бойцы, одетые в точно такую же форму, как и Василевский.
– Дурдом! – выругался капитан. – И это накануне полкового смотра.
– Совершенно с вами согласен, – кивнул прапорщик. – Но здесь ничего не поделаешь, аномалия.
– Какая ещё аномалия? – не выдержал ротный. – Чтобы через пять минут на бойце была уставная форма одежды.
– То есть как? – не понял старшина. – А где я её возьму, товарищ капитан? У меня в каптёрке остались только такие же, как у него, «неуставные» комплекты. Не верите, могу показать.
Командир испепелил прапорщика взглядом, но пошёл вслед за ним в каптёрку, чтобы убедится в правоте его слов.
– Издеваешься? – спросил офицер, увидев солдатскую форму. – Немедленно переодеть солдата!
– Во что? – совсем потерял рассудок прапорщик. – Он же в такую же форму и одет.
Между тем, старшина мельком взглянул на ротного, который как будто успел на ходу переодеться. Теперь его форма соответствовала прапорщицкой, а глаза горели сумасшедшим огнём.
– Я чувствую, вы давно не получали выговоров с занесением, товарищ старшина!
– Да вы взгляните на себя в зеркало. Теперь на вас совершенно другая одежда. Зеркало в углу.
Капитан бросил беглый взгляд в зеркало и, убедившись, что с его формой всё в порядке выругался матом. Старшина, совершенно потеряв нить реальности, обессилено сел на стул и опустил руки.
– Выговор так выговор, но я отказываюсь, что-либо понимать.
Ротный вышел из каптёрки и решительно направился к комбату. Он вдруг понял, что всё дело в нём самом. Просто он спятил, сошёл с ума. Об этом, несомненно, в первую очередь следовало доложить своему прямому начальнику.
В кабинете комбата генерал Иволгин и повстречал сумасшедшего капитана. Впрочем, форма на нём оказалась самая что ни на есть уставная. И тогда ротный поведал высокому начальству свою фантастическую историю о рядовом и прапорщике. Лица высоких чинов были очарованы рассказом капитана, и уже почти никто не сомневался в том, что ему как минимум нужен отпуск и хороший лечащий врач, как вдруг генерал Иволгин предложил сделать экскурсию в расположение. Ротный по инерции испугался, предчувствуя, что вверенное ему подразделение ещё не вполне готово к строевому смотру, но отступать было некуда. На ватных ногах командир роты проследовал вслед за высоким начальством в свою казарму.
Эффект был велик! Как только генерал и комбат пересекли порог расположения, то сразу облачились в обновы. Ротный немного отстал и воочию наблюдал за перевоплощением начальства. Капитан успел окликнуть генерала Иволгина, прежде чем тот приступил к осмотру личного состава. Генерал оглянулся и увидел ротного, который ещё не успел перешагнуть порог казармы.
– Мистификация! – воскликнул он. – Этого быть не может! Кто это успел на ходу переодеть нашего капитана? Он же всегда маячил у нас перед глазами.
В этот момент на глаза генералу попал как раз тот самый солдат, который выделялся среди остальных.
– Какая странная у вас форма одежды, – ласково заметил генерал. – Нутром чувствую, что с ней что-то не так.
Старшина опасливо высунул нос из каптёрки, ища глазами Иволгина. Комбат, заметив прапорщика, по-дружески пригрозил ему кулаком, и тот исчез. Зато порог пересёк ротный и тут же переоделся прямо на глазах у комбата и генерала. Те от неожиданности ахнули и на всякий случай потрогали материал.
– Интересная у тебя, капитан, казарма. Всё в ней чудесным образом преображается, – и генерал начал внимательно изучать форму Василевского.
– Как видите, товарищ генерал, не у всех, – напомнил комбат.
– А я уже знаю причину, – ухмыльнулся Иволгин. – У вашего бойца нет на рукаве шинели шеврона, поэтому он не может получить новую форму в этом волшебном расположении.
– Вот как? – обрадовался ротный, как будто с его плеч свалилась какая-то гора. – Так значит нужно найти только шеврон?
– Найти для чего? – не понял генерал.
– Чтобы всё встало на свои места.
– Я не понял, тебя смущает отсутствие единообразия или преображение?
– Меня волнует, чтобы всё было по уставу, – вытянулся в струнку капитан.
– Слушай, брось свои штучки. Чай не на докладе. У тебя на лицо аномалия, а ты дурака включил. Кстати, где твой прапорщик? У него по твоим словам вроде бы тоже наблюдаются проблемы с перевоплощением.
– Я здесь, товарищ генерал! – выскочил из каптёрки сияющий старшина, как будто только и ждавший, когда его пригласят. – Следуя вашей дедукции, я уже осмотрел свой китель и нашёл оторванную пуговицу на манжете. Замотался совсем, не заметил.
– Так пришейте её немедленно, – приказал генерал, – нам необходимо проверить гипотезу.
Прапорщик сбегал в бытовку и за несколько минут пришил пуговицу к манжету. Как только он выскочил на взлётку, чудо свершилось, и прапорщик стал уставным. Капитан просиял, а генерал призадумался и почесал затылок.
– Дела… В общем-то с одной стороны хорошо. Ненужно проводить строевой смотр. Завёл роту в вашу казарму и всё. А с другой, чертовщина какая-то! Как с ней бороться ума не приложу.
– А может это происки марсиан? – предположил кто-то в строю.
– Кто сейчас сказал? – гаркнул комбат.
– Я сказал, – поднял руку солдат во второй шеренге.
– Каких ещё марсиан? – удивился комбат. – Даже я со своим казарменным образованием знаю, что такой планеты не существует.
– Товарищ генерал, разрешите обратиться к товарищу майору, – попросил рядовой Василевский.
– Обращайтесь, рядовой.
– Товарищ майор, но ведь мы же и есть марсиане. Или это такой армейский юмор?
– Стоп! – скомандовал генерал. – Старшина, а ну-ка оторвите свою пуговицу.
– Зачем? – удивился прапорщик.
– Делайте что вам говорят, – гаркнул комбат.
– Но у меня нет пуговиц на манжете!
– Что за ребячество, прапорщик. Выйдите из казармы, оторвите пуговицу на манжете и войдите вновь.
Старшина проделал экзекуцию и предстал перед генералом неуставным. Иволгин был в восторге, его уже начала увлекать эта игра в переодевание.
– Теперь ответьте мне на один вопрос. На какой планете мы находимся?
– На Марсе, разумеется. Где ж ещё? – прапорщик потупил взор, как будто опасаясь за неверный ответ.
– Очень интересно, – заходил по казарме генерал. – Это не простое перевоплощение. Тут без бутылки не разберёшься. Чувствую, придётся специалистов приглашать.
– Я же вам говорил, что это всё проделки марсиан! – выкрикнул из строя всё тот же солдат.
Генерал хотел было приструнить молодого выскочку, но не успел, потому как вдруг с его глаз спала какая-то пелена и перед собой он увидел строй обычных солдат. Он подбежал к порогу казармы и шагнул через него.
– Майор, ты видишь меня? – крикнул Иволгин.
– Конечно, вижу, товарищ генерал. Вы решили поиграть с нами в прятки?
– Не финти! Как видишь, всё ли у меня нормально с одеждой?
– Вы шутите, товарищ генерал? – улыбнулся майор. – Конечно, всё у вас как обычно в порядке.
Иволгин вернулся в расположение и огляделся по сторонам.
– Старшина, вы помните о существовании аномалии в роте? – спросил генерал.
– Никак нет, – отчеканил прапорщик, чуть не оглушив ротного. Тот встряхнул головой и посмотрел на прапорщика страшным взглядом.
– А почему Василевский у вас без шеврона?! – рассвирепел генерал. – Немедленно приведите форму солдата в порядок. А то расслабились тут у меня.
– Слушаюсь, товарищ генерал! – отчеканил старшина и побежал за шевроном.
Вот так и закончилась эта удивительная история.

– И что же, кроме вас, никто не может ничего подтвердить? Даже капитан? – спросила Ирина.
– Никто. Как будто отрезало. Даже Василевский почему-то молчит. А вы попробуйте сами с ним переговорить. Возможно, парень напуган своим руководством. Он вообще после этого случая стал каким-то замкнутым и неразговорчивым.
– Хорошо, мы попробуем его разговорить, – согласилась Ирина. – Большое спасибо вам за рассказ. Действительно потрясающий парадокс! Во Вселенной подобное случается не часто. Очень странно и то, что в вашей памяти сохранился этот эпизод. Вы не наблюдали за собой каких-нибудь перемен?
– Нет, что вы. У меня всё в порядке. Разве что… Впрочем, это ерунда. Совпадение.
– Рассказывайте-рассказывайте, – попросил Сталкер. – Сейчас всё для нас представляет повышенный интерес.
– У меня была астма. Но, совершая очередной, плановый осмотр, мой лечащий врач сказал мне, что теперь я здоров. Он неопределённо связал это с препаратом, который я принимал последнее время, хотя и отметил, что раньше случаев подобного исцеления не наблюдалось.

Двойник Стечкина вторую неделю искал связного. Трудность поиска заключалась ещё и в том, что робот понятия не имел, как выглядит этот человек. Он получил сигнал и конкретную установку на поиск, но информацию об объекте не обнаружил в пакете данных. Стечкин решил, что возможно, связной сам попытается выйти на него. Однако, ничего подобного не происходило. Робот бессмысленно слонялся по улицам, глазел на бесконечные перестрелки и перебежки воюющих сторон. Однажды он не успел вовремя увернуться, потому что залюбовался красивой женщиной на противоположной стороне тротуара, и получил шальную пулю в плечо. Пришлось её доставать и заниматься восстановлением тканей. Двойник даже обрадовался такому стечению обстоятельств. Появилось хоть какое-то занятие. Как только робот оправился от ранения, а произошло это где-то через полчаса, к нему подошёл человек в чёрном, и предложил какой-то допотопный браунинг. Робот отказался от оружия, сославшись на свои мирные намерения и отсутствие денег. Чёрный человек рассмеялся над Стечкиным и зачем-то покрутил указательным пальцем у виска. Потом сунул браунинг роботу и сказал:
– Я связной от Рамке. Вы ждали со мной встречи, не так ли?
– Да, – обрадовался двойник и принял пистолет.
– Информация вся находится здесь, – незнакомец протянул небольшой диск, и тут же направился прочь.
– Постойте, а как же программа дальнейших действий?
– Всё там, – махнул рукой человек в чёрном. – Проинсталируйте диск у себя в памяти, и всё поймёте.
Двойник сунул его в карман. Не мог же он на глазах у зевак вставить диск в нужное отверстие. Отойдя в сторонку, он проделал эту нехитрую операцию, и, дождавшись полного считывания, зашагал в сторону телецентра. Первое задание в программе было связано именно с ним. Стечкин попытался проголосовать, но машины не останавливались. Учитывая ситуацию в городе, таксисты, услуги которых стали сравнимы с услугами пилотов, не обращали внимание на случайных попутчиков. Приезжали только на вызов и только к проверенным клиентам. Робот выругался по-марсиански и решил идти пешком. Пройдя несколько кварталов, он заметил троллейбус и втиснулся в него. С момента начала топливного кризиса наиболее популярным транспортом у населения стали троллейбусы, трамваи и электропоезда. Цены билетов на них возросли не так значительно. Именно поэтому теперь проехать на этом транспорте было практически невозможно. Однако, робот обладал не дюжинной силой и сумел потеснить марсиан. Доехав до нужной остановки, он отодвинул рукой мешавшихся на пути граждан, и вышел наружу, так и не заплатив за проезд.
В телецентре толпилось множество людей. Готовилось какое-то очередное ток-шоу. Зеваки сновали там и тут, ассистенты бегали как заведённые. Телеведущим прикрепляли микрофоны, пудрили носы и давали какие-то общие указания. Подобная суета вызывала у Стечкина улыбку, потому что он не понимал её значения. Телевидение вообще было для него большой загадкой.
– Давай прорепетируем ещё раз, – попросил бородатый молодой человек девушку с микрофоном.
– Хорошо. Сейчас, – прочистила горло кашлем телеведущая. – Логичным доказательством того, что мы одни в космосе является то, что до сих пор никто не вышел с нами на связь.
– Стоп! – скомандовал бородатый мужчина. – Не убедительно. Лена, давай попробуем ещё раз. Больше экспрессии и волнения в голосе. Зритель должен верить тебе.
– Извините, – сказал Стечкин, обращаясь к девушке, – может быть, вам не звонят, потому что просто не знают куда. Разрешите узнать ваш номер, я внесу его в межгалактическую базу данных. Уверяю вас, вам обязательно перезвонят.
– Это ещё кто такой? – возмутился бородач. – Откуда нарисовался этот субъект?
– Наверное, он из числа приглашённых на передачу, – предположила Лена.
– Или твой тайный поклонник, – ухмыльнулся мужчина. – Товарищ, пройдите в коридор и ожидайте там, вас пригласят.
– А как же номер телефона?
– Я не даю свой телефон посторонним, – пояснила Лена.
– Сами же переживали, что вам не звонят инопланетяне, – пожал плечами Стечкин.
– А вы инопланетянин? – улыбнулась телеведущая.
– На этот вопрос ответить достаточно сложно. Я просто предложил внести ваш телефон в межгалактическую сеть.
– В какую такую сеть, вы меня разыгрываете?
– Лена, у нас нет времени, – напомнил бородач.
– Я поняла. А вдруг это как раз тот самый долгожданный контакт?
– Ты на лицо его взгляни. Незаконченное среднее образование написано у него на лбу, – ответил мужчина.
– Виктор… – нахмурилась Лена.
– У тебя две минуты.
– Так что вы хотели мне сказать? – девушка обратилась к Стечкину.
– Никак не могу привыкнуть к тому, как вы себя ведёте. Как будто постоянно куда-то опаздываете.
– Вот как?
– Ага. Телефон будете оставлять?
Елена назвала свой телефон и стала смотреть на Стечкина, ожидая, что тот полезет в карман за листком бумаги или записной книжкой, но этого не последовало.
– Вы запомните телефон наизусть?
– Нет, я уже внёс его в сеть.
– Ну, знаете, всякому терпению… – и Лена попыталась вернуться на сцену.
– Постойте, – попросил робот. – Расскажите своим зрителям, что знаете точную дату апокалипсиса.
– Что? – испугалась телеведущая.
– Просто назовите дату, – и Стечкин произнёс её вслух.
– Вы с ума сошли! Откуда у вас эти данные?
– Из проверенных источников. У вас ведь любят так говорить, не правда ли?
– Бред! Я ничего не буду говорить. У вас нет доказательств.
– Есть. Смотрите, через полминуты вон та женщина уронит разнос с бокалами.
Лена с замиранием в сердце наблюдала за девушкой с разносом, и действительно на неё налетел какой-то парень, и сбил её с ног. Разнос полетел на пол, а бокалы разбились. Телеведущая ахнула и с ужасом посмотрела на Стечкина.
– Нужны ещё доказательства? – спросил он.
– Да, вы легко могли это подстроить, договорившись с парнем.
– Тогда выбирайте объект сами. Или вы считаете, что я договорился с каждым из них?
Лена попросила предсказать судьбу режиссёра, которого знала очень хорошо, и считала, что он не мог быть подкуплен незнакомцем. Стечкин мельком взглянул на мужчину и начал комментировать все его действия на несколько секунд вперёд. Это было ужасно. Режиссёр, как кукла, привязанная за ниточки, повторял все его команды.
– Но как вам это удаётся? – почти крикнула Лена.
– Время! – не выдержал бородач и показал на часы. – Что там у вас происходит?
– Этот человек предсказывает будущее… – стушевалась Елена, но оглянувшись заметила, что Стечкина уже нигде нет. – Куда он исчез?
Бородач тоже посмотрел по сторонам в поисках незнакомца, но его уже и след простыл.
– Что он от тебя хотел?
– Я в ужасе. Он знает точную дату апокалипсиса.


Глава двенадцатая

Рамке затянулся дымом и посмотрел на часы. Близилось время обеденного перерыва, и нужно было собираться в столовую, но это как всегда не давали сделать неотложные дела. Рамке нажал кнопку вызова и попросил пригласить в кабинет марсианку Светлану. Однако, в ответ ему отказали сославшись на то, что госпожа Светлана на обеде и вернётся только через полчаса. Рамке стукнул кулаком по столу, и снова запустил на воспроизведение видеозапись, доставленную ему партнёром с Марса. Что-то ему в ней не нравилось, но он никак не мог понять что. Необходим был свежий взгляд со стороны и желательно человека марсианского происхождения. Смущало Рамке и то, что уж больно гладко всё прошло, без сучка и задоринки. И он опять нервно нажал кнопку вызова:
– Пригласите Стечкина к телефону.
Повисла весьма продолжительная пауза. Чувствовалось, что на том конце провода кто-то суетится. Потом трубку аппарата несколько раз уронили, и наконец в ней послышался голос Василия Ивановича:
– Здравствуйте, Стечкин на проводе.
– Привет, это Рамке. У меня тут возникли затруднения. Не могли бы вы оказать мне услугу и дать небольшую консультацию?
– Но я вам больше не подчиняюсь, сэр, – напомнил Василий Иванович.
– Знаю-знаю. Это просьба. Если не хотите, то можете отказаться.
– У меня скоро обед, как много времени займёт консультация?
– О, сущие пустяки, – заверил Рамке. – Не более десяти минут.
Ожидая марсианина, научный консультант крутил в руке карандаш и вспоминал о годах славной молодости. В те прекрасные времена центр нёс на отсталые планеты разумное, доброе, вечное. Метод был достаточно прост. Там, где процветал каннибализм и варварство, центр устраивал стопроцентную чистку мозгов, где была достаточно развитая цивилизация, помогал с развитием технологий и давал ориентиры. Физически неполноценные особи на отсталых планетах изолировались от основной группы и доживали свой век в специализированных зонах, которые постепенно уничтожались. Генетическая формула человека подправлялась до совершенной, т.е. лишённой возможных нежелательных мутаций и недостатков. К такой формуле природа двигалась многие миллионы лет, а центр проделывал это с планетой в достаточно сжатые сроки. Этим обеспечивался сумасшедший по скорости скачёк местного человечества в своё счастливое будущее. Приручённый народ получал более или менее стройную программу развития и великую цель своего существования. Больше ничего и не требовалось. Зато планета навсегда была лишена кровопролитных войн, варварства, насилия и свободы. Человечеству, как правило, хватало тех проблем, которые отчебучивала природа. Эпидемии, неизлечимые болезни, засухи, неурожай, изменение климата. Да мало ли? Из побочных эффектов одна лишь деталь: контроль центра. Так он прибрал к своим рукам большую часть малоразвитых планет.
Каннибалу не объяснишь, что есть человека нехорошо, что это против правил, и против закона божьего, поэтому центр действовал довольно жёстко, попирая права человека на выбор и самоопределение. Тех, кто и под воздействием излучения не перестраивался и продолжал в том же духе, зачищали. Быстро и незаметно. В один прекрасный момент на планету спускались «роботы-лекари» и лечили человечество от неуважительного отношения друг к другу тем же полюбившимся им лекарством.
Нет, центр никогда не радел об отсталых народах. Просто ему, во что бы то ни стало, хотелось сделать мир цивилизованным. Хотя бы одну Галактику. А потом можно было двинуться дальше. Однако, подобная политика со временем потерпела крах. К власти пришли либералы и повергли мир в хаос. Народам наконец-то было дозволено самоопределяться вплоть до собственного самоуничтожения. Центр не вмешивался во внутренние дела планетарных правительств, если таковые имелись, и не занимался воспитанием варваров. Таким образом, всё в Галактике сменилось с точностью до наоборот. По цивилизованным планетам шастали сущие бандиты и пираты, всевозможные частные исследователи и бизнесмены, творили всё, что ни попадя и оставались безнаказанными, если только не затрагивали интересы крупных олигархов. В Галактику пришла долгожданная свобода, и всевозможная нечисть вдохнула полной грудью!
Тогда-то Рамке и решил уйти из центра. Перейти на службу к частному лицу, потому что не мог спокойно смотреть, как на его глазах попираются идеалы. Всё то, чему он посвятил лучшие годы, оказалось никому не нужным, и более того преступным. Счастье новых народов оказалось фальшивым, а их устремления надуманными и лживыми. При упоминании о былых порядках и традициях всё чаще раздавались смешки и строились презрительные гримасы. Между тем либеральный центр шагал семимильными шагами. Разумеется, вопрос отсталых народов не остался нерешённым. Новые господа, осознав, что перевоспитание питекантропов в дворян дело слишком затратное и неприбыльное, (ибо, какой с дворян прок, кроме дополнительных расходов?) тут же употребили живой материал в качестве дешёвой рабочей силы, которой можно практически не платить никакой зарплаты. Подобный контингент достаточно было только кормить. А в остальном: размещай где угодно нефтяные вышки и качай чёрное золото сколько душе угодно.
Дверь кабинета раскрылась, и на пороге появился Стечкин. В руках у него была какая-то местная электронная газета.
– Никак не отвыкнешь? Довлеют прежние привычки? – усмехнулся Рамке, завидев марсианина.
– Терпеть не могу ваших газет! В них печатают только хорошее, как будто на корабле нет проблем. Давеча зашёл в курилку, а там полная пепельница окурков. Чем занимается уборщица, хотел бы я вас спросить? А в газете об этом ни слова. Хотя я трижды говорил об этом главному редактору, разрази его гром.
– Василий Иванович, вы не меняетесь. Зачем печатать негативную информацию? О ней ведь всё равно рано или поздно все узнают, а вот о хорошем… Кстати, это причуды хозяина. Душа его тоскует по былым временам. Эх, когда-то Галактика была действительно колыбелью цивилизации, а не сборищем головорезов и фанатиков. А вы говорите, газеты вам не нравятся. Плюньте вы на них. Не в газетах счастье!
– И не в свободе. Я уже знаю, о чём вы сейчас начнёте мне рассказывать. Думаю, что не стоит начинать по сотому кругу.
– А, боитесь, – обрадовался Рамке. – И правильно делаете. Нас, революционеров, нужно бояться, – потом сделал паузу, и начал загадочно разглядывать Стечкина. – Я слышал, вы умеете на слух определять, лжёт человек или говорит правду.
– С вероятностью восемьдесят процентов, – пояснил Стечкин.
– А вы опасный человек, Василий Иванович.
– Сам иногда побаиваюсь, – пошутил Стечкин.
– Вот видите, командировка на наш космический корабль не прошла для вас даром. Мне нужно, чтобы вы посмотрели одну запись и определили насколько правдивы некоторые высказывания.
– Включайте. Не будем терять драгоценного времени.
Рамке включил видеозапись, а именно разговор мэра, Сталкера и Стара. Стечкин ахнул и, показав пальцем на одного из мужчин, сказал:
– Этого я видел в поэтическом салоне. Он частенько там зависал. Его фамилия кажется…
– Сталкер, – опередил Стечкина Рамке.
– Нет-нет, у него была какая-то другая фамилия.
– Марсианский псевдоним.
– Вот как? Никогда бы не подумал, что он тоже из ваших.
– Во-первых, не из наших. К нам он не имеет никакого отношения. Это человек центра. Во-вторых, не отвлекайтесь на детали. Мне нужно узнать, правду он говорит или нет. Кто-то ведь из нас торопится откушать борща.
– Хорошо-хорошо. Дайте мне его реплики ещё раз.
– Меня в основном интересует вот эта, где связной упоминает о планете Фаэтон, – и Рамке включил реплику на несколько повторов.
Стечкин внимательно вслушивался в слова, стараясь схватывать не их удивительный смысл, а звучание. Однако, Василию Ивановичу это удавалось с большим трудом. Новое знание о планете Фаэтон почему-то страшно обрадовало марсианина, и он всё это время размышлял над тем, что сказать Рамке.
– Очень похоже на то, что ваш связной темнит.
– Вот и я говорю, что темнит, – согласился Рамке. – Ладно, дружище, большое спасибо за содействие. Можете быть свободны.
Рамке пожал Стечкину руку, и тот вышел в коридор. Ноги так и понесли его вперёд. Впервые за время пребывания на космическом корабле Василий Иванович остался собой доволен. Но главное заключалось не в этом. Казалось, что близость прежде далёкого и мифологического Фаэтона давало небывалую доселе надежду. Они обязательно что-нибудь придумают, успокаивал себя Стечкин. Совершенная цивилизация. Боги Солнца. Они нас спасут.

Эля ходила по комнате кругами, заламывая руки. Она уже стёрла пыль с подоконников по второму разу и собиралась вновь приступить к уборке. Лиза гремела на кухне кастрюлями, собираясь жарить блины. Команды Грига не было на точке уже вторую неделю. Связь с ними прервалась ещё несколько дней назад. Последний раз Сталкер сам выходил на связь, извещая девушек о вновь открывшихся обстоятельствах. Он рассказывал о таинственных случаях перемещения и о появлении Стара, представителя древней цивилизации. Возвращение на базу Григ планировал к утру следующего дня. Но шли уже третьи сутки, как от команды не приходило никаких известий. Эля не находила себе места, а Лиза ударилась в кулинарное творчество. От её пышечек и тортов Эле делалось дурно. Нельзя же есть столько сладкого, хотя и считается, что оно помогает снятию стресса.
Накануне девушек навещал Андрей. Был необычайно приветлив и рассказывал последние новости. Оказалось, что Анна Павловна в очередной раз собирала гостей. Однако, народу было немного, поминали погибших и пропавших без вести друзей. Скверное настроение витало по всему салону, никто не читал стихов, и не заигрывал с дамами. На пару минут заскакивал Бормотов, долго и тепло обнимался с хозяйкой, выпил чашку кофе, обставил Хрюкина в нарды и был таков. Среди обитателей салона в тот вечер упорно ходили слухи о том, что якобы на другой планете есть точно такой же поэтический салон. Юных поэтесс подобное известие приводило в неописуемый восторг. Более того, поговаривали, что марсиане параллельно являются жителями двух планет и поэтому теперь их преследуют напасти. Потом совершенно неожиданно сногсшибательную новость высказала Антонина Марковна. Она утверждала, что умершие здесь на Марсе обретают вечную жизнь там на Фаэтоне. Следом в разговор вмешался Хрюкин и объяснил, что планета в параллельном времени вовсе не Фаэтон, а город призраков, и ничего общего с древнейшей цивилизацией не имеет. Мол, кто-то просто пытается выдать желаемое за действительное или пустить своих врагов по ложному следу. Уже ближе к концу вечера появился некий странный субъект по фамилии Данилов. Он сразу же признался, что не поэт и посещает поэтический салон из чистого любопытства. Говорил, что любит слушать стихи, а также общение в избранном обществе. Но когда выяснилось, что незнакомец посещает салон не на Марсе, а на другой планете, вокруг Данилова собрались почти все посетители салона, включая Анну Павловну. Чужестранец не упоминал название своей планеты, но все сразу же догадались, о чём идёт речь. Николай, так звали молодого человека, долго рассказывал необычайные вещи о том мире, из которого пришёл. Поэтессы слушали Николая буквально раскрыв рты, то и дело вставляя нелепые восторженные фразы и задавая лишние и ненужные вопросы. Кончилось всё тем, что Анна Павловна признала Данилова прекрасным выдумщиком и посоветовала ему писать фантастические романы. Впрочем, Андрей заверял Лизу и Элю, что по его ощущениям доля правды в его словах была, как бы сказочно не выглядел сам рассказ.
Надо сказать, что девушки сильно обрадовались визиту Андрея и совсем не хотели его отпускать, пытаясь накормить остатками торта. Присутствие в доме мужчины каким-то образом сглаживало переживание об исчезновении команды Грига. Но как ни старались Лиза и Эля, уговорить Андрея переночевать не удалось. У него были какие-то неотложные дела, и он уехал ещё до полуночи. А последующей ночью впервые за долгое время кто-то попытался воспользоваться пересылочной станцией.
Эля как всегда дремала всю ночь в кресле, чтобы не уходить в глубокие фазы сна. Они продолжали по очереди дежурить с Лизой на всякий случай, хотя в течение последних недель никто не пытался проникнуть на базу извне. Однако, необходимость вести наблюдение за пультом управления не угнетала девушек, а напротив придавала им силы и делала их существование осмысленным. Когда вокруг творится, чёрт знает что это немаловажно. Эля проснулась от лёгкого покалывания в виски. Очнувшись, ей показалось, что на пульте загорелась сигнальная лампа. По спине пробежал холодок. Девушка зажгла свет и разбудила Лизу.
– Что произошло? – смотрела она заспанными глазами на подругу.
– Кажется, у нас гости.
Лиза быстро нырнула в тапочки и побежала в соседнюю комнату, чтобы проверить приборы. Индикатор показывал, что как минимум один объект несколько минут назад совершил переход через нулевую отметку.
– Ты его видела? – быстро спросила Лиза.
– Кого? – испугалась Эля, и ещё сильнее запахнула халат, как будто таким образом она ощутила себя в большей безопасности.
– Ну, гостя, разумеется. Кого же ещё?
– Нет, конечно. А что показывают приборы?
– По всей вероятности он уже здесь, – сказала дрогнувшим голосом Лиза. – Держи, – и Лиза бросила Эле винтовку, – будем методично обходить все комнаты одну за одной.
Эля с ужасом посмотрела по сторонам, как будто из каждого угла на неё смотрело приведение. Она подняла винтовку и вышла в коридор. Следом, держа наготове пистолет, проследовала Лиза.
– Мы должны постоянно двигаться спиной к спине, чтобы держать в поле зрения все подступы и не бояться нападения со спины, – предупредила Лиза свою менее опытную подругу.
– Хорошо, – почти прошептала Эля.
– Увидишь шевеление, стреляй не раздумывая. Проникновение на базу несанкционированное, поэтому мы имеем право вести огонь на поражение.
– А почему ты решила, что он ещё здесь?
– Я не первый год на станции, – напоминала Лиза, – у меня чутьё на присутствие посторонних на базе. Он здесь.
– Тихо… – почти крикнула Эля. – Движение в комнате отдыха.
– За мной! – скомандовала Лиза и вбежала в спальню.
На полу сидел кот и, облизываясь, смотрел на вбежавшую девушку. Задрав хвост кверху трубой, он обошёл вокруг Лизы, и направился в коридор.
– Кот? – не поверила Эля. – Какое очаровательное создание! Но как он сюда попал?
– Понятия не имею, – призналась Лиза и взяла его на руки. – Сейчас сделаю дознание.
Она долгое время колдовала над котом. Снимала какие-то показания, прикрепляла к его ушастой голове клеммы с разноцветными проводками. Животное вело себя беспокойно и враждебно мяукало, призывая Лизу вернуть ему утраченную свободу.
– Судя по всему, это он переместился через пространственно-временной тоннель, – пожала плечами Лиза. – В моей практике такой случай впервые.
– Лохматенция! – ласково потрепала кота Эля.
Тот недовольно фыркнул, присёл на задние лапы и начал разглядывать существо, так фамильярно с ним поступившее. Потом, вытянув передние лапы, кот потянулся, зевнул и развалился на коврике в прихожей, искоса поглядывая на девушек, которые не переставали им любоваться.
– Красавец! Вот как раз тебя-то нам и не хватало, – как будто в упрёк коту сказала Лиза.
Домашний хищник снова повернул голову на звук, и с интересом начал рассматривать красноречивую хозяйку.
– Всё бы хорошо, но я боюсь, что мы имеем дело с тестовым перемещением. Кто-то пожелал проверить канал и заслал кота. Вероятно, придётся закрыть станцию.
– Но Сталкер рекомендовал нам этого не делать, что бы ни случилось, – напомнила Эля.
– Но его сейчас нет с нами. Посоветоваться мы не можем из-за отсутствия связи. Я беру ответственность на себя и закрываю тоннель.
На панели опять загорелась сигнальная лампочка. Эля машинально схватилась за оружие. Лиза попыталась отменить операцию перемещения, но ей ничего не удавалось.
– Кто-то уже пересёк нулевую отметку! – крикнула она. – Держи транспортёр на мушке!
На лбу Эли выступили капельки пота. Напряжение с каждой секундой нарастало. Лиза тоже выхватила пистолет из кобуры и была наготове. Мгновения казались вечностью. Никто не появлялся на транспортёре, а время шло. Лиза несколько раз с недоверием посмотрела на приборы, которые показывали скорое прибытие.
– Завис что ли, твой чёртов компьютер? – не выдержала марсианка.
– Концентрируй внимание. Нельзя расслабляться не на секунду. Здесь одно неверное движение решает всё.
В этот момент появилось первое слабое свечение. На транспортёре появился человек, и Эля тут же выстрелила. Пуля летела целую вечность. Потому что в последний момент перед нажатием на спусковой крючок, она узнала лицо Сталкера, но отменить импульсной команды поданной ранее не смогла. Душераздирающий крик переполнил комнату. Пуля прошла насквозь и ударилась в противоположную стену, отколов большой кусок штукатурки. Сталкер, как ни в чём ни бывало, материализовался и шагнул с транспортёра в объятья обескураженной марсианки.
– Господи, я думала, что убила тебя, – прошептала Эля.
Следом за Григом начала появляться вся его команда. Ирина, Жанна и Яна дружно в обнимку материализовались позади него и послали всем воздушный поцелуй.
– Это было феерическое путешествие, девочки! – воскликнула Ирина. – Полный улёт!
– Ну, вы даёте, – покачала головой Лиза. – Я только что собиралась закрыть тоннель. Кот ваших рук дело?
– Какой ещё кот? – не понял Сталкер.
– Перед вами прибыло очаровательное создание, которое сидит на коврике в коридоре, – пояснила Эля. – Но как ты остался жив, ведь пуля прошла насквозь?
– Слишком ранний выстрел. Сначала на транспортёр поступает проект, а потом уже физический объект. Ты расстреляла меня в проекте, как сама понимаешь, нисколько мне не навредив.
– Как порой полезно пропускать важные лекции, – ухмыльнулась Лиза. – Стрельни Эля несколькими мгновеньями позже, и вы бы уже так мило не беседовали о теории.
Эля продолжала стоять как завороженная. На глазах у неё выступили слёзы. Она никак не могла понять, как можно вот так цинично рассуждать о том, кто ей так дорог.
– Девушки, мне наконец-то представит вашего гостя? – спросил Григ.
Лиза выскочила в коридор в поисках кота, но его почему-то нигде не было. Она оббежала все комнаты и чуланы, заглянула на кухню.
– Ничего не понимаю, куда это он мог запропаститься?
– Так-так, – нахмурился Сталкер. – Станцию закрыть до тез пор, пока животное не соизволит предстать перед нашими глазами.
– Хорошо, – согласилась Лиза и закрыла тоннель. – Никак не возьму в толк, откуда вы прибыли? Эта станция не обслуживает перемещений в рамках одной планеты.
– А мы и не собираемся оспаривать этот факт, – заявила Жанна. – Мы прибыли с планеты Фаэтон.
– Что? – удивилась Лиза. – Но на Фаэтоне нет пересылочных станций.
Повисла продолжительная пауза, девушки нервно переглядывались. Сталкер барабанил пальцами по столу.
– Сара, ты опять прокололась, – изменившимся голосом сказал он и моментально стал седым. – Впрочем, стоит ли дальше ломать комедию? На Фаэтоне действительно нет пересылочных станций. Разрешите представиться, генерал центрального разведывательного управления Гордон. Напротив вас Сара Смит, Клара и Белла Эдисон. С этого момента ваша станция прекращает своё существование. Личный персонал может возвращаться в центр. Кстати, кто эта молодая особа?
– Её зовут Эля, она марсианка. Мы вместе дожидаемся возвращения Сталкера, – грустно сказала Лиза.
Клара и Белла похоже были близняшками, поэтому их перевоплощение оказалось наиболее удивительным. Лиза с любопытством наблюдала за метаморфозами появления новой физической оболочки и даже не заметила, как Эля схватила ружьё и, обращаясь к Гордону, громко сказала:
– А почему вы не санкционировано проникли на базу?!
Гордон недоумевая уставился на Лизу. Эля держала на вытянутых руках винтовку, целясь прямо в лоб незнакомцу. Клара и Белла потянулись к оружию, но Эля всем своим решительным видом показала, что выстрелит первой.
– Сталкер предупреждал меня о возможных самозванцах, которые попытаются захватить базу. Предъявите, пожалуйста, свои документы, – стиснув зубы, попросила марсианка.
Разумеется, никто даже не шелохнулся, чтобы предъявить электронные паспорта.
– Эля, ты с ума сошла! – воскликнула Лиза. – Я лично знаю генерала Гордона.
– Если уж я приняла его за Сталкера, то и тебе не зазорно ошибиться, – щёлкнула затвором Эля.
– Кто бы мог подумать… – начал было Гордон, но марсианка не дала ему договорить.
– Быстро по одному на транспорт и в обратный путь. Лиза включи оборудование!
Лиза, всё больше поражаясь смелости своей робкой подруги, включила приборы и привела станцию в рабочее состояние. Под прицелом Эли вся дружная процессия покидала базу. Когда последняя девушка растаяла, и передающий сигнал прибор замолчал, Эля дрожащей рукой выключила адскую машину и, потеряв равновесие, рухнула на пол.
Лизе достаточно быстро удалось привести девушку в чувство, предварительно переместив её в спальню. Эля открыла глаза и улыбнулась:
– Он уже вернулся? – по-детски закусив губу, спросила она.
– Нет, он ещё в пути, – обнадёживающе ответила Лиза. – А я приготовила тебе винегрет. Будешь?
Эля кивнула в ответ и попыталась приподняться на руках. Чувствовалось, что у марсианки ещё осталось лёгкое головокружение, и она долгое время не решалась подняться с постели.
– Сиди уже, я принесу тебе его прямо сюда, – ласково сказала Лиза, и побежала на кухню.
Из под комода выбрался кот, и как ни в чём не бывало устроился возле ног Эли мурлыча о чём-то своём.
– Как не стыдно? – пожурила его Эля. – Мы тебя искали по всему дому.
Кот меланхолично приоткрыл глаза, а потом, окончательно развалившись в ногах у марсианки, блаженно захрапел.



Читатели (733) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы