ОБЩЕЛИТ.COM - ПРОЗА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение. Проза.
Поиск по сайту прозы: 
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте прозы
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль

 

Анонсы
    StihoPhone.ru



АПСНЫ - СТРАНА ЧУДЕС. Глава 4. С корабля на бал...

Автор:
Автор оригинала:
А. Е. Попов
Глава 4. С корабля на бал...

На платформе не было не души... Стараясь успокоить себя после пережитого, Андрей достал сигарету и закурил:
«Да... вот так приключение, не ожидал… надо взять себя в руки и быть осмотрительным. Черт меня сюда понёс, неизвестно куда, непонятно зачем. Где хоть тут вокзал? Надо выяснить - сколько мне ещё здесь торчать».
Он принял решение вернуться в Сочи.
Моросил мелкий тёплый летний дождь. По единственно горящей лампочке на перроне, Андрей определил направление выхода к вокзалу и далее, видимо, в город...
«ГУДАУТА», прочитал он на фасаде обветшалого здания, и, уже забывая о ночном приключении, полон оптимизма, и уверенности в себе, вошёл внутрь помещения.

«Значит, я не промахнулся и поезд, несмотря ни на что, шёл по расписанию», - подумал он, рассеивая в себе последние сомнения. Согласно того же расписания, до ближайшего проходящего «экспресса», способного вернуть его обратно, оставалось три часа.
Оказалось, Женя был прав, и «ЧУДЕС» здесь действительно было предостаточно... Прежде всего, его потрясла следующая вывеска: «АВОКЗАЛ». Пройдя в здание, он открыл для себя массу полезных вещей, таких как «АБУФЕТ», «АКИОСК», «АКАССА», «АТАКСИ» и многое другое, из тому подобных. Но более всего его поразил плакат под картой местности и всех достопримечательностей Абхазской АССР с надписью: «АПСНЫ – СТРАНА ДУШЫ»...

«Почему – не ЧУДЕС? Вот теперь всё понятно, и всё сразу стало на свои места. Никогда не мог себе представить, что за какие-нибудь десять минут смогу научиться так бегло читать и писать на незнакомом мне ранее языке. Пока есть свободное время, надо бы передать его послание его жене, что бы та не волновалась. Какого лешего меня угораздило повстречаться с этим Женей… и кто он вообще такой. Так, адрес есть, время есть… Интересно, а как здесь пишется, а, главное, читается - «автобусная остановка», и где она находится…»

Подъехал ПАЗик, на борту которого были вызывающе ярко нарисованы жёлтые шашечки и надпись «Атакси». Он ещё пытался обнаружить в том какой-нибудь подвох, а тем временем, весь честной народ, находившийся на вокзале, потянулся к автобусу. И он, повинуясь стадному инстинкту, пошёл за ними...

- Извините, пожалуйста, Вы не подскажете - как мне добраться до...
Андрей уже хотел назвать адрес, как вдруг, чьи-то заботливые руки, схватили у него саквояж и затащили его в переполненный автобус. Не желая расставаться со своими вещами, он едва успел пропихнуть себя через уже закрывающуюся дверцу автобуса. Автобус тут же отчалил и покатил вдоль цветущей аллеи по какому-то загадочному маршруту. Пассажиры живо общались между собой на своём родном языке. Казалось, все они друг друга знают давным-давно, но долго не виделись и поэтому решили разом поведать друг другу о наболевшем... На него же, никто не обращал внимания, а он сам не решился это спровоцировать, прервав, некстати, их деловую беседу своим нелепым вопросом: «А куда, собственно, мы едем?». В силу непрерывных перемещений трущихся друг о друга пассажиров, Андрей оказался вдалеке от выхода. Изрядно помятый, он с грустью вспомнил, что на нём почти новые светлые замшевые штиблеты...
Да, воистину, ни что нас так не сближает, как общественный транспорт...

Не рискуя вновь попасть в этот «водоворот», Андрей оставил при себе малейшие надежды сдвинуться с места в нужный момент. Привокзальная толпа не переставала бурно выяснять свои отношения, а он с напряжением вслушивался в неугасающий гул, царивший в автобусе, в надежде услышать объявление очередной остановки. Но ничего похожего не происходило...
Тем не менее, автобус периодически останавливался, заезжая в какие-то переулки и подворотни. Остановками общественного транспорта, эти места назвать было нельзя. Такса за проезд была единая – один рубль.
От всего этого веяло каким то непонятным местным обрядом, в котором ему ещё предстояло разобраться. А пока, присев на освободившееся у окна место, Андрей, прильнув к стеклу, устало вглядывался в темноту незнакомых улиц, с надеждой разобраться в их названиях, но, при полном отсутствии их освещения, сделать этого было невозможно...

Светало. Вскоре пустынные улицы заволокло туманом. Дождь усилился… «Автобусное такси», или «Атакси», заметно опустело, когда Андрей стал узнавать улицы незнакомого ему городка...
- Вы не подскажите, как мне попасть на Проспект Героев, - обратился Андрей к пожилому ветерану в местном обличье, который, по его мнению, должен был всё знать.
- Сынок, ты скажи водителю, он знает…

«Тебе куда?» - наконец-то поинтересовался «Аводитель».
Словно очнувшись от небытия, Андрей достал вверенное ему письмо и, подойдя к водителю, пытался прочесть точный адрес на документе, который он сопровождал всё это время, на пути в Гудауту.
- Одну минуточку. Вы не могли бы включить свет, я не могу разобрать...

- Так ты к Нине Ивановне? Что же ты раньше молчал... Я уже пару раз мимо проезжал... Ты, наверное, здесь впервые... Скоро приедем, - осчастливил его водитель «АТАКСИ».
- Я тут проездом, через пару часов отходит мой поезд. Скажите, как мне добраться обратно до вокзала?
- Жди меня у Нины Ивановны, передай привет ей привет от Барика. Я за тобой заеду, никуда не выходи… через час устроит? – захлопотал водитель.
- Но… я не знаю… а далеко ли отсюда вокзал?
- Нет, здесь всё рядом… дождись меня… денег не надо…

Андрей выходил из автобуса последним...
На часах было чуть более пяти утра. Он стоял под проливным дождём перед большим белым домом, огороженным высоким каменным забором с широкими железными воротами. Дом украшали две огромные пальмы, стоявшие вровень с домом и росшие где-то во дворе. Пальмы поменьше украшали цветущую аллею напротив. Воздух был наполнен тропическим ароматом с примесью морского бриза.

«А ведь пляж действительно где-то рядом... и этот дом..., чем не сказочный дворец», - подумал он, вспоминая Женины рассказы о Гудауте.
Всё выглядело именно так, как это накануне описывал Женя. Ему не терпелось поскорее увидеть всё то, что скрывалось за забором, но было ещё слишком рано и чувство такта не позволяло ему нарушить покой царящий внутри...
Однако, дождик не прекращался и перспектива промокнуть до нитки и ещё, чего более, простыть в начале отпуска, его не устраивала. Утратив надежду - дождаться каких-либо первых движений во дворе за забором, он решил попробовать разбудить хозяев, робко стукнув пару раз в ворота... Реакции не последовало. Шум дождя, как назло, приглушал все производимые им сигналы. На его присутствие не обращали внимания...

«Что ж, попробую ещё...», - заставил он себя, внутренне борясь с хорошими манерами, и выразительно дал понять окружающим, что не ошибся адресом...
Наконец, на произведённый им шум откликнулись... вначале собаки в ближайшей округе, затем петухи и другие домашние питомцы... За забором по-прежнему было тихо... Он находился в полном отчаянии, не зная, что ещё предпринять... вдруг ему послышались лёгкие шаги, и вскоре в открывшейся калитке показалась очаровательная молодая девушка...
- Прошу прощения, но мне нужна Зудина Нина Ивановна, - начал Андрей, искренне надеясь на то, что перед ним именно она и есть...

- Хозяйка спит, и я не собираюсь её беспокоить так рано... Если хотите, приходите днём, но предупреждаю, что свободных мест нет, - парировала незнакомка на чистом русском языке, как ему показалось - с московским акцентом, и уже хотела запереть калитку перед ним...
Он понял, что ошибся со «своим выбором» и ему здесь совсем не рады, однако, деваться некуда...
- Послушайте, я прошу Вас, разбудите её и скажите, что у меня для неё письмо от Жени..., с отчаяньем выдавил он и придержал калитку.
Услышав это, и, видимо почувствовав, что ей так легко от него не отделаться, девушка неохотно удалилась за хозяйкой...

Уже изрядно промокнув, стоя под забором равнодушного к его проблемам особняка, Андрей вновь начал клясть себя почём зря за эту свою авантюру: «Какая тут к чёрту Гудаута, спал бы сейчас с кем-нибудь из своих подруг в Сочи… кой чёрт меня сюда занёс, и что я здесь вообще делаю!? По дороге чуть не ограбили... Устал, не спал, попал под дождь, сам как промокашка... Где мне теперь искать «Атакси» до «Авокзала»...».
В это время сверху стали доноситься голоса и дом, ожив, заходил ходуном. Ещё через минуту он почувствовал, как нечто, грузно шаркая и что-то бормоча, стало приближаться к нему со стороны дома. Он невольно занервничал: «Что ещё за «чудо» меня ожидает за забором?».

Огромные ворота дрогнули и со скрипом распахнулись..., не сразу в них появилась огромная фигура пожилой женщины, небрежно завёрнутой в ночной халат...
Честно говоря, зрелище было не для слабонервных... В густом тумане разбуженная женщина походила на невесту одного из персонажей известной повести Николая Васильевича Гоголя, которой также было невозможно поднять веки без посторонней помощи, и на которую нервным не рекомендуется смотреть до первых петухов...

- Вы от Женечки? Что же так… под дождём? Скорее в дом... - в нескладно примятом от сна лице еле угадывалась нервная перекошенная улыбка.
Не дав ему опомнится, взяв в охапку, женщина поволокла его в дом, потом по лестнице на второй этаж. Вскоре он очутился в просторной комнате на диване, укутанный одеялами и подушками. Рядом кто-то раздвигал и передвигал мебель вместе с ним, кто-то раздвигал огромные шторы. Одновременно зашевелились все ящики, всех комодов, платяных шкафов и буфетов. Он с тревогой наблюдал за всем происходящим вокруг него, за всей этой нелепой суетой вокруг его персоны, и ничего не мог с этим поделать. Его возражения на этот счёт не принимались...

Снаружи стали доноситься чьи-то голоса... Дом окончательно ожил. Похоже, все его обитатели были озабочены одним лишь его появлением. Почувствовав его растерянность и неловкость, женщина подняла крышку рояля, стоявшего посередине, и извлекла из него трёхлитровую стеклянную банку. Стоявший неподалёку журнальный столик в мгновение ока был сервирован и украшен разными, незнакомыми ему, доселе, продуктами. Сев рядом, женщина протянула ему стакан и икру.
«Выпейте, надо же - весь промок... Надо согреться... и... поспи, отдохни, ещё рано», - заботливо произнесла хозяйка.

- Вы, наверное, Женина мама. Он просил передать письмо для своей жены, для Нины...
- ХИ-ХИ-ХИ, он такой шутник! Что же он там написал? - кокетливо захихикала старушка, - Нина Ивановна - это я...».
- Но как? Он говорил... - возразил Андрей и тут же осёкся.
Он был смущён и растерян.
- А что он про меня рассказывал? - спросила Нина Ивановна.
- Да, в общем, ничего... - слукавил он. - Вот его письмо, возьмите...
Он передал ей письмо, с любопытством наблюдая, как она будет разбираться в этой абракадабре.
- Спасибо, я потом его прочту. А сейчас, Андрейка, выпей лекарство и отдохни с дороги. Ни о чём не переживай. Чувствуй себя как дома... - С этими словами она приблизилась к нему и стала кутать в одеяла и пледы.

- Что это? Водка?
- Нет, это чача. Лучшая чача на Кавказе. Выпей и поспи.
Спорить он не стал. От пережитого за ночь, ему стало всё равно, что с ним произойдёт дальше. Он закрыл глаза и выпил залпом, как пьют лекарство, почти всё содержимое стакана. Напиток оказался крепче всего того, что он пробовал до этих пор, но был воспринят молодым организмом без возражений с его стороны... Стало легко и... по-барабану... Внутреннее напряжение прошло само собой. Потянуло в сон. Засыпая, он почувствовал, как его мысли вновь каскадом обрушились на его безмятежное сознание: «Что-то здесь не так... Нина Ивановна была заботлива, как мать родная... Это можно понять – Кавказское гостеприимство... Настораживало другое... её кокетство и заигрывание. Что мог ей написать обо мне Женя, с его неуёмной фантазией, и где его молодая жена с ребёнком...».

Он почувствовал себя заложником чьей-то интриги... Внезапно за окном всё стихло и наш герой погрузился в глубокий сон...
Проснувшись, не сразу сообразил – где он, и что с ним происходит. На часах десять утра, но ни чьих голосов в доме не было слышно...
«На небе ни облачка, наверное, все на пляже...», - подумал он и подошёл к роялю. - “AUGUST FORSTER” 55 года, концертный, раритет, наверняка расстроен... Надеюсь, никому не помешаю...».
Он не мог себя удержать от соблазна, тем более, что дома поиграть не успел. Устроившись поудобнее, Андрей открыл клавиатуру и взял первые аккорды. Рояль обладал на редкость приятным звуком и, кажется, был недавно настроен. Вспомнил Бетховена, Моцарта и Баха, потом перешёл к Beatles и закончил мелодией А. Зацепина из «Красных палаток». Традиционный набор, который он играл на всех своих концертах в училище.

Получив удовольствие от собственной игры, Андрей вышел на балкон...
Море солнца ослепило его..., точнее, и море, которое было совсем рядом, и солнце, миллион раз отраженное в нём, в попытке слиться с ним воедино...
Сквозь зелёную, развесистую листву огромных пальм, на фоне безупречно-голубого неба, чётко, как на известной картине, величаво возвышалось ПриЭльбрусье, до которого, казалось, рукой подать...
- Какой вид..., какие краски! Разве кто поверит, не видя это?
Его восхищения перед открывшимися его взору просторами, в которых ещё эхом таяли, растворяясь, его последние эквилибры, внезапно были прерваны нарастающими аплодисментами...

Под балконом, у накрытого стола, стояли, раскрыв рты, незнакомые ему люди и с любопытством разглядывали его персону. Через секунду он очнулся, обнаружив себя голым перед собравшейся внизу публикой... Прикрыв себя полотенцем, он окончательно смутился и, поблагодарив собравшихся за оказанное почтение, удалился...
«Кто эти люди...? Что всё это значит...? Вот это нарисовался! Как-то неловко вышло... говорят, ещё, что встречают по одёжке... Вот и встретили... Что ж, я не напрашивался, и мне до них нет абсолютно никакого дела...», - успел подумать он, как, постучав, и дождавшись разрешения, в его апартаменты вошла, по-восточному красивая, взрослая женщина. Укутанная по-восточному, до пят, прикрывая своё лицо кружевами, она производила впечатление героини одной из Восточных сказок...

«Андрей, меня зовут Ульяной, можешь звать меня Улей. Если позволишь, я возьму над тобой шефство, ты здесь впервые... А сейчас пойдём к столу. Тебя все ждут. Здесь такой порядок...», - твёрдым, но, приятным голосом обратилась к нему незнакомка.
- Большое спасибо, но мне так неловко, я ни кого не знаю...
«Не теряй времени, всё хорошо, я тебя буду ждать внизу, поторопись».
Не дождавшись его ответа, женщина удалилась.
Придётся подчиниться. Старшим отказывать некрасиво..., почему старшим? Что ему показалось в ней таким солидным? Стройна, легка и грациозна в движении, под пёстрым тонким шёлком угадывалась точёная фигура, томный взгляд... Всё в ней было очаровательным и одновременно загадочным. Как тут можно судить о возрасте. Что-то, всё-таки внушало к ней уважение и вселяло лёгкую робость. Твёрдый, внушительный голос, как говорят в Армии – командный, не терпящий возражений, глубокий, гипнотический взгляд...

«Мистика какая-то... и, с чего это, я вдруг так задёргался...? Пусть берёт себе шефство, сколько угодно, над кем хочет... мне то что..., но как же мне выйти к людям, после случившегося...?»
Дело в том, что он с детства не мог терпеть пижамы, кальсоны и любое другое бельё во время своего сна. От этой привычки его не могла избавить даже Армия. В училище, особенно на младших курсах, когда приходилось жить в казарме, он из-за этого часто испытывал неудобство...
«Ну..., расслабился... в конце концов, на то и отпуск, а вниманием людей пренебрегать нельзя...»
Колонка с водой была во дворе, и пока он приводил себя в порядок, быстро, по-армейски, Ульяна стояла рядом с полотенцем в руках, не отходя от него ни на шаг. Все остальные с любопытством поглядывали на него. Он всеми фибрами чувствовал их пронизывающий взгляд и старался держаться как можно достойнее. Своим оголённым торсом он мог бы гордиться. Военная подготовка сделала своё дело, и он знал об этом, обливая себя холодной ключевой водой, демонстрируя свой здоровый организм и закалку.

Это вполне понятно – чем же ещё можно похвастаться в юном возрасте. Закончив водные процедуры, Ульяна помогла ему одеться и, причесав, повела к столу. От её заботы у него перехватывало дух и терялся дар речи. Препятствовать такому вниманию не было сил.
Взрослые мужчины запросто протягивали ему руки, и, знакомясь с ним на «Ты», по-свойски, похлопывали его по плечу. Потом все сели за стол. Во главе стола стояло незанятое кресло, в которое его и усадили. Справа от него уселась Нина Ивановна, а слева присела Ульяна. Все присутствующие, как нарочно, выглядели только что покинувшими театральную гримеру.

Нина Ивановна, постаралась не на шутку. Её украшали парик, роскошное платье с большим стоячим воротником, а множество бус и золотых украшений были представлены на ней как в витрине дорогого ювелирного магазина. Затянутая в корсет, она производила впечатление придворной дамы Екатерининской эпохи. Всё выглядела слишком театрально, и говоря о серьёзной режиссуре и подготовке к предстоящему мероприятию, к какому именно он не догадывался.

Андрей чувствовал себя как на сцене... За огромным столом сидели незнакомые люди и в ожидании, пристально смотрели в его сторону. Оказавшись во главе стола, он не мог избежать их требовательного взгляда. С ним такого никогда раньше не было, да и в такой компании он впервые... Они явно от него что-то хотели, с нетерпением открыв рты, а он даже понятия не имел, что именно. Это как получить фиаско, забывая ноты, или текст во время выступления. Представив это, Андрею захотелось поскорее убраться за кулисы... или пересесть... но все места в ложе были заняты.

Ульяна принялась украшать его тарелку разными кулинарными изысками, представленными на столе, а Нина Ивановна, подняв веер, устроила ураган, сметая насекомых, привлекаемых застольным ароматом, Андрея же, не переставал мучить один и тот же вопрос, на который напрашивался лиши один ответ: «К чему приурочен весь этот маскарад? Уж не ради ли моей персоны был затеян этот бал? Так и есть...»
Мужчины наполнили бокалы красным вином и шампанским. Хозяйка, настроив тишину, подняла бокал и произнесла:
«Дорогие гости, друзья, ко мне сегодня приехал друг моего любимого Женечки – Андрей. Андрей спас моего Женечку и Женечка просит обращаться с Андрюшей как с его родным братом... Давайте выпьем за Андрюшу, за родного нашего человека...».

И понеслось... В одночасье, с лёгкой Жениной руки, он стал кумиром стола. Чествование «героя» продолжалось целый день...
Во время этой церемонии, Андрей искоса наблюдал за Ульяной Владимировной. Так обращались к ней все мужчины и, значит, он не ошибся: она действительно была взрослой солидной женщиной, а жаль... – в нём уже тлела надежда на новый роман. Ничего не поделаешь, и, как по команде, все его нескромные мысли в отношении У.В. сами собой стали угасать... увы.

И всё же, что-то в ней продолжало его волновать...
Андрей всё время пытался разглядеть её лицо, его тонкие изящные черты, слегка смуглое, несомненно красивое, слегка печальное... Но сделать это было нелегко - она, как бы нарочно скрывала его от него, всё больше возбуждая его ненасытное любопытство. Даже сидя рядом, выпивая вино из бокала, держа его в правой руке, она всё время левой рукой прикрывала своё лицо воздушным шарфом или вуалью... Он невольно искал в ней изъян, и ему уже было жаль эту женщину, носившую печать скрытности, в силу каких-то непреодолимых и непонятных ему обстоятельств...
Наглым образом рассматривать её за столом было бы глупо и некрасиво. Сдерживая своё любопытство, и лишь изредка бросая взгляд в её сторону, он продолжал делать для себя всё новые и новые открытия, как вдруг поймал себя на мысли, что стал откровенно любоваться ею. Ему стало стыдно за свою бестактность...

Все его чувства и отношения с противоположным полом всегда складывались по особой, сформированной в нём и присущей только ему, схеме. Чтобы представить его характер, его чувства, его отношение к чувству других, достаточно прочесть роман Андре Моруа «Превратности любви», где его главный персонаж очень напоминает собой нашего героя.
Однажды, юная библиотекарша, работавшая в одной публичной библиотеке, зная его достаточно близко, порекомендовала ему прочесть этот редкий роман. Ему тогда не было девятнадцати и, читая его, он был удивительным образом поражён совпадением своих мыслей, настроений и поведения с мыслями, настроениями и поведением юного героя романа Моруа. Было ощущение того, что он читал сам про себя, как будто классик знал его лично...

Рано перечитав всех доступных ему зарубежных и отечественных авторов разных жанров, он уже сформировал для себя свой мировоззренческий образ участия в этой жизни, подчинив ему себя целиком. Впоследствии, всё, что его окружало новое и необычное, было всего лишь очередной декорацией для очередной жизненной сцены, где в очередной раз, сформированный им поведенческий стиль, достойнейшим образом доказывал свою жизнестойкость.

Так - вот… поймав себя на мысли, что он делает ошибку, вызывающе разглядывая эту женщину, и что, со стороны это вряд ли назовёшь праздным любопытством, Андрей переключился и стал так же внимательно приглядываться ко всем присутствующим за столом...
Выводы были неутешительными. Праздная публика настолько разнилась друг с другом, что было трудно понять, что их объединяло вместе, и, главное, ни кто из них не заинтересовал его настолько, чтобы обнаружить что-то общее, способное положить началу каких-нибудь отношений. Никто ему не был так интересен, как Ульяна Владимировна...

После нескольких тостов, отпущенных в его адрес, которые санкционировала и спровоцировала Нина Ивановна, как то, незаметно, внимание к его персоне поостыло. Каждый был занят своим делом или... вроде того...
Андрей сразу понял – кто тут главный за столом.
Чтобы произнести тост, или выйти из-за стола, необходимо было предварительно уведомить Нину Ивановну. Пока говорила Нина Ивановна, произнося очередной тост, все внимательно её слушали и не отвлекались на другое... У.В., в то же время, продолжала ухаживать за своим подопечным, меняя за ним посуду и блюда, стараясь во всём ему угодить. И оставалось загадкой - было ли это так же определено и санкционировано Н.И.?

Н.И. подливала ему вина и всё спрашивала про Женю. То, что он про него рассказывал, смешило её и трогало до слёз. Спрашивала о нём самом, но почувствовав, что ему особенного о себе рассказать нечего (оно и понятно - служба, учёба...), она принялась знакомить его со своими гостями - шёпотом, «на ушко», рассказывая ему о них разные небылицы...
А его так и подмывало побольше узнать о самой хозяйке, о Жене, о его молодой жене, и есть ли она у него вообще, на самом деле..., но более всего, опять же, его интересовала Ульяна. К сожалению, она так и осталась в тот день для него загадкой...

Наблюдая за гостями Нины Ивановны, Андрей вдруг обнаружил для себя в них странную закономерность: перед ним сидели, очевидно, неравные пары. Все мужчины солидные и преклонного возраста, но их приятельницы, напротив, были юны и годились им в дочери или даже более того... Но назвать их отношения семейными - язык не поворачивался. То, как они развлекались, кормя друг друга виноградом, кусая и целуя друг другу, при этом, руки, говорило об обратном... Их увлечённость друг другом и развязность за столом, не оставляли сомнений – это были любовные пары...

«Час от часу не легче... Эко, куда меня занесло...», подумал Андрей.
Стол был раскошен и ломился от разносолов. На десерт его уже не хватило...
Под занавес ему были официально представлены все присутствующие...
Уже вечером, после этой церемонии, ему удалось таки вырваться на море, но и там Андрей был в сопровождении всё той же компании. На пляже практически были все сидевшие с ним нынче за столом, кого он успел запомнить. Не было только Н.И. и У.В. Жаль, интересно было бы взглянуть на У.В. в купальном костюме...

Его знакомство с этой публикой продолжалось весь день, и к концу дня он уже неплохо ориентировался в среде присутствующих обитателей двора, которых успела приютить Нина Ивановна. Оказывается, все они её постоянные клиенты и старожилы здешних мест. Это касалось, прежде всего, мужчин, которые, меняя своих юных любовниц, не раз гостили у Нины Ивановны, бронируя у неё, в летний период, свободную комнату для своих плотских утех. В доме было восемь комнат для гостей. Во дворе, как на выставке, стояли восемь новеньких машин, стало быть, гости были не простые...

Впоследствии Андрей узнал, что в данный момент в «тереме» гостят шесть ветеранов со своими любовницами, одна пара приехала провести свой медовый месяц, и одну из комнат занимала Ульяна Владимировна. Многие постояльцы уже встречались у Нины Ивановны и хорошо знали друг друга, отдыхая вместе. Довольно разные люди, но всех их объединяло влечение к юным особам противоположного пола. В конце концов, они приняли его в свой коллектив, а присутствие их юных любовниц, немного сглаживало возрастной барьер при общении.

Условия для отдыха у Н.И. были идеальны. На обширной территории во дворе, справа от дома размещалась площадка с навесом для стоянки машин, слева - приличный бассейн. Там же была летняя кухня и столовая. За домом находился ухоженный садик. Вся эта территория, огороженная высоким забором, была похожа на закрытую гостиницу для особых персон. Биллиардный стол, гамаки и шезлонги, говорили о нескучной жизни обитателей этого терема...

Друзья, помогайте исправить огрехи и неточности!

Глава 5. Странная компания.

Продолжение следует



Читатели (339) Добавить отзыв
 

Проза: романы, повести, рассказы