ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1942 года. Глава 362

Автор:
Глава 362.




Ладожское озеро самое большое в Европе. Оно многоводно, как море. В длину озеро простирается на 200 километров, в ширину - на 124. В северо-западной его части берега скалистые, обрывистые, сильно изрезанные, а глубина достигает 225 метров. В южной части глубины меньше - от сорока до пятидесяти метров. Здесь берег низменный, глинистый, песчаный. Два залива вдаются из озера в материк - Шлиссельбургский на западе и Волховский на юго-востоке. Бухт, удобных для стоянки судов, нет ни в том, ни в другом. В южной части имеются небольшие острова - Кареджанский, Зеленцы, Клочья, Птинов, Сухо. Осенью озеро часто покрывается туманами. Нередки в это время года и сильные штормы. Крутой нрав Ладоги был известен ещё новгородским купцам. Не случайно и Пётр Первый приказал прорыть канал в обход коварного озера. В девятнадцатом веке, когда старый канал был забит илом и пришёл в негодность, прорыли ещё один. В двадцатом веке оба канала были заброшены и не судоходны.

Не от хорошей жизни пришлось начальнику тыла Красной Армии генералу Хрулёву заняться в последние дни лета 1941 года организацией транспортных перевозок по Ладожскому озеру. После прорыва немцев к станции Чудово ни железнодорожных, ни автомобильных коммуникаций с Ленинградом не осталось. Воздушные перевозки не могли покрыть и десятой части ежедневных потребностей Ленинградского фронта, не говоря уже о жителях осаждённого города.

Пунктами, более всего пригодными для приёма грузов на западном берегу, были признаны Осиновец, бухта Гольсмана и бухта Морье. Осенью 1941 года озеро было особенно бурным. Баржи и буксирные пароходы налетали на скалы, напарывались на подводные камни и тонули вместе с грузом, принятым с речных пристаней на Волхове. Все тридцать километров водного пути простреливались немецкой артиллерией. Ни одна баржа, ни одна лодка не оставалась без внимания немецких лётчиков, превративших охоту за баржами в спортивное состязание. В довершение всех бед уровень воды в озере упал, и вскоре ни одна баржа не могла подойти к пирсу. Пришлось перестраивать пирсы и углублять дно. А в Ленинграде уже начинался голод.

К речным пристаням на Волхове грузы доставлялись по железной дороге Вологда-Тихвин-Волхов. В Вологде находилась центральная база снабжения Ленинградского фронта, Карельского фронта и Балтийского флота. Начальник базы генерал-майор Карпухин подчинялся непосредственно Хрулёву.

Строительство новых причалов началось 15 сентября. Дорожные и мостостроительные части Лененградского фронта были обескровлены в августовских боях. Специалисты в них исчислялись единицами. Обеспеченность транспортом не превышала пятнадцати процентов. И всё-таки строительство началось. В окрестных лесах застучали топоры. На берегу один за другим, словно срубы огромных домов, вырастали ряжи. Специальные команды добывали и подвозили к пирсам бутовый камень. На строительстве работали писари, повара, фельдшеры, связисты.

Аврал - это как раз то, что хорошо получалось у большевиков и чекистов начиная с 1917 года. Да ещё стрельба в затылок Николаю Гумилёву и подвешивание Есенина к потолку гостиничного номера. У сегодняшних вороватых чекистов-оборотней с Путиным во главе не получается и это. И руки приделаны не к тому месту, и извилин в башке совсем не осталось. Всё больше гонят газ в милый сердцу Путина, Миллера и Грефа Берлин, с вирильной "удалью" закомплексованной прыщавой шпаны сажают выпускниц МГУ на два года за атеизм и шестерят по мелочи при братве из путинского ближнего круга. Достаточно взгляда на криминальные рожи Путина, Сечина и Лаврова - и всё станет ясно. Ломброзо отдыхает. Послушайте Пескова и Захарову, послушайте приблатнённого нефтяника и стукача Мишку Леонтьева, плюньте и забудьте. Те ещё нордические красавцы и красавицы с бранденбургским медведем на партийном знамени. Обезьянник московского зоопарка по ним плачет. На зоне за Уралом ждут не дождутся. Впрочем, дождутся, и уже скоро. А кое-кому придётся сполна ответить и за военные преступления, и за глумление над Конституцией, и за селигерско-валдайский русский фашизм, окормляемый шашлыками с августейшей ладошки на президентской даче, и за натравливание русских на украинцев и грузин, и за попрание воинской присяги, и за саботаж науки, образования и культуры и насаждение на их месте средневекового поповского мракобесия.

Но вернёмся в осень 1941 года на Ладожском озере. Вот возле пирса столпились черпальщики. У них перекур. Комиссар подошёл.

- Вам известно, товарищи, для чего строят эти пирсы?

- Известно.

- А есть среди вас такие, которые не испугались бы самого чёрта, если бы он был?

- Это смотря для какого дела.

- Ряжи ставить.

- На такое дело нужны охотники. Сутками в ледяной воде бултыхаться. Вы прямо скажите: для сугреву перепадёт что?

- Не перепадёт.

- На нет и суда нет.

Охотников тем не менее находят. Волны бросают ряжи, словно игрушки, норовя разбить их в щепы. Ряжи нужно затопить в нужном месте. Для этого необходимо засыпать внутрь ряжа сто кубометров камней. Камни подносят вручную по шаткому настилу. Смельчаки с тачками и носилками балансируют над ревущей бездной, словно канатоходцы без шестов. Волны обдают ледяными брызгами, штормовой ветер выдувает тепло из-под задубевших шинелей. С неба пикируют немецкие самолёты.

И всё-таки ряжи один за другим наполняются балластом и опускаются на дно озера.

- Как идёт строительство причалов? - звонил утром и вечером из Москвы Хрулёв. Генералу Кондратьеву, начальнику автотранспортного и дорожного Управления Генштаба, на месте организующему работы, приходилось крутиться. Сроки были установлены жёсткие - к 18 сентября оборудовать в районе Осиновца причальное устройство на приём пяти барж в сутки, к 25 сентября - четыре устройства на приём двадцати барж в сутки. Одновременно соорудить узкоколейку, соединяющую пирсы с Ириновской веткой железной дороги в Ленинград.

Руководитель строительства капитан 1-го ранга Авраамов не справился и был 19 сентября отстранён. Работы возглавил непосредственно член Военного совета Ленинградского фронта адмирал Исаков. Дело сдвинулось с мёртвой точки. Четыре мощных пирса вытянулись с берега в глубину озера. Узкоколейка была проложена. Густой смешанный лес в районе Осиновца надёжно укрыл просторные склады, подъездные пути и зенитные батареи.

И тут новая напасть - ни одно судно не могло выйти в Ладожское озеро из Невы - их тут же топили немецкие батареи. Ни одна баржа с Волхова не добралась до пирсов - все разбились о скалы. Пришлось спустить на воду гниющие в бухте Новой Ладоги 25 видавших виды старых барж. Но они имели глубокую осадку и не могли войти в реку Волхов. Погрузку и выгрузку проводили на рейде вдали от берега. Наконец первые две баржи доставили в Осиновец 800 тонн груза. Навигация началась.

В ноябре немецкие танкисты захватили Тихвин. Теперь и железная дорога от Вологды к Волхову была перерезана. Для ленинградцев это обернулось трагедией первой военной зимы.



Читатели (35) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы