ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Как я был служебным собаководом

Автор:

Эта история случилась ещё тогда, когда у меня моей собаки Римки не было. И сидели мы в тот день с мамой на кухне вдвоём, и никто рядом не сидел и не заглядывал тебе в рот, как это любит всегда делать Римка. Мы уже с мамой пообедали и сидели за столом просто так, ждали, пока компот немного остынет. Кому же охота в жару горячий компот пить. Мама газету с объявлениями просматривает, я ноготь грызу по привычке. Вдруг звонок. Оказывается, Колян пришёл на улицу меня звать. Мама его сразу за стол усаживать принялась:
- Попей Коля компотик, только что сварила.
А Колян пожрать здоров и никогда ни от чего съестного не отказывается, потому что здоровый очень. И выглядит года на три себя старше. Но в тот раз Колян вдруг, как ни странно, отказываться стал от угощения. Дескать сыт и не хочу, и некогда нам. Моя мама очень удивилась, а я так вообще чуть со стула не слетел, потому, как первый раз в жизни услышал, как мой друг от угощения отказывается. Мама уговаривать его начала, спрашивает, не заболел ли. Оказывается, как был он здоровее некуда, так и остался.
- Нам, - говорит Колян, - некогда. Потому что Максу собаку родители подарили, так как он в следующий класс всего с одной тройкой перешёл.
У меня от этих слов аж лицо вытянулось. Потому что я очень давно себе собаку просил.
- Мамочка, а у меня то троек вообще нет. И четвёрок столько же, сколько у Макса троек.
Тут мама заторопилась. Оказывается ей идти куда то надо срочно и она уже опаздывает. И даже не стала настаивать, чтобы я компот допивал. Просто напомнила мне, как будто я забывал, что у нас есть кот Пушок и шерсти и от него в квартире хватает вполне. Но я не стал в тот раз спорить с мамой, потому как мы с Коляном быстренько на улицу умчались. А там уже все наши были; и Дреня, и Катька, и, конечно, Максик со своей собакой. А собака просто загляденье. Красивая, пушистая как барашек и белая как снег. Даже завидно мне стало. Хоть плачь. И чтобы никто не заметил, как мне тошно на душе, я так небрежно говорю Коляну:
- Тоже мне собака. Я то думал, что тут овчарка, а тут шмакодявка какая-то. Стоило тебе из-за неё от компота отказываться.
Колян от неожиданности аж глазами захлопал. А Максик сразу губы надул обиженно.
- И вовсе это не шмакодявка, - заступился он за свою собаку, - это уже взрослый пёс. Ему уже больше года. Мне его крёстный подарил. Потому и родители не возражали. И для шпица он очень крупный.
- Ну, да, прямо Гулливер, - продолжил я свой сарказм.
- Его Бим зовут, - обиженно прогудел Максик.
Дреня как услышал, что этого кудряша Бим зовут, даже хрюкнул. А потом вздохнул и глубокомысленно так изрёк:
- Банальность ахиллесова пята человечества.
Мы никто ничего не поняли, а Колян подошёл к Дрени и спросил:
- Чего это ты там хрюкаешь?
Дреня у нас самый начитанный и часто говорит такое, что никто понять не может. Но мы не обижаемся, потому что привыкли к нему и к его заумностям. А Колян этого терпеть не может и привыкать никак не хочет. Такой уж он упрямый. И вообще он у нас книжек никогда не читает. Он говорит, что ему этого не надо и что с его здоровьем можно и без книжек прожить. Когда Колян к Дрени подошёл, тот сразу засуетился и очки стал протирать, а потом поднял ладошки и быстренько так зачастил:
- Да нет, я ничего. Да нет, я ничего. Да нет, я ничего.
Колян посмотрел на него сверху вниз и говорит:
- Ну, то-то же, умник.
И пока они так друг с другом препирались, я всё смотрел на Бима, который просто сидел высунув язык и часто дышал. Поэтому я сказал Максику:
- Слушай, а чё это твой пёс какой то снулый.
- Сам ты снулый, - обиделся Максик. Просто ему неприятно, когда друзья хозяина между собой цапаются.
- Ой, ой, ой. Уж не хочешь ли ты сказать, что Бим уже признал тебя за хозяина? – с некоторой ехидцей в голосе спросил я Макса.
- Конечно, признал, - с гордостью за своего пёсика проговорил Макс.
- Ишь ты, - удивился я, - а если, к примеру, я тебе врежу, то твоя псина за тебя заступится?
- Попробуй только, - сразу набычился Максик.
Катька сразу:
- Мальчики, перестаньте.
А Бим тут как принялся лаять. И всем это очень понравилось. Не то, что Катька встряла, а то, что Бим заступился за Максика. А Катька посмотрела на Бима очень уважительно, как на рыцаря какого и говорит:
- Ух, ты! Понимает, что его хозяина обижают.
- Ни фига он ничего не понимает, - буркнул я, - это я просто для примера говорил.
Но Колян тоже сразу Бима за умника великого принял. И ему очень понравилось, что пёс такой умный, хотя сам то он и не любит умников. А тут поглядел на Бима и уважительно так прогудел:
- Голова.
- Маленькие, они все шизоидного типа, - встрял Дренька.
Мы ничего не поняли зачем он это сказал. А Колян подошёл к Дрени вплотную и тихонько, не повышая голоса с высоты своего роста ласково так говорит, но так, что у нас у всех мурашки по телу пошли, не смотря на жару:
- А ты то какого типа, пигалиц?
А Дреня, хотя и заикаясь, но так нагло поправляет:
- Пигалица надо говорить, пигалица.
А Колян опустил ему свою лапищу на голову и на своём стоит:
- Если бы ты Катькой был, я бы тебе сказал пигалица, а так пигалиц. Понял умник?
- Дреня опять ручки поднял:
- Конечно, Колян пигалиц, конечно, пигалиц.
- Ну, то-то, - сменил Колян гнев на милость.
А меня в тот момент как осенило: «А что если из этого пса сделать служебно-розыскную собаку. Раз он такой умный». Я так всем и сказал. И всем это очень понравилось. Особенно, конечно, Максику. Он даже мне руку с большим чувством пожал. Только Дреня скептически хмыкнул:
- Тоже мне, кинолог.
Но на его сарказм даже внимания никто не обратил. А Колян мне говорит:
- Слушай, Славка, давай я буду диверсантом, а ты меня с Бимом преследовать будешь.
И опять всем это очень понравилось. Все прямо в восторг пришли. Только Максик обиделся.
- Почему же это, - говорит, - Славка преследовать диверсанта будет. Ведь собака то моя.
Но на него все зашумели:
- Вот именно, что твоя. Значит, всегда успеешь с ней позаниматься.
- Ты чё, жмот что ли?
- Мысля то Славкина.
- Мысль надо говорит, а лучше идея.
- Нет, тебя Дреня уже убивать пора, - возмутилась Катька на ненужный в данном случае педантизм Дреньки.
Но, в общем, мы Максика всё же убедили. Даже Дренька наконец то подал мысль, которую одобрили все, а его, как автора идеи, просто коллективно похвалили. А Дренька вот что сказал:
- Когда собак натаскивают, то специальные костюмы одевают, ватные. – И поправив очки, пояснил, - Так по технике безопасности полагается.
И хотя мы и не поняли, при чём здесь техника, если мы с живой собакой дело имеем, но спорить и переспрашивать не стали. Чего там бодягу то ненужную разводить. А Колян даже похвалил Дреньку:
- И откуда он всё знает? – сказал он, - Наверное, потому, что очки носит, поэтому и умный такой.
- Перепутал причины со следствием, - пробурчал сварливо Дренька.
Но его теперь никто не слушал, потому что мы начала подготовку к выучки Бима. Ведь возникло сразу множество вопросов. Никто не знал откуда взять ватный костюм. Конечно, у отца Коляна был ватный костюм, потому что он увлекался рыбалкой, и зимой без тёплой одежды на льду делать нечего. Но этот костюм был такого гигантского размера, что даже наш Геракл в нём бы просто утонул. Но над этой проблемой мы думали недолго. И разрешил её сам Колян.
- Слышь, мужики. Мне же недавно отличный лыжный костюм купили с начёсом и очень плотный.
- Одного костюма мало, - говорит Катька.
- У меня и старый не совсем мал мне и если надеть сначала его, а потом новый, то, как раз нормально будет.
- Да, тогда любую собаку можно будет на тебя напускать, - так мы решили.
А ещё мы решили, что сверху Колян должен одеть своё старое ватное пальто. Шапку коллектив порекомендовал ему не надевать, потому что жара всё таки, да и навряд ли шпиц сможет до Колькиных ушей допрыгнуть. Нет, за его уши мы не волновались. Но вот на ноги коллектив порекомендовал ему обуть валенки.
- По технике безопасности положено, - сказали мы ему хором. А против коллектива даже Колян спорить не будет.
И вот вышел Колян одетый по всем правилам, хотя и без шапки. Глаза у него из орбит лезут, голова вся мокрая, словно он только что из-под душа вылез. Поэтому мы не стали идти на школьную площадку, потому что там тени совсем нет, а пошли за сараи, где хотя и не так просторно и настоящему диверсанту и развернуться негде, но зато есть тень. Пришли мы туда. С Коляна пот течёт в три ручья. Раньше я думал, что это просто так говорится, в три ручья, но теперь убедился, что это не только слова, а так может быть на самом деле. Да и ручьёв то с Коляна текло не три, а, наверное, тридцать три или даже больше. Поставили мы Коляна пока отдельно от всех, чтобы Бим его, диверсанта спутать с честными людьми. А я взял поводок и отвёл пса подальше. Потом отстегнул поводок, показал Биму на Коляна и говорю как можно более внушительно:
- Фас!
Бим, однако, ни с места.
Я опять ему:
- Фас, фас, Бим!
Но Бим никак не реагирует, только язык высунул и дышит часто. А у Коляна глаза совсем круглыми сделались и рот как у Бима открыт. Только язык не высунут. Хотел я Бима к Коляну подвести, да он пятиться начал. Не Колян, конечно, а Бим. Колян то чётко диверсанта разыгрывал. Вот, наверное, Бим немного и испугался Коляна, потому что тот вообще в своём ватном пальто, валенках, да двух штанах, видать, Биму великаном казался. А Дреня покрутил глубокомысленно головой и говорит:
- Наверное, пёс не знает, как это надо бросаться на диверсанта.
Макс его тоже поддержал:
- Конечно, надо объяснить псу. Если человек пропустит занятие по математике, а потому ему дать задачку по новой теме, он же не решит её.
Тут мы все глубокомысленно головами покрутили и согласились. И тогда я, как собаковод, решил показать на деле, как надо бросаться на диверсантов. Подполз я к Коляну на четвереньках и стал на него бросаться, будто кусаю его. А Дреня с Максиком мне в это время фас кричали. Бросался я так на Коляна, бросался, аж устал и запарился не хуже Коляна. Потом я подошёл к Биму и опять команду фас ему подавать начал, показывая на Коляна, диверсантом одетого. Стою и кричу, стою и кричу. И тут, вижу, у Бима шерсть начинает дыбом вставать. «Ну, - думаю, - сейчас от Коляна, вернее от его пальто и штанишек тёплых только клочки полетят». И совсем уж громко завопил:
- Фас!
И точно, озверел Бим, даже лаять не стал, зарычал и бросился… на меня. Это он, наверное, вспомнил, как я его шмакодявкой обозвал. Как я только тогда среагировать на его бросок успел. До сих пор не пойму. Мне потом сказали, что я прыжок с места гигантский совершил к сараю, а потом ещё один на сарай. Я и сам не понял, как на крыше сарая оказался. Смотрю только вниз, а там Бим лает озверело и рычит яростно. Еле его Максик успокоил потом. После все пробовали повторить мои прыжки, но ни у кого не получилось. Я тоже пробовал повторить, но и у меня ничего не вышло. Пацаны говорят, что я в тот раз установил мировой рекорд, а, значит, у меня талант есть, хотя я и не могу больше так высоко прыгнуть. И после того случая я записался в секцию лёгкой атлетики, где нас учат не только прыгать, но и бегать быстрее ветра, а, главное, быстрее собак. Думаю, что я когда-нибудь обязательно повторю свой мировой результат.



Читатели (108) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы