ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Сказка. Глиняный Великан и улитка.

Автор:
Восстал из песка Глиняный Великан, могучим исполином ступили его ноги на песчаные барханы, - и узрел колонны прекрасных женских ног, колонны Акрополя; каменные нимфы и греческие богини, с чашами, винами и подносами заморских фруктов с Конца света... Набрал воздуха в могучие мехи легких и сдул с лица земли прекрасный Город. Трещала кора земли под ногами великана, реки меняли свое русло от следов его огромных ног, от грохота содрогалось небо, и Великий Тенгри; ни мало ни много длился его путь, и пришел Глиняный Великан к обширному спокойному озеру, в прохладе миражей на глади воды сновали русалки и прекрасные юные дриады; от долгого пути, изморенный усталостью присел великан в тень огромного дерева Гоа; и явилась ему финиковая улитка с прозрачными рожками, с покатым гладким панцирем и голубыми оливами глаз, она сидела на кончике большого листа финиковой пальмы; поразился великан её соразмерности, мягкой неспешности и мудрой медлительности; жажда мучила Великана и голод, и почуял великан соки и нежную мякоть улитки; беззащитные глаза взирали на великана, никогда прежде не видели они такого могучего и страшного исполина, никогда не слышала она такого ужасного скрежета и треска от движений сочленений сухой с виду безжизненной и жесткой глины.
Великан протянул глиняную руку свою к улитке, и преградил её путь своим мизинцем; больше некуда было ползти маленькой прозрачной улитке с голубыми оливами глаз, подрагивающими рожками от любопытства; она могла спрятаться в свой огромный покатый панцирь, завитушкой свернутый на её спине; но был теплый полдень, улитка выползла погреться на Солнце; нет, она не собиралась забираться назад в темный холодный панцирь, а поскольку назад улитки ползать не могут, она стала медленно вползать на глиняный мизинец великана; Великан почувствовал влажное холодное прикосновение, такое нежное, что терпение его стало стучать в котловане грудины гулкими ударами; он был очень голоден, не пил несколько месяцев; а эта маленькая улитка, будто не замечая никакой опасности взбиралась по его огромному пальцу.
Тогда он поднес её к своей голове и молвил, раскатами грома(он говорил шепотом, однако этот шепот заставлял ветра приминать сладкую осоку и тростник, нагонять и раздувать облака):
- Ты такая маленькая любопытная улитка. Ты настолько смела или глупа, что взбираешься по моему мизинцу к своей неминуемой гибели?
Но улитка, лишь с медлительностью и присущей ей мягкой грацией, подрагивая рожками, несколько озадаченная погодными катаклизмами ползла по мизинцу, ища места поудобней для пикника.
Великан еще более удивленный этой природной загадкой, и мягкой неспешной грацией, наблюдал выжидая, когда, наконец, она прервет свой поиск места, и уж тогда он решит, что с ней сделать, маленькой тщедушной козявкой.
Улитка остановилась на внутреннем проломе изгиба мизинца и сочла это место вполне удобным для принятия солнечных ванн, тем более погода успокоилась, и ветер как будто стих.
Великан уже зачарованный этой несказанной прелестью улитки, все же клокотал нетерпением, словно вулканами в своей утробе; прекрасное озеро с дивной флорой и фауной расстилалось пред его глазами; полное прохладными водами и свежей пищей, а тут какая-то маленькая склизкая улитка задерживает его путь к вкусной еде и приятным соблазнам.
И Великан подносит мизинец к своим изрубленным засухами и исшелушенными ветрами губам, выпячивает свой огромный глиняный язык и пересаживает улитку с мизинца на кончик своего языка. Приятная прохладная влага просачивается в поры языка, и Великан затаив желание ждёт; он не дышит и старается не дай бог не чихнуть, чтобы не сдуть дивную прекрасную улитку, с голубыми оливами глаз и прозрачными рожками подрагивающими от любопытства, с кончика своего языка.
- Какой дивный просторный грот, - радостно трепещут рожки улитки, - можно расположиться на границе света и тени, какое случайное везение, - думает про себя улитка и начинает ползти по языку Глиняного Великана прям ему в пасть, оставляя за собой прохладную влажную дорожку.

От сладостнейшей прохладной пытки Великан совершенно опешил(даже клокотание в утробе его замерло во внутреннем спазме и аппетит сменился прозрачной дымкой блаженства в помутнившемся рассудке), никогда он не испытывал подобного нежнейшего удовольствия; он так и продолжал ровно сидеть с высунутым языком у прекраснейшего озера, а тем временем улитка ползла по его языку глубже в грот.

Великан, мог очень долго просидеть без воздуха; однако и такие могучие Великаны не могут жить без дыхания, и ему грозило неминуемой гибелью это затянувшееся происшествие; тогда под лучами палящего Солнца(тень огромного Гоа только отчасти закрывала его) он рассыплется на тысячи осколков, язык отломится и упадет вниз в озеро вместе с маленькой, ничего не подозревающей улиткой с голубыми оливами глаз и прозрачными рожками; и Великан не в силах больше вытерпеть такой сладостнейшей пытки, грозящей им неминуемой гибелью, аккуратно поднимает язык к гигантскому носу; треск и скрежет раздались под бедной улиткой, рожки её задрожали, а глазки прищурились от легкого испуга.
- Какая редкая сейсмоактивность у этой глиняной скалы, а какой же дивный был грот, - подумала про себя улитка, - и стала перебираться на уступ огромного носа, - улитка уже притомилась, она так долго искала место поудобней, и эти постоянные непредвиденные обстоятельства её совершенно выбили из сил. Однако продолжала двигаться медленно и с присущей ей мягкой грацией, оставляя за собой прохладную влажную дорожку, которая впрочем быстро испарялась и впитывалась в поверхность глины.
Наконец, она окончательно перебралась с гигантского языка на нос к Великану; Великан спрятал с тончайшей осторожностью язык в пасть, и так же едва ощутимо попытался вдохнуть, затянув огромными кратерами ноздрей воздуха; и только он это начал проделывать - испарения и редчайшие ароматы осоки, озера и тростника, от дорожки, которую оставляла улитка ударили ему дурманом в голову; нескончаемое блаженство разлилось по всему огромному телу Великана, веки плавно опустились на глаза, и если бы он не был так сух, то, наверное, расплакался блаженными слезами умиротворенной радости и тихого спокойствия. Однако от его дыхания снова поднялся ветер, и прозрачные рожки улитки примяло потоками воздуха.
- Что за переменчивая погода, в кои веки выберешься из этого болота, - причитала улитка про себя, - и когда же успокоится эта каверзная и капризная сухая скала.
И великан, с тончайшей легкостью выдохнул воздух обратно, приминая воздушными потоками озерные пологи, тростник и осоку, распугивая рыбешек и прекраснейших обнаженных дриад, купающихся в лучах Солнца.
Улитка расположившись на кончике его носа, только теперь обнаружила свое местоположение, пред ней как на ладони раскрывалась озерная гладь с её прихотливыми обитателями.
- Боже, как высоко я взобралась, этот природный скрежещущий монумент колоссально велик, - никогда маленькая улитка с голубыми оливами глаз и прозрачными рожками не забиралась столь высоко, и вид открывшейся панорамы пленил её своим великолепием, она почувствовала себя гордой и величественной, смелой и отважной, рожки её задрожали от нескрываемой радости, а за ней вздымалась огромная голова Глиняного Великана, он медитировал.




Читатели (245) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы