ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1942 года. Глава 187

Автор:
Глава 187.




Последние дни перед штурмом генерал Манштейн провёл на южном берегу Крыма, в бывшем великокняжеском дворце. Это небольшое чудо архитектуры, выдержанное в мавританском стиле, было расположено на высокой скале в окрестностях Ялты. 3 июня командующий вышел в море на итальянском торпедном катере. Генерал не мог упустить возможность полюбоваться побережьем Крыма с моря, хотя официальной целью дерзкого рейда, совершаемого под носом у Черноморского флота, была оценка уязвимости прибрежной дороги Ялта - Балаклава для нападения с моря. Черноморский флот не препятствовал этой прогулке: торпедные аппараты итальянского катера были заряжены, а прибрежные воды были буквально нашпигованы минами, установленными именно на случай приближения к берегу любого флота, и схема минных полей лежала в кармане коменданта Ялты, ветерана Кригсмарине, капитана 1-го ранга фон Бредова, сопровождавшего Манштейна в этой поездке. Но ни торпеды, ни минные поля не защищали катер от нападения с воздуха, а о прикрытии рейда истребителями никто не позаботился.

Советские самолёты атаковали возвращающийся в Ялту катер со стороны солнца. Мощные моторы торпедного катера производили слишком много шума, чтобы можно было сквозь него расслышать шум моторов двух пикирующих на катер истребителей. Когда по палубе застучали пули и бронебойные снаряды, было уже поздно выполнять противосамолётный манёвр. Капитан фон Бредов был убит на месте. Катер задымил и потерял ход. Почти вся команда выбыла из строя. Радио не работало. В любую секунду пожар мог охватить торпедные аппараты. Адъютант Манштейна лейтенант Шпехт, загоравший на палубе в одних плавках, нырнул в море, доплыл до берега, не обращая внимания на мины, остановил грузовик и помчался на нём в Ялту. Вскоре к терпящему бедствие катеру подошла румынская моторная лодка и взяла его на буксир. Из шестнадцати человек, находившихся на катере, уцелели только девять. Оберфельдфебель Нагель, бессменный личный водитель Манштейна в продолжение последних пяти лет, был тяжело ранен в бедро и умер на операционном столе от потери крови. "Своих любимцев боги рано берут к себе," - написал Манштейн в письме родителям оберфельдфебеля. Себя к любимцам Фортуны Манштейн, не получивший ни царапины, из скромности не отнёс. А между тем ответственность за вопиющее пренебрежение средствами ПВО в злосчастном рейде лежала прежде всего на нём. Нагеля и других погибших похоронили на кладбище высоко над морем, в одном из красивейших уголков черноморского побережья.

6 июня, на пятый день артподготовки и бомбардировки, Манштейн с оперативной группой штаба прибыл на фронт и установил радиоузел в татарском селе Юхары-Каралес. Село было расположено в глубоком горном ущелье. В ту же ночь прилетела "швейная машинка" - так немцы окрестили советские ночные бомбардировщики - и сбросила на село бомбы. С тех пор она возвращалась каждую ночь, но Манштейна в селе уже не было. К утру 7 июня он с адъютантом и группой офицеров перебрался в оборудованный стереотрубой наблюдательный пункт, расположенный на высокой вершине одной из скалистых гор Черкес-Кермена, в развалинах античной крепости, сооружённой ещё готами. Связисты заранее протянули туда телефонный кабель.

Едва начало светать, едва в долинах стали рассеиваться ночные тени, а безоблачное небо окрасилось в золотисто-лимонные тона, которые отличают предрассветные часы над побережьем Крыма и не встречаются более нигде, - вся артиллерия 11-й немецкой армии - 1300 орудийных стволов и 576 миномётов - открыла ураганный огонь по передней линии обороны защитников города. Одновременно целые армады пикирующих бомбардировщиков волна за волной атаковали цели как на переднем крае, так и в глубине обороны.

Со своего горного НП командующий обозревал в стереотрубу всю панораму огромного поля сражения. На северо-западе был виден тёмно-зелёный лес в окрестностях Гайтан, правее и дальше к северу окутались дымом поросшие густым кустарником холмы. Левее блестела, отражая синеву неба, водная гладь бухты Северная. В стереотрубу был хорошо виден весь город на южном берегу бухты, и даже маяк на западной оконечности мыса Херсонес. На юго-западе вид на море заслоняли высокие скалистые горы. Город после пяти дней массированной бомбардировки превратился в груду развалин. Лишь кое-где из дыма пожаров выступали обгорелые скелеты домов.

Повсюду, сколько хватало глаз, вдоль линии фронта вздымались к небу облака пыли и дыма, разлетались во все стороны обломки скал, небо с воем чертили чёрные хвосты больших ракет, выпускаемых залпами по 36 штук батареями реактивных миномётов. Каждую секунду один только тяжёлый миномётный полк полковника Ниманна выпускал 324 мины.

Несколько тяжёлых батарей калибра 190 мм одну за другой приводили к молчанию огневые точки противника.

Мортира "Гамма" - семиметровый ствол калибра 420 мм - посылала один за другим тысячекилограммовые снаряды на расстояние 15 километров. Мортиру обслуживал расчёт из 235 человек. Но это орудие выглядело крохой рядом с пушкой "Дора". Доставленная в разобранном виде на тридцати железнодорожных эшелонах с Западного фронта, эта пушка с лафетом величиной в трёхэтажный дом и стволом длиной 30 метров стреляла на 45 километров снарядами калибра 800 мм.
Каждый снаряд весил 4500 килограммов. На доставке пушки с линии Мажино, где испытать её в деле в 1940 году не пришлось, настоял лично Гальдер. Генерал Манштейн с самого начала был противником применения этого орудия под Севастополем. Только для прикрытия огромного орудия с воздуха ему пришлось задействовать два артдивизиона зенитной артиллерии, что отнюдь не оправдывалось эффективностью стрельбы. Командующий не изменил своего мнения и после того, как снарядом "Доры" был уничтожен арсенал противника в толще скалы на глубине 30 метров. Более полезными зарекомендовали себя изготовленные на заводах Круппа 600-миллиметровые мортиры "Карл" и "Берта". Их бетонобойные снаряды весом 2150 килограммов летели на расстояние 4500 метров, проникали в толщу бетона на глубину от трёх до пяти метров, и только после этого взрывались, причиняя укреплению большой ущерб.

Когда артиллерия и авиация спустя час после начала беспрецедентного налёта перенесли свои удары в глубину обороны противника, в атаку пошла немецкая пехота, поддержанная САУ. Выставив прикрытие против советского плацдарма в районе Любимовки, генерал Линдеман повёл пехоту 132-й дивизии на штурм высот на южном берегу Бельбека. Слева от него наступала через Камышлы в юго-западном направлении 50-я дивизия генерала Шмидта. Ещё левее барон фон Теттан повёл пехоту 24-й дивизии в сторону леса в районе Гайтан. Его левый фланг прикрывала от контратак противника 18-я румынская пехотная дивизия. Над полем боя на бреющем полёте проносились штурмовики Ме-110.

В полдень стало по-летнему жарко. Свежий ветер с запада не приносил облегчения: он нёс со стороны города облака пыли и чёрного дыма горящих в глубине обороны складов нефтепродуктов и боеприпасов.

К исходу дня река Бельбек и ущелье Камышлы были преодолены. Немецкая пехота 54-го армейского корпуса закрепилась на склонах высот южнее Бельбека. В резерве за рекой осталась 22-я Нижнесаксонская пехотная дивизия генерал-майора Вольфа.

На юго-западе 30-й армейский корпус генерала Фреттер-Пико в составе 72-й пехотной дивизии генерала Мюллер-Гебгарда, 170-й пехотной дивизии генерала Зандера и 28-й лёгкой дивизии генерала Зингубера завязал бои местного значения за овладение ключевыми высотами, господствующими над дорогой Балаклава-Севастополь.

Наблюдая в стереотрубу за ходом сражения, генерал Манштейн особенно внимательно выслушивал доклады начальника артиллерии 54-го армейского корпуса генерал-лейтенанта Цукерторта и начальника артиллерии 30-го корпуса генерал-лейтенанта Мартинека. Как и предполагал командующий, особого прока от применения сверхтяжёлых орудий не было, и производимый ими эффект далеко не оправдывал усилий и времени, потраченных на транспортировку и установку этих орудий.
Гораздо более эффективными против малых полевых долговременных огневых сооружений зарекомендовали себя обыкновенные 88-миллиметровые зенитки, переведённые в режим стрельбы прямой наводкой по наземным целям.
Противник в течение всего дня оказывал ожесточённое сопротивление, оборонял до конца каждую огневую точку, бросался в отчаянные контратаки. Сеть малых ДОСов, линии проволочных заграждений и минные поля стали бы непреодолимой преградой на пути наступающей немецкой пехоты, если бы не отличная работа корректировщиков огня артиллерии. Внесли свою лепту в общий успех и наступающие в рядах пехоты САУ, и применённые на отдельных участках начинённые взрывчаткой управляемые на расстоянии танки без экипажей из секретного отдельного 300-го дивизиона.

Потери немецкой пехоты в первый день наступления были велики. Только убитых было более 3 000. Сильнее других досталось пехоте барона фон Теттана. Артиллерия противника по-прежнему была сильна. Одиннадцать артполков дивизионного и армейского подчинения, всего до 600 орудий и миномётов, изрыгали огонь из трудноуязвимых для нападения с воздуха ДОСов.

Противник располагал сильной зенитной артиллерией. У барона Рихтгофена в 8-м авиакорпусе после шести дней массированных воздушных налётов из 600 самолётов осталось 500. Запас авиабомб (их сбросили уже 45 000) сильно сократился. В целях экономии в бомбовые люки загружали всё, что попадало под руку: пустые бочки из-под авиабензина, плуги, а то и медные самовары.

8 июля первая линия советской обороны на севере ценой больших потерь была преодолена. Генерал Манштейн подтянул ночью к передовой резервную 22-ю дивизию.

9 июня генерал Вольф несколько раз атаковал форт "Сталин". Все атаки были противником в этот день отражены.

Анализируя донесения Манштейна о результатах применения сверхтяжёлых орудий, Гальдер недовольно брюзжал. Он заранее подозревал, что командование артиллерией в 11-й армии оставляет желать лучшего, - и вот теперь эти подозрения подтверждались.







Читатели (58) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы