ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



Кампания 1942 года. Глава 122

Автор:
Глава 122.




В начале февраля генерал-лейтенанта Рябышева доставили во фронтовой госпиталь в Ворошиловграде. Командующий 57-й армией бредил, выкрикивал команды, порывался встать с постели, вырывался из рук удерживавшего его адъютанта. Врачи диагностировали сыпной тиф. Три недели генерал был прикован к постели. На четвёртую неделю он встал, шатаясь от слабости, и стал заново учиться ходить, придерживаемый под руку адъютантом. Пока длился процесс выздоровления, генерал воскрешал в памяти перипетии Барвенково-Лозовской операции.

Артподготовка наступления началась 18 января в половине шестого утра. Она была очень короткой: снаряды в достаточном количестве не успели подвезти. Но и у противника были свои проблемы: на тридцатипятиградусном морозе у немецкой пехоты 257-й и 258-й дивизий, державших оборону в полосе наступления 57-й армии, повсеместно отказывало автоматическое оружие. Отсидеться в украинских хатах до весны немцам не удалось: пришлось выходить на мороз и пронизывающий до костей ледяной ветер и отступать на тыловой рубеж под прикрытием артиллерийского огня. К вечеру стрелки Рябышева прорвали оборону 17-й немецкой армии на обширном участке фронта и продвинулись на 5-6 километров. Соседка Рябышева справа - 6-я армия генерала Городнянского - продвинулись только на три километра. Отстала и соседка слева - 37-я армия, наступающая на Дружковку. В этот день Рябышев доложил в штаб Южного фронта о трофеях: было захвачено 12 орудий разных калибров и 11 пулемётов.

Утром 19 января Рябышев ввёл в прорыв танки. 341-я стрелковая дивизия полковника Щагина, поддержанная 6-й танковой бригадой полковника Горшкова, в середине дня заняла Малую Камышеваху. Когда стрелковый полк, наступающий на Андреевку, был остановлен плотным миномётным огнём, артиллеристы впряглись в лафеты вместо выбившихся из сил лошадей и втащили орудия на высоту 200.0, откуда и подавили огонь немецких миномётчиков. Затем подошли танки, и поддержанная ими пехота очистила Андреевку от немцев, действуя штыком и прикладом. Другой стрелковый полк после упорного боя вечером занял Петрополье. Третий полк занял Копанки и завязал бой за Барабашовку.

Тем временем 351-я стрелковая дивизия полковника Гурского, поддержанная 130-й танковой бригадой подполковника Нестерова, к вечеру с боем заняла Викнино и Бражовку. 255-я стрелковая дивизия полковника Замерцева с 12-й танковой бригадой полковника Баданова встретили на своём пути лесные завалы и минные поля. Под сильным миномётным огнём сапёры разминировали и разобрали завалы и провели проходы в минных полях. Потери сапёров в этот день были велики, но танки и пехота авангарда к вечеру заняли Красный Яр. Главным силам дивизии пришлось задержаться и блокировать немецкий гарнизон в селе Долгенькое. 335-я стрелковая дивизия подполковника Волосатых овладела сёлами Сидорово, Адамовка, Краснополье-2 и продолжала вести бой за Голую Долину и Богородичное. 333-я стрелковая дивизия блокировала немецкие гарнизоны в Маяках, Карповке и Райгородке. Это была единственная дивизия, не выполнившая поставленную штабом армии боевую задачу на день.

В армейском резерве у Рябышева осталась лишь 349-я стрелковая дивизия полковника Брайляйна.

Трофеи второго дня наступления 57-й армии оказались более значительными: 17 орудий, 25 пулемётов, 4 миномёта и 300 обозных повозок с военными грузами.

20 января штаб армии потребовал от командиров всех соединений ускорить ликвидацию немецких гарнизонов, блокированных в тылу. Войскам ставилась задача выйти к исходу дня к железной дороге Славянск-Барвенково.
С утра Рябышев выехал в войска. На НП полковника Гурского он стал свидетелем боя за Вернополье. Бой был тяжёлым и кровавым. Гарнизон оборонялся упорно, ведя по атакующим цепям беглый миномётный огонь и поливая пехоту Гурского из пулемётов. Занесённое снегом поле пестрело телами убитых и раненых бойцов. В бинокль командарм наблюдал за старшим военфельдшером Числовой, оказывавшей первую помощь раненым под непрекращающимся обстрелом. В тот же вечер он представил военфельдшера к награде.

К исходу дня 351-я стрелковая дивизия и танкисты 130-й бригады овладели Вернопольем, Дмитриевкой и Базалеевкой; 341-я стрелковая дивизия с танками 6-й бригады - Карнауховкой и Новокамышевахой; 325-я дивизия с 12-й танковой бригадой после упорного боя, продолжавшегося весь день, заняли Сулимовку. Продолжались упорные бои за Краснополье-1, Голую Долину, Маяки, Карповку, Райгородок и Богородичное. Особенно жарким был бой за Богородичное. Рябышеву пришлось сменить один из полков 335-й дивизии на передовой, задействовав один из полков резервной дивизии.

Трофеи третьего дня наступления составили 26 полевых орудий, 24 миномёта, три зенитных пушки, 25 пулемётов, 83 автомата, три склада с военным имуществом.

21 января, в день 18-й годовщины смерти Ленина, личный состав подняли и покормили завтраком затемно, после чего политработники завели в подразделениях беседы о "великом вожде мирового пролетариата". Побывал на беседах и командарм. В его памяти ещё были свежи выступления политработников в годы гражданской войны. Тогда армия в массе своей состояла из неграмотных крестьян, слабо разбирающихся в политике. Они пошли за Лениным и большевиками, потому что те декларировали им землю бесплатно и свободу от всякой эксплуатации.

Теперь, когда личный состав был совсем иной, стал на голову выше по сознанию, никакие блага уже не декларировались. Необходимость в этом отпала. Правда, не все рвались исполнить гражданский долг до конца, кто-то не желал быть изувеченным, тяжело раненным, убитым. А ведь без этого на войне не обойтись, победы не одержать. Политработники разъясняли необходимость проявить разумную активность, напоминали о долге и присяге.

Сытно накормить бойца перед боем и после боя - за этим неусыпно следили командир и политработник. С ликвидацией неграмотности у людей возникла тяга к печатному слову, к информации о событиях на фронтах, в стране и в мире. Таким источником информации были газеты, и политработники следили за тем, чтобы газеты своевременно попадали в войска.

После беседы политработники собрали у бойцов заявления о приёме в партию большевиков и пообещали рассмотреть их на ближайшем партсобрании.

К исходу 21 января правофланговые соединения 57-й армии разгромили подтянутые противником свежие части 68-й пехотной дивизии. Стрелки и танкисты 341-й дивизии и 6-й бригады овладели Великой Камышевахой, Беликовым Колодцем, Ставковой Балкой, Красной Поляной, Молочным. 526-й немецкий пехотный полк был полностью ими разгромлен. Весь личный состав его батальонных штабов был уничтожен, знамёна и документы захвачены. Стрелки и танкисты других дивизий и бригад заняли хутора Водяной, Загон, Ильичёвку, селения Бобров и Дубовку.

Теперь, когда оборона 17-й армии противника была прорвана на всю глубину (правофланговые соединения 57-й армии и левофланговые соединения 6-й армии продвинулись на 25 километров), настало время ввести в прорыв кавалерию. В восемь часов вечера 5-й кавалерийский корпус генерал-майора Гречко сосредоточился в районе Петровское, Копани, Малая Камышеваха. 1-й кавалерийский корпус генерал-майора Пархоменко сосредоточился в районе Бражевки, Сулимовки, Моросевки.

Между тем на левом фланге 57-й армии успехи были далеко не столь значительными. Противник заранее укрепил выступ в районе Славянска и теперь явно не собирался уступать его армиям Малиновского, ожесточённо оборонялся и яростно контратаковал. Не смогли существенно продвинуться на этом направлении и левофланговые соединения 57-й армии.

22 января разбитые части 68-й и 257-й немецких пехотных дивизий, преследуемые танками и кавалерией 57-й армии, оставили Новониколаевку, Новосемёновку, Большую Андреевку, Архангеловку, Новодмитриевку, Новосёловку. Авангарды Рябышева заняли железнодорожные станции Языково и Гавриловку и перерезали железную дорогу Барвенково-Лозовая. Бои шли на северо-западной окраине Барвенково, а батальон лыжников обошёл Барвенково с запада и ворвался в станицу Елканскую.

23 января наступающие войска 57-й армии, выполняя приказ командующего Южным фронтом, резко повернули на юго-запад. Генерал Малиновский был вынужден принять такое решение, идущее вразрез с первоначальным оперативным замыслом, поскольку не мог более игнорировать группировку противника, сосредоточенную в славянском дефиле, в условиях относительного неуспеха наступления 37-й армии и полного провала наступления 12-й армии. Одновременно Малиновский потребовал у Рябышева активизировать действия на левом фланге, где противник накануне успешно контратаковал и отбил Адамовку. Рябышев бросил в бой свой последний резерв - 349-ю стрелковую дивизию. В результате были взяты Высокий и Голая Долина, а 335-я дивизия вернулась в оставленную накануне Адамовку.

Поздно вечером штаб армии доложил в штаб фронта о взятии Барвенково. Противник оставил город, бросив на улицах 400 трупов солдат и офицеров. Трофеями этого дня были 10 танков, 28 полевых и шесть зенитных орудий, 11 миномётов, 1200 грузовиков и 20 автобусов, 200 вагонов с военными грузами и богатые армейские склады.

24 января соединения 57-й армии, развивая успех, освободили от противника 17 населённых пунктов.

В течение 25-27 января войска Рябышева продвинулись на 25-30 километров юго-западнее Барвенково и вышли к Лозовой, одновременно отражая на левом фланге сильные контратаки пехоты и танков со стороны Славянска. Командующий Южным фронтом 26 января ввёл в сражение на стыке между 57-й и 37-й армиями резервную 9-ю армию и поставил ей задачу любой ценой срезать славянский выступ. 9-я армия имела в своём составе 41 000 бойцов, 44 танка, 500 орудий и миномётов, на вооружении у её стрелков было 246 станковых пулемётов, 1159 ручных пулемётов и автоматов. Однако общей оперативной картины ввод в сражение 9-й армии не изменил: ни 9-я, ни 37-я армии так и не смогли существенно продвинуться. Лишь после того как Малиновский усилил 9-ю армию, включив в неё соединения, изъятые из состава 57-й, 37-й и 12-й армий,
27 января 9-я армия перерезала железную дорогу Славянск-Барвенково и правым своим флангом соединилась с авангардом 57-й армии в 30 километрах южнее Барвенково.

27 января 6-я армия генерала Городнянского заняла Лозовую.

В дальнейшем до конца января усилия сторон переместились на фланги, и бои приобрели затяжной позиционный характер.

29 января Рябышев получил приказ Малиновского перейти к обороне и передать в 9-ю армию две стрелковые дивизии, танковую бригаду и несколько артиллерийских частей. Эта дата и определила фактический конец Барвенково-Лозовской операции.

Генерал-лейтенант Рябышев негодовал. Он считал, что у него украли победу, остановив без достаточных причин.
И теперь, прогуливаясь с помощью адъютанта по коридорам госпиталя, он снова и снова рисовал в своём воображении, чего бы удалось достичь 57-й армии, если бы Малиновский вместо приказа от 29 января, разоружившего 57-ю армию, отдал бы другой приказ, усиливающий её, и передал бы Рябышеву командование 5-м и 1-м кавалерийскими корпусами.

В госпитале Рябышев провёл ровно месяц. В начале марта он настоял на выписке и выехал в Барвенково, где дислоцировался штаб армии. Здесь его ждал сюрприз. Пока Рябышев болел, у 57-й армии появился другой командующий. Им стал генерал-лейтенант Подлас, командовавший перед этим 40-й армией. Рябышев был знаком с Подласом лично с гражданской войны и знал его как эрудированного военного, человека высокой культуры и прекрасного товарища.

"Армия в надёжных руках", - решил генерал Рябышев и позвонил Малиновскому. Тот заверил Рябышева, что сам не причастен к этому кадровому решению, и предложил обратиться за разъяснениями к генералу Баграмяну в штаб маршала Тимошенко. Баграмян пригласил Рябышева приехать в Сватово.

- А-а, товарищ Рябышев! Как добрался? Как самочувствие? - встретил Рябышева Тимошенко, с которым они были приятелями ещё по Первой Конной армии.

- Самочувствие хорошее. Настроение бодрое. Да вот прибыл из госпиталя, а должность оказалась занятой.

- Ну, не стоит огорчаться. Не могла же армия оставаться без командующего, пока ты болел. А тут к нам поступила вновь сформированная резервная армия за номером 28. Все части необстрелянные, в боях не участвовали, а использовать её мы хотим на главном направлении. Вот мы и решили, Дмитрий Иванович, что ты со своим богатым боевым опытом самый подходящий командарм для новой армии. Так что принимай командование.









Читатели (176) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы