ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1941 года. Глава 72

Автор:
Глава LXXII

Для полковника Москаленко, командира 1-й противотанковой артбригады резерва Главнокомандования, начало войны с Германией не стало неожиданностью. Ещё утром 20 июня он получил от трёх разведгрупп, высланных им накануне вечером к берегу Буга на рекогносцировку границы в районе Любомля, Устилуга и Сокаля, исчерпывающую информацию о подготовке немцами большого наступления, которое могло начаться со дня на день. Все три разведгруппы сообщили о чрезвычайно оживлённом движении моторизованных войск на западном берегу, о повсеместном снятии немецкими сапёрами проволочных заграждений и о пристальном наблюдении, которое ведётся за приграничными районами с западного берега. Согласовав свои действия с командармом 5-й армии генералом Потаповым, полковник немедленно приступил к выводу боевой техники из летнего лагеря, построенного в мае-июне бойцами его бригады под Луцком, в окрестные леса. К вечеру 21 июня все орудия, тягачи, грузовики были рассредоточены в лесополосе и прикрыты от наблюдения с земли и с воздуха. Когда несколькими часами позже, на рассвете 22 июня, Потапов позвонил ему домой и сообщил о начале войны, Москаленко принял это известие спокойно и действовал быстро и чётко. Луцк немцы не бомбили. Зато штабная машина Москаленко уже при выезде из подворотни дома, где он снимал квартиру, была обстреляна из стрелкового оружия. К счастью, огонь вёлся непрофессионально, и ни сам полковник, ни его шофёр не пострадали. Спустя десять минут Москаленко прибыл в штаб и вскрыл мобилизационный пакет. Содержащийся в нём приказ предписывал ему вести бригаду скорым маршем по шоссе Луцк, Радехов, Рава-Русская, Немиров и далее перейти в подчинение 6-й армии генерала Музыченко. Не успел полковник дочитать приказ, как ему снова позвонил командарм 5-й армии Потапов. «Немцы форсировали Буг и быстро продвигаются к Владимир-Волынскому. С минуты на минуту город будет в их руках. Приказываю вам немедленно выдвинуться навстречу противнику, перешедшему границу, и во взаимодействии с 22-м мехкорпусом уничтожить его». Бригада Москаленко имела статус соединения двойного подчинения. Полковник был обязан исполнять приказы комадующего фронтом и приказы своего непосредственного командира, генерала Потапова.
Двойное подчинение – вещь лукавая, особенно на войне. У полковника на руках были два исключающие друг друга приказа, и он должен был, следуя Уставу, исполнить оба. Связи со штабом фронта не было. Решение нужно было принимать быстро. После некоторого замешательства полковника и полученного по телефону обещания генерала взять всю ответственность на себя проблема двойного подчинения была благополучно решена Москаленко в пользу Потапова. Он успел ещё спросить у командарма, где находится 41-я танковая дивизия – остальные дивизии 22-го мехкорпуса, как ему было известно, дислоцировались в 140 километрах от границы, и рассчитывать на «взаимодействие» с ними в предстоящей операции он не мог. Потапов ответил, что 41-я танковая дивизия, расположенная вблизи границы, в первые же минуты войны угодила под артналёт и бомбёжку и теперь от неё, вероятнее всего, мало что осталось. Во всяком случае, связь с дивизией у командарма пропала. «Понятно»,- ответил Москаленко и, повторив вслух приказ командарма, принял его к исполнению.
Собрав командиров полков и дивизионов, полковник поставил им боевые задачи. Ровно в 10 часов утра бригадная маршевая колонна покинула территорию летнего лагеря, оставив в нём лишь тыловые службы: Москаленко не сомневался, что бригада, выполнив приказ, вернётся сюда с победой. Полутора месяцами раньше, когда полковник вступил в командование бригадой, она была сформирована только наполовину. Это была первая из десяти артиллерийских противотанковых бригад РГК, к формированию которых Генштаб приступил в апреле, основываясь на изучении опыта применения танковых соединений в кампаниях Вермахта в Польше и на Западе. Главным отличием от обычного двойного артполка, помимо численности и состава вооружения – 6000 человек штатного состава, 24 пушки калибра 76мм, 36 зенитных пушек калибра 85мм, приспособленных для стрельбы по танкам прямой наводкой, 8 зенитных пушек калибра 37мм и 36 зенитных пулемётов – было полное отсутствие гужевой тяги: соединение было полностью моторизовано. По замыслу Генштаба, вновь создаваемые мобильные артиллерийские бригады должны были стать эффективным средством борьбы с танками на участках оперативного прорыва крупных танковых соединений противника. Подбирая кандидатуру на должность комбрига первой, по существу опытной бригады нового образца, Жуков и Тимошенко руководствовались послужным списком полковника Москаленко. Начав службу в кавалерии в 1918 году, он прослужил в ней 17 лет, затем, подобно многим другим кавалеристам, пересел из седла в танк, в 1935 году сдал экзамены по стрельбе и вождению БТ-7 и Т-26 маршалу Блюхеру на Дальнем Востоке, а в Финскую войну водил Т-26 в атаку и хорошо владел тактикой использования танков на поле боя. Наконец, он успел покомандовать артиллерией 2-го мехкорпуса и таким образом был одним из немногих старших офицеров Красной Армии, идеально соответствовавших всем професииональным требованиям, предъявляемым в подобных случаях: богатый многолетний боевой опыт сочетался с глубокими практическими познаниями в танковом бое, артиллерии и стратегии проведения операций мобильными войсками. К началу войны бригада была практически полностью укомплектована и занималась в летнем лагере под Луцком учебными стрельбами и манёврами.
Через Луцк бригадная колонна проследовала быстро и без приключений, но едва конец длинной колонны покинул город и вышел на шоссе Луцк-Владимир-Волынский, как в небе появились «Юнкерсы». Несколько эскадрилий бомбардировщиков атаковали колонну. Дорога окуталась дымом разрывов. Однако потери бригады были сравнительно невелики: колонна шла на высокой скорости в рассредоточенном строю, а когда вслед за пикирующими бомбардировщиками над дорогой пронеслись на бреющем полёте «Мессершмитты», густое облако дыма и пыли над шоссе послужило для маршевой колонны дымовой завесой, что, в свою очередь, свело к минимуму потери от пулемётного огня.
Когда дым над дорогой рассеялся, впереди показался хвост небольшой колонны танков и бронемашин. Высланный вперёд офицер связи вернулся с известием, что впереди – рота прикрытия штаба 22-го мехкорпуса и что сам комкор генерал-майор Кондрусёв приглашает полковника к себе в командирский танк. Вскоре Москаленко и Кондрусёв сидели рядом. От генерала полковник узнал, что Кондрусёв с утра потерял связь с 41-й танковой дивизией, расквартированной в западной части Владимир-Волынского и, оценив обстановку, решил выдвинуться с ротой охраны и Оперотделом штаба на передовую, чтобы на месте возглавить руководство боем. Остаток пути комбриг и комкор проделали в танке; они оба чувствовали себя теперь гораздо увереннее. Несколько раз над дорогой на большой высоте пролетали немецкие самолёты, но колонну больше не бомбили, и это казалось странным. До города оставалось несколько километров, когда впереди прогремел пушечный выстрел. За ним последовал ещё один. Москаленко узнал по звуку свои 85-миллиметровые орудия, высланные вперёд под прикрытием бронемашин. Остановив колонну, генерал и полковник выбрались из танка, бегом поднялись на вершину холма, с которой открывался вид далеко на запад, и поднесли к глазам бинокли. Впереди в полутора километрах по обе стороны шоссе им навстречу двигались широким фронтом в предбоевом и боевом строю танки с крестами на башнях, за ними следовали грузовики с пехотой и артиллерия. Два артдивизиона авангарда, развернувшись поперёк шоссе, вели по танкам огонь прямой наводкой, между пушками и танками на шоссе лежали несколько перевёрннутых мотоциклов с колясками и горела подбитая немецкая бронемашина. Москаленко немедленно развернул бригаду на холме и окрестных высотах на широком рубеже Владимировка-Подгайцы-Микуличи. Встреченные перекрёстным огнём дальнобойных зенитных орудий, немецкие танки отступили на безопасное расстояние. Вскоре прилетели «Юнкерсы» и сбросили бомбы на позиции артиллеристов, а немецкая артиллерия установила задымление перед огневыми позициями бригады. Под прикрытием дымовой завесы 200 немецких танков широким развёрнутым строем в несколько эшелонов устремились в атаку на батареи Москаленко, издалека открыв интенсивный огонь из орудий и пулемётов. Мотопехота и артиллерия шли в предбоевом строю следом за танками. Когда дымовая завеса осталась позади, танки стали вспыхивать один за другим от прямых попаданий, но танков было много, они шли на большой скорости и расстояние между ними и первой линией батарей быстро сокращалось. Вскоре Москаленко увидел в бинокль, как несколько танков, ворвавшись на позицию батареи, стали давить гусеницами орудия и в упор расстреливать из пулемётов боевые расчёты. Туда немедленно устремились танки генерала Кондрусёва. Завязавшийся жестокий бой продолжался до темноты. Когда в наступивших сумерках противник отступил, на поле боя догорали 70 танков и бронемашин. Из показаний пленных немецких танкистов, доставленных на КП Москаленко, выяснилось, что бригада отразила атаку 13-й и 14-й танковых дивизий танковой группы фон Клейста, поддержанных пехотой и артиллерией 298-й пехотной дивизии.
Так завершился встречный бой артиллерийской противотанковой бригады с двумя танковыми и одной пехотной дивизией противника. Потери бригады были велики. Четыре батареи вместе с расчётами были уничтожены. В бригаде было много раненых. Потери могли быть ещё больше, если бы не танки штабной роты прикрытия генерала Кондрусёва, лично руководившего контратакой и получившего в этом бою смертельное осколочное ранение. Генерал так и не дождался танков 41-й танковой дивизии. Уже после войны Москаленко узнал, что комдив Павлов ещё утром увёл дивизию из Владимир-Волынского по дороге на Ковель, как и предписывал вскрытый им мобилизационный пакет. На марше дивизия угодила под бомбёжку. Пытаясь рассредоточить колонну, комдив утопил тяжёлые танки в болоте. Командование Юго-Западного фронта отстранило Павлова от командования. В сущности, ему просто не повезло. Преступно бездарным оказался приказ, содержавшийся в его мобилизационном пакете. Так уже было проиграно в 1805 году сражение при Аустерлице, когда австрийцы и русские увели полки с Праценских высот, чтобы атаковать Бонапарта на фланге. Останься утром 22 июня 1941 года тяжёлые танки КВ во Владимир-Волынском – и вся история летних сражений в центре Юго-Западного фронта сложилась бы иначе. Неизвестно, дошла ли бы шестая немецкая армия до Волги в 1942 году, но её путь к Днепру летом 1941-го оказался бы значительно более тернистым.
Ночью разведка Москаленко донесла, что немецкие танки и мотопехота глубоко обошли левый фланг бригады. Связи со штабом 5-й армии и штабом фронта не было. Чтобы избежать окружения, Москаленко отвёл бригаду на северо-восток . К утру его арьергард занял сильную оборонительную позицию на западной окраине Затурц.





Читатели (757) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы