ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1942 года. Глава 269

Автор:
Глава 269.





Передав дела своему преемнику генералу Малинину, генерал Казаков тепло попрощался с Рокоссовским и 17 июля покинул Брянский фронт.

На следующее утро он прибыл в деревню Углянец, в штаб Воронежского фронта. С генералом Ватутиным у Казакова была давняя дружба. Они вместе учились, вместе были выпущены из академии, перед войной не раз встречались на докладе у начальника Генштаба.

Будучи генералом молодым, настойчивым и амбициозным, Ватутин постоянно рвался в бой. Уже 12 июля он приказал 18-му танковому корпусу при поддержке нескольких дивизий 60-й армии выбить противника из Воронежа. Задача выполнена не была. Удалось лишь зацепиться за северную окраину Воронежа в районе городской больницы.

Спустя неделю Ватутин подтянул резервы и начал новую наступательную операцию с задачей разгромить всю воронежскую группировку противника, на этот раз силами двух армий и двух танковых корпусов.

И эта операция закончилась безрезультатно. Противник не имел проблем в обороне. Он с комфортом разместился в укреплениях, сооружённых воронежцами весной и в начале лета.

Удачливее был Ватутин в операциях местного значения на отдельных участках фронта.

В середине июля противник захватил плацдарм на северном берегу Дона у села Петропавловское в районе Коротояка. 174-я стрелковая дивизия контратаковала, выбила противника с плацдарма и сама захватила плацдарм, форсировав Дон на пятикилометровом участке фронта. Глубина плацдарма достигала трёх километров. Противник подтянул к плацдарму две венгерские дивизии, одну немецкую дивизию и сотню танков. В продолжение недели эти войска настойчиво атаковали плацдарм, не считаясь с потерями, пока наконец не оттеснили дивизию генерал-майора Карапетяна обратно за Дон. За эти бои дивизия получила звание гвардейской.

В начале августа в 55 километрах к югу от Воронежа отличилась 25-я гвардейская дивизия полковника Шафаренко.

Начав войну в чине майора начальником штаба 6-й бригады 3-го воздушно-десантного корпуса, Шафаренко достойно проявил себя в боях под Киевом и Конотопом, а его бригада завоевала право называться гвардейской стрелковой дивизией. В составе 40-й армии генерала Подласа дивизия с переменным успехом воевала на Брянском фронте между Курском и Воронежем.

В конце апреля гвардии полковник Шафаренко был отозван Генштабом с Брянского фронта. Самолёт У-2 доставил полковника в Сонково под Ярославлем. Там бывшему воздушному десантнику, совершившему первый в жизни прыжок с парашютом уже во главе штаба бригады, пришлось принять командование морской пехотой Тихоокеанского флота, которой была укомплектована 2-я гвардейская стрелковая бригада, воевавшая в составе 1-й ударной армии сначала под Москвой, а затем под Старой Руссой. Теперь на основе сильно поредевшей в боях бригады моряков нужно было сформировать и подготовить к боям новую, 25-ю гвардейскую стрелковую дивизию, в которой на одного моряка-ветерана приходилось восемь новобранцев и один вернувшийся в строй из госпиталя фронтовик.

Шафаренко справился с этой задачей за полтора месяца. 11 июля был получен приказ о выдвижении. 27 июля дивизия выгрузилась из четырнадцати эшелонов в ближнем тылу Воронежского фронта. В штабе 6-й армии в Семёноалександровке навстречу вновь прибывшему поднялись из-за стола командарм Харитонов - моложавый генерал-майор среднего роста с открытым умным лицом и доброжелательным взглядом - и хорошо знакомый по многочисленным портретам бывший начальник Главного политуправления Красной Армии, а теперь член Военного совета 6-й армии Мехлис. Они быстро ввели полковника Шафаренко в курс дела.

В составе Воронежского фронта, кроме 6-й армии, были 40-я и 60-я армии. В продолжение всего июля они предпринимали настойчивые попытки перейти в наступление. И все эти попытки были отражены противником. Вот и теперь, с прибытием подкреплений, командующий фронтом назначил дату нового наступления - 1 августа.

- Вам, полковник, нужно к 6 августа скрытно сосредоточить дивизию в районе хутора Осинки. Задача Вам ставится трудная: форсировать Дон у села Аношкино и захватить плацдарм с передним краем по рубежу Сторожевое, высота 187. Справа от Вас будут переправляться части 53-го укрепрайона под командованием полковника Дашкевича. Они завяжут бой за Сторожевое и тем самым косвенно будут страховать Ваш правый фланг. Слева от Вас - наш плацдарм: мы уже захватили далеко выступающий на восток мыс на том берегу. Его удерживает 24-я мотобригада полковника Савченко. Ваша задача - распространить этот плацдарм вправо до Сторожевого и углубить до леса западнее Титчихи. Овраги в районе Селявного и Сторожевого послужатат Вам естественным противотанковым прикрытием. Поддержим Вас авиацией и армейской артиллерией, в том числе "катюшами". Противник за рекой силён. По данным авиаразведки - там две венгерские дивизии с хорошей артиллерией, усиленные немецкими танками.

- Что известно о глубине обороны противника на том берегу?

- Глубина обороны не просматривается: берег высок и крут. Проведёте разведку самостоятельно. Задача ясна? Желаю успеха.

Осмотрев передний край в бинокль, Шафаренко пришёл к выводу: больших потерь его дивизии не избежать. Восточный берег Дона был сильно заболочен. С гребня высокого западного берега он хорошо просматривался на десять километров в глубину. Это открывало прекрасные возможности для обстрела. Впрочем, у этого рельефа местности была и оборотная сторона: переправившиеся через реку войска оказывались под обрывистым берегом в мёртвой зоне, недоступной для огня противника.

В ночь на 6 августа у Шафаренко всё было готово.

На оборудованном в лесу НП полковник отсчитывал последние секунды. Рядом с ним командир дивизионной артиллерии подполковник Чистяков командовал в телефонную трубку:

- Зарядить... Натянуть шнуры...

Часы показали половину четвёртого утра.

- Огонь! - скомандовал подполковник Чистяков.

Гром артиллерии и вой несущихся через Дон хвостатых ракет разорвали тишину ночи.

800 гвардейцев батальона старшего лейтенанта Релина на лодках, плотах и подручных плавсредствах переправились через реку и достигли мёртвой зоны под обрывом. Как только огонь артиллерии был перенесён в глубину, они вскарабкались на высокий гребень обрыва, ворвались в венгерскую траншею и после короткого рукопашного боя захватили высоту 186.

Между тем у гвардейцев батальона старшего лейтенанта Васюкова, форсировавшего реку там, где западный берег был не столь высок и обрывист, возникли большие проблемы. Здесь противник сосредоточил главные свои силы, венгерская траншея проходила над самым берегом, и гвардейцы Васюкова были встречены убийственным пулемётным огнём.

Тяжело складывался бой на левом фланге у переправляющегося вслед за батальоном Релина полка подполковника Билютина. Несколько раз подполковник запрашивал огонь дивизионной артиллерии. Помощь артиллерией и фронтовой авиацией была оказана, но подавить орудийный и миномётный огонь противника не удавалось. Атакующая пехота залегла.

Тем временем поступил тревожный сигнал с правого фланга: полковник Дашкевич был сброшен противником в реку и отступил.

- У меня большие потери, - сообщил Дашкевич позвонившему в его штаб Шафаренко, - Спасибо за предложение помочь артиллерией и двинуть батальон ко мне на фланг, но боюсь, что повторить бросок через реку сегодня не смогу. Так и буду сейчас докладывать в штаб армии. Придётся вам полагаться только на собственные силы.

Противник уже подтягивал к передовой подкрепления. Огонь гаубиц и миномётов с западного берега по району переправы становился всё более плотным.

В штаб Шафаренко с западного берега доставили первых пленных. Это были солдаты из 9-й венгерской пехотной дивизии. По их словам, в первой полосе обороны на участке наступления Шафаренко был развёрнут усиленный артиллерией пехотный полк. А в районе Селявного начинались позиции 7-й венгерской дивизии.

Картина складывалась безрадостная. Не захватив Сторожевое, господствующее укрепление противника на западном берегу, рассчитывать на удержание плацдарма не приходилось.

Шафаренко приказал Релину атаковать и захватить Сторожевое вместе с прилегающими высотами и держаться до прибытия на плацдарм подкреплений.

Вскоре под Сторожевым завязался жестокий бой. Тем временем в тылу у батальона Релина переправа шла своим чередом. Уже артиллеристы и сапёры втянули на канатах на гребень обрыва противотанковые пушки. Шафаренко разрешил Билютину переправить резервный батальон и наступать им левым плечом вперёд, обходя слева батальон Релина с задачей зайти противнику в тыл и захватить высоту 195. После этого вместе с Релиным взять штурмом Сторожевое.

- Прошу вас поторопиться, подполковник. Пока не взято Сторожевое, я не могу переправлять ещё один полк, а он мне нужен, чтобы и на левом фланге зайти к венграм в тыл.

- Разрешите лично принять участие в бою.

- Действуйте, подполковник. Сейчас ударю через реку "катюшами" и постараюсь расчистить вам дорогу.

Билютин взял роту автоматчиков, переправился через Дон и поднял в атаку залёгший батальон на левом фланге, как только хвостатые ракеты с воем пронеслись у него над головой и накрыли венгерскую траншею.

Вскоре Билютин доложил, что первая траншея на левом фланге захвачена.

Тем временем Релин, ведущий бой за Сторожевое, доложил, что видит в бинокль колонну противника, заходящую ему во фланг со стороны Довгалёво.

- Будете корректировать огонь артиллерии, старший лейтенант. Сейчас брошу туда и авиацию.

Упорный бой за Сторожевое продолжался.










Читатели (57) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы